После новогодних праздников репрессивный маховик восстановил работу. 3 января два жителя Гомеля: Станислав Мочалов и Дмитрий Грищенко — услышали свой приговор за участие в акции протеста 20 сентября 2020 года. Мужчины получили по три года колонии по статье 342 УК (организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них) и по статье 364 УК (насилие или угроза насилия в отношении сотрудника милиции).

Станислав Мочалов был задержан 28 мая 2021 года. 45-летний гомельский активист работал программистом. В его квартире провели обыск и забрали в СИЗО. До задержания Станислав успел сделать гуманитарную визу в Польшу, но не смог уехать из страны. На свободе осталась его 15-летняя дочь.

30-летний Дмитрий Грищенко был задержан 14 мая 2021 года, до этого он работал на «Белоруснефти» в Гомеле. Вместе с ним были задержаны еще несколько работников «Белоруснефти». Вместе с коллегами Дмитрий участвовал в записи обращения против насилия и за переговоры. В конце октября 2020 года Дмитрий записал для TUT.BY обращение к коллегам и руководству «Белоруснефти», где осудил репрессии, призвал не замалчивать ситуацию и открыто заявлять о своей позиции. За две недели до задержания у него проводился обыск — его подозревали в оскорблении представителя власти, но обвинения по этой статье ему так и не предъявили.

20 сентября 2020 года в Гомеле, как и по всей стране, прошли протесты против выборов в августе. Впервые за месяц в городе появился ОМОН — автозаки встречали демонстрантов возле традиционной точки сбора. Около сотни самых смелых собрались возле универмага «Гомель» и пошли в сторону площади Ленина, когда к ним подъехали силовики и перегородили путь. На углу улицы Советской и проспекта Победы двое силовиков подошли к шествию и сказали идти в обратную от центра сторону. Однако несколько человек прорвали оцепление, и несколько десятков демонстрантов перебежали на Советскую улицу через проезжую часть. Группа вышла на дорогу и перекрыла движение, чтобы остальные смогли присоединиться. Сотрудник информационной группы милиции с рупором упал на землю и засвистел, но затем поднялся.

Возле цирка толпа встретилась с сопротивлением ОМОНа. Началась потасовка, и у нескольких протестующих получилось сбежать. Оставшиеся люди остановились в сквере Громыко, начали скандировать лозунги и петь «Пагоню» на стихи Максима Богдановича. Когда люди стали расходиться, начались точечные задержания.

За события на этом митинге и осудили Станислава Мочалова и Дмитрия Грищенко. Станислава обвинили в том, что он участвовал в массовых беспорядках, мешал движению городского транспорта и работе общественных организаций на улице Советской. Дмитрий Грищенко услышал обвинения в организации массовых беспорядков. Согласно материалам дела, после прорыва оцепления силовиков Мочалов в группе с Грищенко и другими людьми умышленно вышли на проезжую часть на запрещающий сигнал светофора. Это привело к нарушению работы транспорта и других общественных организаций. С 12.30 до 17.30 Станислав и Дмитрий «умышленно по мотивам политической вражды, не желая покидать место несанкционированного массового мероприятия, испытывая озлобленность по отношению к сотрудникам милиции», якобы угрожали насилием силовикам. Насилие заключалось в давлении телом и удержании руками. Также Станислав Мочалов якобы продемонстрировал намерение напасть на сотрудника милиции во время исполнения им служебных обязанностей, «совершая угрожающие удары руками и ногами».

Суд начался 15 декабря 2021 года. Судебный процесс проводился в маленьком зале, куда смогли попасть только четыре человека, поэтому подробности дела и дата продолжения суда выясняются. Доказательствами стали видеозаписи с места событий, и хотя никаких угроз силовикам на них не было, обвинения по статье 364 с политзаключенных не сняли. Оба обвиняемых не признали свою вину и по статье 342. Свидетели — участники чата «Вольнае панства», в котором состоял Дмитрий Грищенко, знакомые Дмитрия и Станислава, — давали положительную оценку профессиональным и моральным качествам обвиняемых, говорили об их отзывчивости, доброжелательности, спокойствии и общительности. Кроме того, во время рассматривания доказательств было видно, что группой людей никто не управлял, они двигались хаотично и по собственному усмотрению. Сотрудники ОМОНа произвольно задерживали людей и, выполняя свои обязанности, вели себя довольно агрессивно.

Станислав Мочалов не признал свою вину и отказался от дачи показаний. А вот Дмитрий Грищенко рассказал, что в день митинга он, как и многие другие люди, пришел на мирное шествие, чтобы выразить свою гражданскую позицию. Люди были вдохновленными и веселыми, настроенными решительно, но мирно. Протестующие не препятствовали работе транспорта и магазинов, пропускали людей во время шествия и переходили дорогу исключительно по пешеходному переходу на разрешающий сигнал светофора. Также они старались не вступать в конфронтацию с милиционерами. Дмитрий заявил, что конфликтную ситуацию спровоцировали сотрудники ОМОНа, которые не давали людям разойтись и отправляли их навстречу опасности, при этом не пропуская толпу людей перейти по пешеходному переходу, на разрешающий сигнал светофора.

Потерпевшие сотрудники ОМОНа предъявили обвиняемым гражданские иски на 600 и 2500 рублей за моральный и физический вред. Они давали показания суду под выдуманными именами и путались в собственных рассказах. Один из свидетелей — сотрудник ОМОНа — заявил, что не помнит событий того дня. А когда судья предложил ему вспомнить, он рассказал, что участники марша «пинали сотрудников, сбивали их с ног. Они планово строились в сцепки и кричали: «каратели!», а также призывали не подчиняться милиции и идти вперед». По словам свидетеля, этой цепью управлял Дмитрий Грищенко. В материалах дела также фигурировали комментарии Дмитрия из чата «Вольнае панства». Но экспертиза не нашла там ни признаков экстремизма, ни призывов к незаконным действиям, ни побуждения ненависти к кому-либо.

3 января состоялось заключительное заседание суда по делу Станислава Мочалова и Дмитрия Грищенко. Судья приговорил обоих к лишению свободы в колонии общего режима сроком на три года. Пока осужденные находятся в СИЗО-3 в Гомеле. в заключении у Станислава начались сильные проблемы со здоровьем: на фоне стресса началась гипертония, но лекарства для него у родных не взяли. Станислав просил передать учебники по английскому языку, но и их не приняли, объяснив это тем, что в библиотеке есть все необходимое. 

Мы выражаем солидарность с нашими политзаключенными и уверенность в том, что Станислав и Дмитрий не виновны в тех преступлениях, в которых их обвиняет нелегитимная власть. Для диктатора это всего лишь рабочая сила, которая в течение трех лет будет бесплатно выполнять опасную работу. Но мы надеемся, что этот срок для гомельчан закончится гораздо раньше, и они вместе с другими политзаключенными выйдут на свободу.

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.