Наш первый материал мы посвятили рабскому труду несовершеннолетних – однако точно так же государство относится и к студентам, и к взрослым людям. В 2018 году в «Глобальном индексе рабства» появились данные, что в Беларуси 103 тысячи человек находятся в подневольном положении. Страшнее всего – что в этих цифрах есть судьбы детей и молодых людей, о проблемах которых не задумываются. В этом материале мы расскажем, как «Наш Дом» сражается за искоренение рабского труда в Беларуси.

Отметим, что к современному рабству относятся принудительный труд, торговля людьми, эксплуатация, от которой человек не может отказаться из-за угроз насилия, брак без согласия и прочие практики. Если в 2016 году 44,6 тысячи беларусов чувствовали себя рабами, то в 2018 году их было уже 103 тысячи. А на самом деле, рабов в Беларуси может быть гораздо больше – ведь школьники и зависимые от распределения студенты тоже своего рода рабы.

В 2019 году «Наш Дом» выпустил мониторинг условий содержания несовершеннолетних заключенных в местах лишения свободы. В нем мы написали, что отказ детей-заключенных от рабского труда или невыполнение слишком высокой нормы могут стать причиной злостного нарушения и присвоения соответствующего статуса нарушителя. При этом часто выполнить норму невозможно – нет материала для работы. После получения трех таких взысканий заключенному присваивается статус «злостного» нарушителя, а это уже грозит отсутствием шанса на условно-досрочное освобождение, заменой режима, лишением посылок и свиданий. Cнимается этот статус только через 1 год от даты последнего нарушения и только в том случае, если заключенный в течение этого года не получил новые взыскания. Но это практически нереально – ребятам специально ставят взыскания, чтобы они оставались в статусе «злостных» нарушителей. Такими простыми действиями администрация колоний держит осужденных в заключении до конца срока, получая от них рабский труд и лишая возможности на досрочное освобождение.

О том, что в Беларуси практикуется рабский труд детей, знают и в структурах ООН. В марте 2020 года активистки кампании «Матери-328» встретились с представителями Детского Фонда ООН (ЮНИСЕФ) в Минске. Активистки подчеркнули, что ежемесячная зарплата у многих несовершеннолетних заключенных не составляет даже двух рублей. С осужденными детьми в тюрьмах не заключаются трудовые договоры, а стаж работы, который они приобретут в тюрьме, не будет зачтен в общий стаж работы в течение жизни. Кроме этого, детей, находящихся в местах лишения свободы, нельзя застраховать. Если они получат производственную травму, то их не станут лечить, и компенсации за увечье не будет.

Летом 2021 года мы начали кампанию за отмену рабского труда детей в тюрьмах. 12 июня, во Всемирный день борьбы с детским трудом, наша организация запустила петицию против эксплуатации несовершеннолетних в тюрьмах, колониях и спецПТУ страны. В ней мы упомянули, что мальчики и девочки, которые попали в тюрьмы до 18 и даже до 16 лет, вынуждены трудиться на тяжелой и низкооплачиваемой работе. А в колонии «Волчьи норы» в Ивацевичах есть те, кто попал за решетку по статье 328 в несовершеннолетнем возрасте и был задержан несовершеннолетним, с применением пыток. Сейчас эти ребята выпускают мебель, которая идет на экспорт по цене 300-600 евро. Вот только заключенные не видят и сотой части этих денег. Нашу петицию подписали 275 человек – если вы еще не присоединились к ней, то подписывайте по этой ссылке.

В июле 2021 года мы рассказывали о детях в закрытых спецучреждениях. Там девочки и мальчики, которые оступились, совершили незначительное правонарушение, сталкиваются с необходимостью трудиться почти бесплатно. Учащиеся спецПТУ в Могилеве выполняют заказы по производству мебели для детских садов и школ, тем самым зарабатывая карманные деньги – однако сколько конкретно, никто не знает. От такой жизни дети десятками бегут из этого учреждения. В спецПТУ для девочек в Петрикове юные беларуски попадают в 12-13 лет. Между занятиями они получают профессию швеи. И демонстрируют свои навыки не только на конкурсах профессионального мастерства и в учебных классах, но и в деле. На сайте училища есть каталог продукции, которую могут сшить воспитанницы. Но сведений о том, сколько девочки зарабатывают и сколько часов в день проводят за работой, нет.

В августе 2021 года мы посвятили материал трудовому рабству в школьных и студенческих отрядах во время летних каникул. Мы собрали вопиющие факты несоблюдения трудового законодательства в отношении детей. Это и работа в жару без головных уборов, и работа практически во взрослом объеме, но с меньшей зарплатой, и отсутствие средств защиты, и несчастные случаи с детьми на производстве по халатности взрослых. Нередко в таких условиях оказываются те школьники и несовершеннолетние студенты, которых администрация учебных заведений заставила идти в отряды под страхом плохих оценок и отчисления.

Рабский труд детей в тюрьмах обсуждали Ольга Карач и председатель комитета по иностранным делам чешского сената Крбек Иржи 22 сентября 2021 года. Ольга Карач рассказала о проблеме детей, которые сидят в беларусских тюрьмах по известной статье 328 УК РБ (незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов). Она уточнила, что подростки, которых обвинили по этой статье, получают огромные сроки и отправляются в жесткие условия содержания с пытками и издевательством. Они вынуждены быть рабами системы и работать за крошечную зарплату на тяжелом производстве.

«Наш Дом» не обделял вниманием и студентов вузов, и молодых специалистов. Трудовая повинность для ребят, которые только что окончили университет, в Беларуси называется распределением. Этот рудимент советской системы сохранился у нас до сих пор – те, кто учился за счет республиканского бюджета, должны отработать два года на благо государства, таким образом расплатившись за бесплатное образование. Зарплаты у молодых специалистов в провинции маленькие – но не из-за нехватки опыта, а потому что дотационные государственные организации не способны платить больше. Тех, кто едет работать в деревню, заманивают жильем, однако чаще всего это бывает жилье без удобств, мебели и комфорта. Словом, настоящее рабство.

Однако участь быть рабом собственного государства могла не обойти и тех, кто учился за свои деньги. Проблему мы подняли в 2013 году, когда Лукашенко заявил, что распределять надо всех выпускников медицинских вузов, а не только бюджетников: «Пришел в вуз, учился за счет государства в государственном вузе, даже если за личный счет, – ты врач, ты пришел быть врачом – поезжай и работай врачом. Как бы это непопулярно ни звучало, это касается всех специалистов и специальностей. Прошу министров – примите соответствующее решение». Однако распределение для студентов платной формы обучения осталось скорее исключением из правил. Хотя и по сей день государственная пропаганда очень гордится тем, что даже «платник» может получить гарантированное рабочее место и попасть в кабалу.

«На младших курсах хотела остаться в Минске. Думала, только в этом городе много возможностей для карьерного роста, интересный досуг. Повзрослев, поняла, что раскрыть свой потенциал можно где угодно», – рассказала в государственной газете молодой специалист, которая в этом году получила распределение педагогом в Лиду. Отметим, что медианная зарплата в Лидском районе составляет 880 рублей (310 евро), а средняя зарплата в педагогике в Беларуси – 775 рублей (273 евро).

В том же 2013 году мы рассказали историю студента, который приехал работать в деревню Хойникского района, но вместо обещанного комфортабельного жилья получил дом с неисправной системой отопления. Раньше в доме жил другой молодой специалист, который, со слов студента, тоже столкнулся с этими трудностями. Хозяйство не стало ремонтировать систему отопления и просто передало этот дом новому сотруднику. Проблемы нарастали, как снежный ком: влажность и испорченные обои, плесень. Где молодому сотруднику взять средства на ремонт, если деревенской зарплаты едва хватает на самое необходимое? Вместо того чтобы помочь человеку с ремонтом, предприятие поспешило откреститься: мол, сами виноваты, если бы оставались в деревне надолго, такого бы не было.

В 2014 году «Наш Дом» заострил внимание на том, что распределение нарушает права человека. Но главное для чиновников сферы образования – то, что государство обеспечивает экономику и общество кадрами: педагогами, медицинскими работниками, инженерами, агрономами и журналистами. Стоит отметить, что распределение нарушает еще и Конституцию Беларуси, о чем мы говорили в 2013 году. В Беларуси трудовая повинность не подлежит обжалованию, а избежать ее можно, только вернув государству стоимость обучения (а это больше 10 тысяч долларов). При этом в статье 49 Конституции Беларуси сказано: «Среднее специальное и высшее образование доступно для всех в соответствии со способностями каждого. Каждый может на конкурсной основе бесплатно получить соответствующее образование в государственных учебных заведениях».

Кстати, о возвращении стоимости обучения. В 2020 году в МЦГИ «Наш Дом» обратилась юрисконсульт Юлия. Она рассказала об истории молодого специалиста, который не отработал до конца распределения 5 месяцев до конца распределения и уволился. По закону, он должен был выплатить частичную стоимость обучения – и счет ему выставили, вот только сумма в нем была за 10 неотработанных по распределению месяцев. Так повторилось еще несколько раз. Директора предприятия, которое выставило счет, не смутило, что ребята из неполных семей, и им тяжело выплачивать такую сумму за «бесплатное» образование. Хотя для таких студентов образование за счет средств бюджета – реальный шанс получить высокооплачиваемую специальность и сделать шаг в успешное будущее.

Последняя неделя августа 2021 года в «Нашем Доме» была посвящена образованию. В специальном материале мы рассказали обо всех ужасах распределения: зарплатах чуть выше минимальной или не достигающих средней по стране, социальном жилье с тараканами и слизняками, рабском отношении на предприятиях. Заметим, что от специалистов, которые не заинтересованы в своей работе из-за низкого заработка и хамства, несет убытки и само учреждение. А если такой специалист не один, а их несколько тысяч – страдает вся экономика страны.

Распределение и работа заключенных в тюрьмах очень похожи между собой. И там, и там беларусы сталкиваются с унижениями, низкой зарплатой, каторжными условиями труда. Их одинаково труд используется государством. Обе повинности ограничены по времени – заключенные и молодые специалисты четко знают, когда наступит конец срока, и одинаково ждут этого момента. Шансов не быть рабом практически нет ни у одних, ни у других. Но все же молодым специалистам везет чуть больше – они могут выкупить свою свободу. У узников колоний этого, увы, не получится.

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.