Демонстративное игнорирование столичным судом Фрунзенского района процессуальных норм — явление системное.

Автор исписал почти сотню обращений, заявлений, уведомлений, требований… пока, наконец, эта судебная структура стала предоставлять возможность делать фотокопии с документов, касающихся меня дел.

Не уверен, что другим участникам процесса (которые не написали сотни жалоб) такая возможность предоставляется.

А ведь в процессуальном законе и для судейских работников и даже для самого несведущего участника судебного процесса право на информацию записано более чем понятно.


ПИКоАП: статья 4.1, ч.1, пункт 9; статья 4.2, ч.2, пункт 61; статья 4.3, ч.2; статья 4,5, ч.6 —

знакомиться материалами дела по своему ходатайству, (на любом этапе процесса—Авт.) делать выписки из них, с разрешения снимать копии с материалов.

Аналогично в УПК: статья 43, ч.1, пункт 16; статья 48, ч.1, пункт 11; статья 53, ч.1, пункт 8.


Разрешение для контроля следствия и суда, а не для запрета.

* * *

«Репертуар» Фрунзенского суда не иссякаем. Привожу очередное, рожденное в его недрах, явление.

Как уже сообщалось, директор столичной СШ №127 Елена Подлубная, предположительно, используя должностное (в структуре МВД) положение, вызвала милицейский наряд и приказала составить на меня протокол о ее оскорблении в школе, на официальном приеме граждан.

Приказание было немедленно исполнено. Меня приволокли в отделение милиции (ГОМ) и «состряпали» протокол.

Судебное решение было предсказуемо: возместить «пострадавшей» ее расходы.

Решение суда выполнять надо, и 31 августа оно мною исполнено. О чем я письменно уведомил Фрунзенский суд с предоставлением квитанции об оплате.

Невероятно, но два месяца спустя получаю Постановление отдела принудительного исполнения (ОПИ) о повторной оплате с угрозой, в противном случае, ворваться с милицией и описать имущество.

Как это понимать? Суд ведь приговорил меня к одинарной, а не двойной оплате!

У кого «шарики за ролики заходят»: у меня или…?

Реакция автора на Постановление начальнику ОПИ направлена.

Правда, в отличие от письма запорожских казаков султану, в вежливой форме.

Жду ответ.

Валерий ЩУКИН,
«Наш Дом».