В том, что мальчишки периодически разбивают коленки, нет ничего удивительного. Безусловно, такие травмы нужно показывать врачам, особенно, когда речь идёт о сильных рассечениях. Но что делать, если медик не готов к стрессовой ситуации? Иногда поведение тех, кто давал «клятву Гиппократу», способно удивить в самом неприятном смысле слова.

Конец лета нынешнего года запомнился Марку, сыну активистки «Нашего Дома» Ирины Кравец, не лучшим образом. Школьник упал и сильно повредил колено. Пришлось обращаться за квалифицированной помощью. Сразу в 6-ю больницу Минска, где рану зашили, а на следующий день – в 14-ю районную поликлинику Партизанского района, чтобы поменять повязку и обработать шов.

Мама ребенка утверждает, что 22 августа, при первом посещении поликлиники, рана на колене уже начинала гноиться. На следующий день кроме гноя появился отек. Марк жаловался врачу на боль и «пульсацию» в поврежденном колене. Однако в перевязочном кабинете рану от гноя очищать не стали. Наложили лекарство, забинтовали и отправили домой с напутствием дальнейшие перевязки делать своими силами.

Родители забили тревогу. Состояние колена – увеличивающийся отёк – говорило о том, что само «до свадьбы» вряд ли заживёт. Это была не «рядовая» ссадина, а травма, которая потенциально могла грозить ребенку инвалидностью.

Поведение медицинских работников на приёме 24 августа вынудило Ирину начать видеосъемку. Заведующий травма-хирургическим отделением Прокопов, который пришел в кабинет лечащего врача Разуванова вместо главврача, которого потребовала вызвать женщина, стал уверять её, что «отделяемое» появилось только в день приёма, хотя в её распоряжении были фото начинающей гноиться раны за предыдущие дни. Как выяснилось из разговора, врач не мог без лабораторных исследований определить, является ли «отделяемое» гноем или серозной жидкостью (соответственно, инфицирована рана или нет). При этом изначально Разуванов и Прокопов утверждали, что с раной «все в порядке» (чуть позже выяснилось, что инфицирование имело место).

Женщину возмутило, что ребенку не были назначены антибиотики, полагающиеся после хирургической обработки раны, а также, что рану не очистили. Фактически, вина за любые возможные осложнения, которые непременно возникли бы при домашнем «лечении», на которое отправили Марка, легла бы на его родителей. И если последние прекрасно понимали, что такая травма требует медицинского вмешательства, медики от выполнения своих обязанностей пытались откреститься. На видео, предоставленном Ириной, видно, что Разуванов хочет выгнать мать ребенка из перевязочного кабинета. Видимо, она задает слишком много вопросов, касающихся здоровья сына:

Лишь после того, как Ирина не согласилась с действиями заведующего, был приглашен еще один врач, который выполнил необходимые процедуры в полном объеме.

Ирина обратилась жалобой к главврачу 14-й поликлиники. В ходе личного приема и письменно она изложила суть конфликта, а также приложила имеющиеся у неё фото-, видео- и аудиоподтверждения её слов.

3 сентября, придя на перевязку, Марк вновь попал к заведующему Прокопову, который отказался его обслуживать и сообщил, что отказ собирается оформить официально.

Женщина обратилась к главврачу с очередной жалобой потребовала предоставить ей копию официального отказа Прокопова обслуживать её ребенка, оформить с ней договор на оказание платных услуг (деваться некуда, ребенок нуждается в медпомощи), а также обратилась с просьбой провести служебную проверку заведующего хирургического отделения на предмет профессиональной пригодности. А позже выяснилось, что заведующий Прокопов не только Марка отказался обслуживать, но и вовсе выгнал вон из кабинета ребенка на костылях, мама которого так же обратилась с жалобой на Прокопова к главврачу.

В ответе главного врача поликлиники Красниченко от 24 сентября было указано, что лечение ребенка проводилось в соответствии с утвержденными Минздравом клиническими протоколами (с чем Ирина не согласна, т.к. ей известно, что размер и характер травмы её сына требовали обязательного назначения антибиотиков). Также главврачом не разъяснены причины поведения медработников, которые отправляли ребенка с «гниющим» коленом домой.

Однако примечательно в этом документе другое. В нём указано, что врач Разуванов, заведующий Прокопов и медсестра Дрозд – медики, которые присутствовали на приёме Марка, привлечены к дисциплинарной ответственности (не уточняется, какой именно) Приказом главврача от 16.09.18 №15л.

С одной стороны, это справедливое решение руководства поликлиники. Врач должен осознавать последствия своих действий. Тем более, что в данном случае речь шла, ни много ни мало, о будущем ребенка, который из-за халатного отношения к лечению совсем не шуточной травмы мог бы получить проблемы на всю жизнь.

Но есть одно важное «но». Ирина предполагает, что взыскание могло быть «пакетным». То есть, по совокупности ряда инцидентов с разными пациентами. В распоряжении женщины есть документ: ещё один ответ главврача Красниченко на жалобу матери ребенка, которого Прокопов выгнал вон.

Из ответа маме (направленного буквально чуть позже ответа по жалобе Ирины Кравец), следует, что заведующий Прокопов привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора Приказом от 21.09.18 №15-Л:

Как так вышло, что оба приказа главврача идут под одним номером, но под разными датами?

Пока этот вопрос остается открытым. Ирина Кравец намерена выяснить, действительно ли нарушения врачей в 14-й поликлинике собираются «пакетами» до некой «критической массы», когда, наконец, выносится взыскание. Или же имел место некий казус делопроизводства.

«Наш Дом» поделится с читателями результатами этого гражданского расследования.

Евгений Глаголев-Васькович,
regions@nash-dom.info