Не одно поколение беларусских подростков пугают отправкой в спецшколу. Дети, совершившие незначительное правонарушение, и впрямь рискуют попасть в закрытое учреждение, которое называется специальным профессионально-техническим училищем закрытого типа. Таких в Беларуси четыре: два в Могилеве, одно в Кривичах и одно – для девочек – в Петрикове. Это почти такая же колония, только для тех, кому от 14 до 18 лет. Режим дня, редкие свидания с близкими, работа в цехах и одинаковая форма для всех – так идет жизнь оступившихся мальчишек и девчонок. Сегодня мы расскажем о том, что происходит за дверью этих заведений и как в них нарушаются права подростков.

Специальные школы и профтехучилища появились в СССР в 1964 году. В школы отправляли ребят от 11 до 14 лет, которые попадались за нарушение правил общественного порядка или преступления. Направляли подростков по решению комиссий по делам несовершеннолетних. С их родителей взимали плату за содержание ребенка в таком месте. Дети здесь учились и работали, а когда им исполнялось 14 лет, их направляли в спецПТУ. Тут они могли находиться не более трех лет, затем их переводили в училища общего типа или трудоустраивали.

В Беларуси закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» появился в 2003 году. Согласно ему, в специальные учебно-воспитательные учреждения попадают несовершеннолетние, нуждающиеся в особых условиях воспитания, в возрасте от 11 до 18 лет. Такое решение принимается, если ребенок совершил уголовное преступление и не достиг возраста ответственности, если он за год был привлечен к административной ответственности три и более раз, если он совершил проступок с признаками правонарушения (распитие спиртных напитков в общественном месте, мелкое хулиганство). Отправляют в спецПТУ по решению суда.

В спецПТУ в Кривичах Мядельского района в 2019 году проживал 71 воспитанник. Ребятам, которые сюда попадают, – от 12 до 18 лет, срок их пребывания здесь – до двух лет или до совершеннолетия. В основном в ПТУ учатся те, кто попался на хулиганстве. Есть и те, кто употреблял наркотики. В училище дети могут получить профессию автомеханика, штукатура-маляра, овощевода или плиточника. Есть мастерская по ремонту автомобилей – подарок посольства Польши в Беларуси и молодежной религиозной миссии «Чистое сердце». Свободное время можно проводить на спортплощадке, играть в КВН, развивать таланты.

Однако далеко не все так гладко. В 2014 году из Кривичского спецПТУ сбежали восемь несовершеннолетних. Одному из них было всего 15 лет. Позже оказалось, что они добрались до России. Семеро были задержаны в Смоленской области, еще один – в Люберцах. Беглецов передали администрации училища, но что стало причиной побега, неизвестно.

В том же году, буквально через два месяца, случился еще один побег из спецПТУ – трое подростков 16, 17 и 18 лет угнали УАЗ местного жителя и отправились на нем к знакомому в Осиповичский район. Практически три недели дети находились в розыске.

В 2017 году из спецПТУ сбежали шестеро подростков 15, 16 и 17 лет. Трех из шести мальчишек удалось найти в Докшицком районе. Остальных ребят нашли нашли на территории столичного рынка в Ждановичах. Там парни периодически подрабатывали разгрузкой овощей и фруктов. Ночи они проводили на технических этажах многоэтажек, а в ближайших планах рассматривали выезд в Россию. Подростков также вернули в училище. Мотив побега также неизвестен.

После происшествий спецПТУ посетила специальная комиссия. Однако об итогах проверки также ничего не сообщалось. Уточним, что подростками вполне могла двигать тяга к свободе: в спецПТУ они не имеют права выходить за пределы территории, а поехать домой могут только в случае хорошей успеваемости и примерного поведения лишь на две недели. Обязательное условие – детей должен забрать кто-то из родителей, однако многие подростки, живущие в училище, из неблагополучных семей, матери и отцы не интересуются их судьбой. А это значит, что ребята вынуждены жить в учреждении постоянно.

Печально известное спецПТУ в Могилеве принимает несовершеннолетних воров, подростков, задержанных за распитие алкогольных напитков, мелких хулиганов и беглецов из дома. Более 60 ребят здесь живут и учатся по расписанию: в 8.00 – подъем, затем завтрак, занятия в учебно-производственном корпусе. Детям предлагают получить специальности штукатура, каменщика, деревообработчика и плиточника–облицовщика. Заместитель директора по учебно–производственной работе Дмитрий Ларионов гордится: трудные подростки могут даже заработать деньги, выполняя заказы по производству мебели для детских садов и школ. О том, насколько законно использовать труд ребят, не достигших 18 лет и имеющих право работать ограниченное количество часов в день, администрация училища умалчивает.

Дети, не окончившие школу, после освоения специальности должны идти на обычные уроки. После них можно посетить тренажерный зал, занятия в кружках по интересам. Воспитанники ездят на футбольные и хоккейные матчи, сплавляются на байдарках, ходят в походы. В училище действует система поощрения и наказания. Получить поощрение можно за успехи в учебе, трудовой деятельности, активной творческой жизни, помощи воспитателю.

Но и здесь происходят ужасающие вещи. В 2014 году отсюда сбежал 41 воспитанник, в 2015-м – чуть меньше десятка. Один из побегов в 2014 году попытались скрыть. Мать сбежавшего рассказала: после побега сын позвонил ей и сказал, что находится у родственников, попросил забрать их с другом, добавил, что хочет помыться и переночевать дома. Женщина согласилась, но по дороге домой ее машину, где находились дети, окружили милиционеры и забрали парней в училище. А утром бабушка мальчика поехала к внуку – и обнаружила его с переохлаждением. Ребенка отправили в психиатрическую больницу. Лишь в больнице мальчик сказал, что боится возвращаться в спецПТУ: в учреждении процветала тюремная культура, и более старшие воспитанники терроризировали младших. Воздействовать на них не мог даже директор.

26 ноября 2017 года из спецПТУ сбежали шестеро детей. После возвращения в училище беглецов отвели в помещение для встреч с родителями. А после этого один из ребят попал в больницу с переломом позвоночника. Еще пятеро отделались синяками и ушибами. Оказалось, что ребята систематически подвергались избиению. Администрация не сразу сообщила об этом родителям пострадавших – мать Андрея, оказавшегося в больнице с переломом, узнала о травме сына, только когда понадобилось согласие на томографию.

– Я первым делом спросила: «Андрей, что ты натворил?» Он ответил: «Побег». Я спросила, зачем. А он отвечает: «Мам, там жить было невыносимо. Нас постоянно били. Нам всё запретили: звонки, письма, передачи». Я спросила, почему он мне раньше не сказал об этом, хотя в письмах писал: «Я вытерплю, выдержу». Сын сказал, что письма читали — и не отправили бы, если бы о таком написали. По телефону он тоже не мог ничего сказать, потому что постоянно рядом находился сотрудник, контролировал, – вспоминала мать пострадавшего подростка.

Андрей рассказал, что его вначале один раз ударили, он упал. Потом его били ногами по спине двое сотрудников. Беглецов по распоряжению директора отдельно от всех позже положенного повели на завтрак, чтобы остальные воспитанники их не видели. Через два дня Андрей уже не мог ходить, но ему говорили, что он симулянт, а остальным пятерым ребятам пригрозили, что им будет еще хуже.

Руководство спецПТУ после этой истории было задержано, но 30 августа 2018 года из лагеря при Могилёвской епархии сбежали трое 17-летних воспитанников училища. Спустя несколько дней, 9 сентября, их задержали в Москве и вернули в учреждение. Никаких независимых комиссий после этих случаев туда не направили – спецучилище относится к Министерству образования, а не к департаменту исполнения наказаний, а посему общественного контроля там быть не может.

В спецПТУ для девочек в Петрикове содержатся примерно 30-40 воспитанниц. Пожалуй, это единственное закрытое учреждение, о побегах из которого ничего не известно. Сюда привозят девочек, задержанных за бродяжничество, распитие алкоголя, проституцию, кражи, хулиганство. Девочки поступают в 12-13 лет, выпускаются в 18. Большинство из них воспитывались в неблагополучных, неполных семьях, есть социальные и биологические сироты, попадают сюда и дети из полных семей, столкнувшиеся с непониманием родителей. Подростки учатся в школе, а между занятиями получают профессию швеи. Есть здесь и кружки, спортивные секции. В училище проводятся конкурсы, спортивные соревнования – есть шанс проявить себя в любой области.

Однако в правах воспитанницы весьма ограничены. В училище действует четырехступенчатая балльная система: воспитанницам начисляются баллы за поведение и выполнение заданий. Если баллов наберется достаточное количество, которое будет держаться четыре месяца, девочку отпустят в город в сопровождении родителей или работника училища. За хорошее поведение она имеет право съездить домой на каникулы, если ситуация дома благонадежная.

Ученицы спецПТУ несовершеннолетние, а значит, имеют право трудиться лишь ограниченное количество часов в день. На сайте училища есть каталог продукции, которую могут сшить воспитанницы. Но сведений о том, сколько девочки зарабатывают и сколько часов в день проводят за работой, нет.

Воспитанники и воспитанницы спецПТУ сталкиваются примерно с одинаковым набором ущемления прав. Дети могут получать передачи из дома и встречаться с родителями. Однако все вещи и посылки обыскиваются воспитателями, письма читаются, а при разговорах по телефону присутствует сотрудник. Доступ в интернет также ограничен – мальчишки и девчонки не могут сообщить о нарушениях и злоупотреблении служебным положением со стороны администрации училищ. Вдобавок ко всему, детей приучают к мысли, что они в тюрьме, заставляя жить по распорядку, одеваться в одинаковую рабочую форму, работать за копейки (или вообще бесплатно), получать рабочую специальность и ходить строем в сопровождении воспитателя. Все это объясняется просто: дети наказаны, а значит, их нужно лишить всех благ, которые их могут привлекать, чтобы мотивировать на исправление.

В завершение расскажем, как относятся к совершившим правонарушение детям за границей. В Германии, например, ребенка до 14 лет, что бы он ни сделал, суд по семейным делам может изъять из семьи и отдать приемным родителям или в интернат. Ребенка могут наказать финансово, если пострадавшему нужна компенсация ущерба, и требуемую сумму должны будут выплатить родители малолетнего. Если же у ребенка в процессе экспертизы обнаружат тяжелые нарушения психики – тогда его отправят в психиатрическую больницу для детей. В любом случае, наказаны будут родители. Подростки старше 14 лет идут под суд по ювенальному уголовному праву (которого в Беларуси нет). Наказания за преступления гораздо мягче, чем у взрослых. Детям могут назначить общественные работы, например, уход за стариками, труд в приютах для животных и так далее. Главная цель – не наказать подростка, а перевоспитать его.

В Великобритании возраст уголовной ответственности для детей наступает с 10 лет, что вызывает критику со стороны ООН. Но система наказания для несовершеннолетних в конфликте с законом в этой стране кардинально отличается от беларусской. Дети с 10 до 14 лет решением суда помещаются в охраняемые детские дома, рассчитанные в среднем на 8–40 подростков. Здесь ребята находятся под надзором психологов и воспитателей, учатся, занимаются спортом, общественно полезными делами, специалисты контролируют их здоровье. Для детей от 12 до 17 лет, совершивших серьезные правонарушения, предназначены безопасные учебные центры. В домах живут от 50 до 80 ребят отрядом 5–8 человек. Они проходят школьную программу, занимаются спортом, а администрация центров работает не только с ними, но и с их родителями. Заключенные от 15 до 21 года находятся в центрах юных правонарушителей – большую часть дня они проводят на учебе, тренировках, работе над собой. Но вечером у них есть время поговорить с близкими, воспользоваться телефоном и поболтать с соседями.

В Италии возраст уголовной ответственности, как и в Беларуси, наступает с 14 лет. Несовершеннолетние заключенные здесь находятся в специальных центрах содержания. В таких центрах дети прежде всего учатся: им предлагается множество учебных курсов, начиная от базовых языковых уроков до программ университетов. Помимо учебы, ребятам предлагается выбрать занятие по интересам: от рэпа и граффити до фотографии и йоги. Есть варианты получить рабочую профессию, пройти стажировку, поработать.

Сравнивая зарубежные и беларусскую системы перевоспитания подростков, мы легко видим: за границей человек представляет ценность, основная цель заключения – перевоспитать его. В Беларуси же тюрьма ломает как взрослого, так и ребенка. И начинается это еще в таких «безобидных» учреждениях, как спецПТУ. Попадающие туда дети сталкиваются с тюремным порядком, пытками, тяжелой работой, что никак не способствует их перевоспитанию. Многие возвращаются на кривую дорожку – только уже не в спецПТУ, а в колонии, становясь бесплатной рабочей силой для нелегитимного режима.

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.