Во вторник, 10 апреля, в Бобруйске прошло второе судебное заседание по «делу» экс-кандидата в депутаты Могилевского облсовета Дениса Худовца. Это показательный процесс. Доведенная до абсурда квинтэссенция всех подобных «дел» гражданских активистов. И, как театр начинается с вешалки, административный абсурд – начинается с протокола…


Из протокола об административном правонарушении, зачитанного судьей Еленой Гормаш:

«14 февраля 2018 года в 17 часов 40 минут Худовец Денис Николаевич возле помещения избирательного участка №59, расположенного в учреждении образования средняя школа №32 города Бобруйска, <…> являющегося общественным местом, являясь кандидатом в депутаты Могилевского областного Совета депутатов 28-го созыва, из хулиганских побуждений, умышленно, пренебрегая общепринятыми нормами поведения в обществе, противопоставляя по надуманным мотивам интересы своей личности общественным интересам, не соблюдая устоявшиеся нормы морали, нравственности и этики при общении с председателем избирательной комиссии Руденковой опосредованно допустил ненормативную лексику и непристойные выражения, что повлекло привлечение внимания других членов избирательной комиссии, и, в свою очередь, временное прекращение деятельности избирательной комиссии, чем нарушил общественный порядок».


Авторство сего калейдоскопа деепричастий и административных клише принадлежит подполковнику милиции Сергею Рудько. В своих показаниях он уделил много внимания «пренебрежению устоявшимся нормам морали и нравственности». Что удивляет. Ведь во время ведения резонансного административного процесса в отношении бобруйчанки Галины Лазаревой осенью прошлого года, тот же самый подполковник Рудько интерпретировал эти «нормы» весьма оригинально. Когда составлял протокол в детской инфекционной больнице. Когда ограничивал свободу малолетнего ребенка женщины

Наверно, должностные лица знают о «морали» больше, чем простые обыватели.

Вернемся к суду. Обвиняемый по ст. 17.1 КоАП (Мелкое хулиганство) Денис Худовец с озвученным текстом протокола не согласился. В своих пояснениях суду он рассказал о том, что пришел к избирательному участку в день досрочного голосования, чтобы узнать данные о количестве проголосовавших. Поскольку протокол участковой комиссии находился на участке, куда Денису, как кандидату в депутаты, заходить было нельзя, он попросил председателя комиссии Руденкову озвучить ему цифры из протокола. С его слов, узнать получилось только процент проголосовавших. Экс-кандидат отрицал, что в ходе этой короткой беседы использовал ненормативную лексику.

Однако на выходе из соседнего участка в той же школе, куда он отправился, чтобы проголосовать, его ожидала милиция.

Подробности дальнейших событий вызвали у судьи Елены Гормаш немало вопросов. В частности, по тексту протокола, который составил подполковник Рудько. Процитируем некоторые показательные фрагменты опроса должностного лица:


Судья Гормаш: Что означает «опосредованно допустил ненормативную лексику»?

Сергей Рудько: «Опосредованно» означает, что данное выражение было высказано именно ей (председателю Руденковой – прим. НД) в ходе разговора. Так как не было свидетелей, поэтому такое выражение при составлении административного протокола мной было использовано.

Судья: Какие «хулиганские побуждения» были у Худовца? Что значит «пренебрегая нормами морали …»?

Рудько: Данный гражданин на период проведения выборов имел какой-то статус. Он был кандидатом в депутаты, соответственно, на этом избирательном участке висела его фотография с его данными. Он баллотировался для выдвижения кандидатом в депутаты, соответственно, люди осуществляли свой выбор за того или иного кандидата. Вот поэтому, пренебрегая этими нормами морали. < … >. Он пренебрег, тем что Руденкова на 14-е число являлась председателем избирательного участка, на нее были возложены какие-то права и обязанности, а он был кандидатом.

Судья: Он что-то нарушил в связи с проведением выборов?

Рудько: Нет, он ничего не нарушил.

Судья: Так в чем выражались «хулиганские побуждения»?

Рудько: Если бы нормальный человек подошел… Все мы ходили на выборы, все мы ходили на избирательные участки…

Судья: Вы не ответили на вопрос.

Рудько: Выражались в том, что он пренебрег всеми этими установленными правилами в совокупности.

Судья: Это хулиганский умысел?

Рудько: Да.

Судья: Каким образом это привлекло внимание членов комиссии и приостановило их работу?

Рудько: Они работали согласно графику. Со слов свидетелей, данный разговор привлек их внимание, потому что они услышали высказывание со стороны Худовца. А прекращение работы – пришлось Руденкову опрашивать, а в 19:00 заканчивалось голосование.

Судья: Нельзя было позднее?

Рудько: В соответствии с ПИКоАП административное задержание лица, в отношении которого ведется административный процесс длится до 3 часов. Поэтому начали сразу вести административный процесс.


Напомним, что все происходило около 18 часов. То есть, до завершения работы комиссии оставался час. По сути, выходит, что именно действия должностного лица «приостановили работу комиссии». Тем не менее, свидетели из комиссии опровергли эти слова. Они отрицали, что работу комиссии пришлось приостановить.

Примечательно также, что ни подполковник Рудько, ни капитан милиции, который составлял рапорт о происшествии, ни госпожа Руденкова не озаботились поиском других свидетелей. Тех, кто находился в фойе школы (родители учеников, избиратели). И только на суде сторона обвинения вспомнила, что люди какие-то там были, возможно, что-то слышали, и – надо же было взять у них данные, чтобы «засвидетельствовали»… Возникает закономерный вопрос: если инцидент могли видеть и слышать многие люди, почему о них «забыли» до суда?

Важно отметить следующий момент в показаниях заявленных свидетелей. Помимо председателя Руденковой опрашивались ещё два члена избирательной комиссии, которые находились в день инцидента на участке. Напомним, что участок располагался в школьном кабинете. Во время разговора с Худовцом Руденкова стояла около дверей участка, а кандидат находился в фойе. Столы членов комиссии располагались так, чтобы «встречать взглядом каждого избирателя».

Все эти детали важны в свете того, что два свидетеля из комиссии дали совершенно разные показания. Первая женщина рассказала о том, что слышала разговор председателя с кандидатом, слышала и «оскорбительные выражения» от него. Вторая, находясь рядом за столом в том же кабинете, не видела и не слышала ничего, о произошедшем узнала от председателя комиссии. Второй «свидетель» помнила лишь эмоциональное состояние Руденковой, которое, с её слов, передалось и ей…

Опрошенные разошлись и в части того, что же было произнесено кандидатом-«хулиганом». Это были «два предложения», или «нецензурное выражение»,  или «одно очень некрасивое предложение», или «угроза»? Ни одного «некрасивого слова», приписываемого Худовцу, никто из опрошенных не озвучил.

На этом суд объявил перерыв для исследования собранных материалов. Продолжение и, возможно, оглашение постановления назначено на 11 апреля в 14:30.

Полная аудиотрансляция судебного заседания 10.04.18

«Наш Дом»