Резонансный процесс по делу о наркотической вечеринке со смертельным исходом глазами правозащитника Руслана Гусейнова.

Подробности дела в блоге Валерия Щукина:
https://nash-dom.info/55825
https://nash-dom.info/55838
https://nash-dom.info/55875
https://nash-dom.info/55896

…в суд Первомайского района я приезжал за два часа до начала заседаний. Предъявлял на «вахте» удостоверяющий личность документ, но меня не вносили в журнал регистрации. Зал суда был очень тесным, с малым количеством мест. Запускали обвиняемых, адвокатов, родителей обвиняемых, СМИ, а вот для простых граждан мест уже не оставалось. На втором заседании мне удалось отстоять место для себя. Но сразу на меня накинулся сотрудник милиции, запрещая производить фото и видеосъемку до начала судебного заседания. Сзади меня сидел коллега Валерий Щукин – он поставил сотрудника на место. Я в конфликт не вступал, иначе бы меня выволокли за «неподчинение»…

Руслан Гусейнов и Валерий Щукин

В зале было очень жарко. Показания заслушивались в гробовой тишине. Адвокаты обвиняемых отрабатывали свой «хлеб» на все 100% (у каждого обвиняемого был свой адвокат).

На третьем судебном заседании было много раскаяния и слез обвиняемых. Мне запомнились последние слова двух девочек. Одна просила не лишать её свободы, говорила, что хочет продолжить учиться в университете и завести семью. Эта девочка поняла, что жизнь и семья важнее нарковечеринок. Вторая девочка отказалась от своего последнего слова в пользу своего любимого парня, который был за решёткой. Для меня и всего зала это было настолько трагично, что люди не могли сдержать эмоций.

Парень погибшей девушки сожалел о том, что произошло. Он получил сильнейшую душевную травму, родителям пришлось отправить его на лечение и реабилитацию.

В последнем слове раскаялся в своём поступке единственный обвиняемый, который сидел за решёткой – Антон. Изначально он отказывался давать показания, но на суде решил рассказать всю правду.

Во время процесса в сети интернет велись активные обсуждения. Было много тех, кто хотел упрятать бедных детей, которые толком не видели жизни. Я приехал за час до начала оглашения приговора. В зале было много видеооператоров различных СМИ. Мне места не нашлось. Но протиснуться удалось. Не прошло и 15 минут, как судья зачитал приговор всем участникам.

Все стали расходиться, я сказал, чтобы выпускали ребёнка из клетки. Антон услышал и радостно подскочил, ведь он сразу не понял, когда его выпустят. Сотрудник милиции сказал, что он будет освобожден, когда люди покинут зал.

Гособвинитель вышла в фойе для дачи интервью СМИ. Там же ко мне стала цепляться помощница председателя суда, говоря, что я не имею право снимать прокурора, так как не являюсь представителем СМИ. Я предупредил её и тех, кто будет выполнять незаконные приказы, что они будут привлечены по всей строгости закона.

Никто не может попирать права граждан, а Конституцию тем более. Опытные сотрудники милиции не шли у неё на поводу, ибо знали, что я прав.

Исходя из показаний, озвученных в зале суда, половина обвиняемых должна была перейти в статус свидетелей, так как они не видели, как происходила сделка с покупкой наркотика, и не являлись покупателями.

Да, употребили, но за употребление назначается административное взыскание. Золотые медалисты, отличники, музыканты, студенты иняза, кто-то замечен в членстве БРСМ, а кто-то вахту стоял на площади Победы… Антон, например, опытный программист, но судья отметил, что он был замечен с оппозицией. Поэтому, я думаю, его и не выпускали.

Руслан Гусейнов,
правозащитник.
Фото автора