Расследование гражданской кампании «Наш Дом»

Военная часть под длинным названием «72-й гвардейский объединённый учебный центр подготовки прапорщиков и младших специалистов» в военном городке Печи под Борисовом всегда пользовалась дурной славой – ещё со времен СССР (она была создана в 1960 году).

Дело даже не в традиционном для военных советской закалки стремлении к показухе – здесь как раз учебный центр вполне преуспевал.

Учебный корпус в Печах – самое крупное «сборище» военных подразделений в Беларуси. В Печах дислоцировано более 4,5 тысячи военных – по гражданским меркам, это целый посёлок. В общей сложности там постоянно находится около 10% всех военных страны. Причем если изначально там готовили только младших командиров и военных специалистов, то с 2001 года начата подготовка еще и прапорщиков. Цикл обучения в Печах занимает 3-4 месяца. Туда попадают молодые солдаты, которых только призвали на службу.

С организационной точки зрения 72-й учебный центр – это шесть специализированных школ, каждая из которых имеет статус отдельной воинской части. В разных школах готовят будущих танкистов, водителей и командиров БМП, снайперов, специалистов радиосвязи, начальников столовых – то есть большинство специалистов, востребованных белорусской армией. В общей сложности обучение там проходит по 81 военно-учётной специальности. Дополнительно к этому в Печах дислоцированы  три военные единицы, где солдаты проходят полноценную службу: батальон охраны и обслуживания, центр технического обеспечения и батальон материального обеспечения.

В Беларуси учебный центр в Печах известен как место с наиболее жестокими «традициями» армейской дедовщины и неуставных отношений, идущими еще со времен СССР.

История, сделавшая Печи известными на всю Беларусь

3 октября 2017 года в воинской части в Печах был найден повешенным 21-летний рядовой Александр Коржич из Пинска. Он служил в 3-й школе, 3-й роте, 2-м взводе. Причем его обнаружили в подвале через несколько дней после смерти, с майкой на голове и со связанными ногами. Сколько солдат провисел мёртвым в подвале медсанчасти, неизвестно: на звонки друзей и близких Саша перестал отвечать ещё 26 сентября.

Дело о гибели Коржича вначале пытались скрыть, но оно быстро получило широкий общественный резонанс, и Александру Лукашенко пришлось взять это дело под личный контроль.

По словам матери Коржича, когда забрали тело сына, на нем было множество гематом «в паху, в районе печени, почек». «И вся голова в мелких ранах, словно шилом кололи. Это фашисты. Моя мать видела труп и сказала, что немцы над ними в концлагере так не издевались, как тут свои же», – сказала она.

Несмотря на очевидные свидетельства, белорусские власти упорно доказывали, что гибель Коржича – это не убийство, а самоубийство. Как заявил журналистам председатель Следственного комитета Иван Носкевич, экспертиза не выявила на теле погибшего в Печах солдата-срочника следов побоев, кроме странгуляционной борозды.

По словам Носкевича, следы на теле, о которых говорили родственники и друзья погибшего, – это якобы трупные пятна, возникающие после смерти человека. Он отметил, что над делом Коржича каждый день работают 15-20 следователей, были возобновлены прежние дела по дедовщине, «фигуранты тех дел заговорили».

Журналисты быстро выяснили, что до службы в армии Александр Коржич был успешным парнем. Он хорошо зарабатывал как автомеханик, у него было много друзей, он вел активный образ жизни. Свободно разговаривал на английском и немецком языке.

Также стало понятно, что именно происходит в учебной части в Печах – средоточии белорусской военной дедовщины, где солдатам первого периода службы выставляли «счета» за то, чтобы их не трогали физически. Попытки добиться справедливости, любые жалобы командованию, приводили к тому, что издевательства удваивались.

Вот что рассказала журналистам мать Александра Коржича:

«Прежде всего, к Саше я почти не могла попасть во время службы, не удавалось. Продолжительная встреча была 3 июля. И если по телефону он говорил «Все нормально», то там уже выговорился. Он рассказывал невероятные вещи. Что сержанты приводили ночью проституток, объявляли роте «тревогу», сами развлекались с ними, а солдат заставляли смотреть. О сексуальном насилии… Я говорю: так что вы там, сосали им, лизали? Что? Он ничего не говорит. Говорит: тебе лучше не знать. Там был конкретный счет, который выставлялся за безопасность – 15 рублей в день. Он сначала сопротивлялся, но его сильно били. Всего с карточки Саши исчезло в неизвестном направлении 1500 рублей. Он просил меня высылать ему деньги, я высылала. И я знала, что их отбирают прапорщики и сержанты, но что мне делать было, чтобы его там убили?»

И далее:

«Я бы кредит взяла, если бы знала. Так все там делают. И вот, когда он мне сказал, что ему это надоело, что он не хочет, чтобы я несла такие расходы, это все и случилось. Он сказал, что пойдет к ротному «разбираться». И потом его нашли в петле, так вот «разобрался». … Когда мы примчались в часть за телом, мне его не отдавали, говорили, оно «еще не готово». Я говорю командиру части – ведите мне того прапорщика, который вам наши деньги носил. Или вы ничего не знали? А он давай рассказывать, что прапорщик в отъезде, а телефоны Саши он тоже не может отдать – мол, он их продал за долги. Я говорю: закрой рот, подлец – мой сын мне перед армией кухню подарил за 2 тысячи долларов, а ты мне рассказываешь, что у него здесь долги были?»

Мать Коржича также рассказала, что, по её мнению, сына запугивали и её жизнью:

«Последний его звонок был с вопросом «Мать, как ты?». И он так каждое слово произносит: «М-а-м-а, как у тебя дела?» Я спрашиваю, как ты? У тебя все н-а-р-м-а-ль-н-а?»

Белорусские власти старались сгладить произошедшее и с этой целью подключили к делу подконтрольный властям Комитет солдатских матерей.

Представители организации 18 октября 2017 года побывали в Печах и встретились с командованием и личным составом 72-го гвардейского учебного центра, а также пообщались с сослуживцами Коржича.

«Есть такие силы у нас, которые хотят использовать вот этот несчастный случай, вот эту боль нашу общую за этого парня и за мать этого мальчика. Не нужно это использовать в своих корыстных целях», – заявила председатель Республиканского комитета Белорусской общественной организации солдатских матерей Галина Чигринова.

Накануне министр обороны Андрей Равков заявил, что виновные и те должностные лица, которые своими действиями, бездействием, равнодушием привели к этой ситуации, должны понести наказание. Равков назвал армию школой для молодых людей, а «в воинском коллективе не должно быть халатности и трусости».

«Командиры и начальники должны отвечать за подчиненных, – заявил министр. – Не должно быть смертей военнослужащих, особенно срочной службы, в мирное время».

 

«Когда вы приезжаете на присягу, обратите внимание, что говорят командиры воинских частей. Они скажут, что делать в отношении своих детей, чтобы служба прошла без проблем. Взаимосвязь родителей с воинской частью должна быть постоянной. При этом если нет доверия к руководству воинских частей, у родственников всегда есть возможность прийти на прием к министру или обратиться в другие органы», – обратился Равков к родственникам погибшего солдата.

18 октября 2017 года уголовное дело по факту гибели солдата-срочника Александра Коржича в Печах было принято к производству Следственным комитетом Беларуси. Также было возбуждено 8 уголовных дел в отношении семи сержантов и старшины роты, они были заключены под стражу.

Задержанных подозревали в дедовщине, злоупотреблении властью и мошенничестве. Их действия квалифицировались по ч. 2 ст. 455 УК (превышение власти или служебных полномочий, сопряженное с насилием либо совершенное с применением оружия). А также по ст. 443, 455, 209 УК. Статья 443 УК предусматривает ответственность за нарушение уставных правил взаимоотношений между лицами, на которых распространяется статус военнослужащего, при отсутствии отношений подчиненности, статья 209 – за мошенничество.

Далее все уголовные дела были объединены в одном производстве, создана единая следственная группа. Позднее стало известно, что задержаны командир роты Коржича (1994 г.р.) и его заместитель, капитан 1989 г.р. Количество уголовных дел выросло до 13.

По информации следствия, командир и его заместитель проявили преступное бездействие, зная о поступках старшины в отношении рядового Коржича, и не приняли надлежащих мер. Причиной такого бездействия следователи сочли попытку создать видимость благополучия перед вышестоящим начальством. В свою очередь, офицеры не старались принимать меры по поддержанию внутреннего порядка – им просто было лень этим заниматься, заявили в СК.

После прибытия Коржича из медроты командир не проявил никакой заинтересованности в его состоянии здоровья, хотя, по Уставу, должен был вести учет личного состава и наблюдать за ним. Заместитель командира обязан принимать эффективные меры по предупреждению правонарушений и отвечал за морально-психологическое состояние личного состава, – говорится в заключении следствия.

Все эти факты стали основанием для возбуждения уголовных дел в отношении офицеров по ч. 3 ст. 455 (бездействие власти, повлекшее тяжкие последствия) УК, которые присоединены к основному делу о происшествии в Печах.

По ходу следствия самими следователями и общественностью выдвигались разные версии причин смерти Коржича: самоубийство, инсценировка самоубийства чтобы скрыть дедовщину, убийство другим солдатом, сошедшим с ума.

19 апреля 2018 года Следственный комитет сообщил, что Александра Коржича довели до самоубийства сослуживцы. Трое сержантов признаны обвиняемыми, вину они признали частично. Вопрос о том, что на самом деле это было убийство (на чём настаивала мать Коржича) более не поднимался.

Удары, выманивание и принудительные физические упражнения применялись обвиняемыми сержантами ежедневно, – об этом в суде рассказали многие солдаты. В начале процесса судья заявил, что только в отношении Александра Коржича насилие и вымогание денег за три его последних месяца в Печах применялись как минимум 16 раз.

19 октября 2018 года в суде Минского района судья Сергей Епихов наконец вынес приговор по резонансному делу о гибели в военной части в Печах рядового Александра Коржича. Командира роты Павла Суковенко и старшину Артура Вирбала – начальников погибшего в Печах рядового – приговорили к 6 и 4 годам колонии в условиях усиленного режима соответственно. Обоих военнослужащих признали виновными в преступлениях по частям 1 и 2 ст. 455 Уголовного кодекса (злоупотребление властью).

Печи – новые трагические истории

7 сентября 2021 года в учебном центре в Печах опять погиб солдат-срочник.

«По предварительной информации, в ходе занятий по огневой подготовке в результате неосторожного обращения с оружием военнослужащий нанес себе огнестрельное ранение», – говорилось в официальном сообщении Министерства обороны.

Однако позднее появилась неофициальная информация от сослуживцев погибшего. С их слов следует, что солдат застрелился сам, не выдержав издевательств со стороны офицеров.

Несмотря на все многочисленные трагедии, белорусские власти продолжают делать Печи главным центром подготовки белорусских солдат.

21 мая 2022 года более 1000 человек принесли присягу в 72-м гвардейском Объединенном учебном центре подготовки прапорщиков и младших специалистов. В торжественных мероприятиях там принял участие министр обороны Виктор Хренин.

29 августа 2022 года Александр Лукашенко сменил руководство учебного центра в Печах. Но при этом командира «учебки» не уволили с позором и не отдали под суд, а отправили на повышение – обычная практика в Вооруженных Силах Беларуси.

Решением «президента» генерал-майор Владислав Будик был освобожден от должности начальника 72-го гвардейского объединенного учебного центра подготовки прапорщиков и младших специалистов Вооруженных Сил. Он занимал этот пост с ноября 2017 года. Теперь Будика перевели на должность начальника главного организационно-мобилизационного управления – заместителем начальника Генерального штаба.

А на должность начальника 72-го объединенного учебного центра был назначен полковник Вадим Суров. Впрочем, и ему не удалось исправить «врожденные пороки» учебного центра в Печах.

15 сентября 2022 года Министерство обороны РБ сообщило, что в учебном центре в Печах погиб военнослужащий – инструктор по вождению.

«В ходе проведения плановых занятий в 72-м гвардейском объединенном учебном центре подготовки прапорщиков и младших специалистов в результате нарушения правил эксплуатации техники военнослужащий, инструктор по вождению, получил травму, несовместимую с жизнью», – говорится в сообщении. При каких обстоятельствах военнослужащий получил несовместимую с жизнью травму, не сообщалось. Позднее эта информация также не была обнародована.

Под чьим руководством всё происходило?

Один из людей, которые напрямую ответственны за всё, что происходит в Печах, – Председатель комиссии по нацбезопасности Палаты представителей Национального собрания Беларуси Олег Белоконев. Олегу Белоконеву 57 лет, он уроженец Приморского края России – то есть изначально вообще никак не был связан с Беларусью. В 1983 году поступил на службу в Вооруженные силы СССР. Еще в Советском Союзе с отличием окончил Омское высшее общевойсковое командное училище, затем дважды проходил обучение в белорусских военных институтах. В советской, а затем белорусской армии прошел все должностные ступени от командира взвода до командира батальона.

В конце 2010 года Белоконев стал командующим Силами специальных операций ВС Беларуси (подразделения этого рода войск участвовали в подавлении протестов в 2020 году, в частности спецназовец Роман Гаврилов застрелил Геннадия Шутова в Бресте). А вершиной карьеры для генерал-майора стала должность начальника белорусского Генштаба, которую он занял в 2014-м. Примечательно, что именно за время его руководства в армии произошло несколько резонансных случаев с дедовщиной и самоубийствами, в частности, эпизод с гибелью в учебном центре в Печах Александра Коржича.

В декабре 2019-го Белоконев избрался в Палату представителей – и покинул Генштаб (также он лишился своего места в Совбезе). В нижней палате парламента этот российский (!) по происхождению офицер возглавил профильную комиссию по национальной безопасности Беларуси. Интересно, что одним из первых публичных заявлений Белоконева на посту депутата стало высказывание о перспективах совместных учений белорусских военных с подразделениями стран НАТО.

Технологии дедовщины в белорусской армии

Журналисты и правозащитники собрали воедино наиболее распространенные способы издевательств над солдатами в Печах.

«Прописать собаку»

Удар носком берца в голень. Применялся сержантами в отношении подчиненных солдат. Никто из опрошенных на суде военнослужащих не смог объяснить, почему такой удар имеет именно это название. Результат удара мог быть разный, в зависимости от его силы. «Прописывали собак», по словам пострадавших солдат, все трое обвиняемых сержантов.

«Собаку» от сержанта можно было получить за мелкую провинность, – рассказал рядовой Евгений Красковский. – Однажды я поругался с сослуживцeм, сержант услышал и ударил меня берцем в голень. Еще был случай, когда я споткнулся на площади, тоже «собаку» получил. Кофе сержанту не принес из магазина – еще «собака».

Солдаты рассказывают, что после ударов берцем по голени было больно, иногда до крови рассекалась кожа, оставались синяки. Никто из руководства части не придавал повреждениям на ногах рядовых значения.

Удар по шее

Еще один популярный вид наказания. Использовался, когда сержант был недоволен видом прически подчиненного ему солдата.

«По шее я несколько раз получал, – рассказал Андрей Сивуха. – За то, что имел неаккуратную прическу. Не сделал так называемый «кантик» – два удара. Сержант бил ладонью, однако ощутимо. Болела голова».

Такие же показания дали еще несколько пострадавших солдат.

«Переворот»

Сержант опрокидывал кровать солдата во время сна. Использовалось это за неподчинение или серьезную вину.

«Газы»

Ночные отжимания всей роты в противогазах. Применялись примерно раз в месяц. Все опрошенные потерпевшие рассказывают как минимум о двух разах, когда «газы» использовал сержант Барановский. В одном из таких случаев причиной наказания стало то, что один из рядовых после возвращения роты с полигона не помыл бачки для еды.

«После отбоя сержант Барановский зашел в роту, приказал всем надеть противогазы и отжиматься, – рассказал на допросе Андрей Сивуха. – Мы начали отжиматься. Как долго это продолжалось, я не могу сказать. Более 15 раз, наверное. Одному из нас стало плохо, тогда Барановский приказал остановиться и отправил этого солдата в туалет умыться. Помыть бачки из-под пищи должен был один из нас, отжиматься сержант Барановский заставил всех».

«Прокачкa»

Отжимания от пола или от земли, замирания на полусогнутых руках. О «прокачке» рассказывают все пострадавшие солдаты. Применялось такое наказание не только ночью после отбоя, но и днем.

«Командовал «прокачкой» сержант Барановский, – рассказал на допросе у следователя рядовой Олег Антоневич. – приказал мне принять упор лежа и считал отжимания. Иногда приказывал остановиться и замереть на согнутых руках. Затем продолжал считать. Во время таких остановок я чувствовал боль в руках. Отжиматься надо было 10-15 раз. Это были издевательства».

«Прокачку» сержанты устраивали просто от плохого настроения или за мелкие нарушения.

Выкуп за мобильник

По военному уставу все рядовые при поступлении на службу должны сдать свои мобильные телефоны сержанту. Он держит их в отдельной коробке, пользоваться мобильниками солдаты могут только с его разрешения раз в неделю – в воскресенье. При этом телефон не должен иметь выхода в интернет.

Из показаний пострадавших солдат видно, что летом 2017 года в Печах применялась другая практика.

«За телефоны мы платили, – рассказал Роман Аскерко. – Сержанты открыто не требовали деньги, но все знали, что можно заплатить им и пользоваться телефоном неограниченно. Только от офицеров надо было скрывать. Офицеры забирали телефоны, когда видели их у нас. Откупиться можно было только от сержантов. Обычный кнопочный телефон «стоил» 20 рублей, смартфон с интернетом – 40. Я дал 30 рублей и пользовался мобильником, обычно после отбоя. В интернет можно было выходить».

О том, что можно было «выкупить» свой телефон у сержанта, рассказывали все опрошенные на суде солдаты. Большинство из них такой возможностью пользовались. Иногда рядовые сбрасывались по 10 рублей и по очереди пользовались одним смартфоном на четырех.

«Налог» продуктами и сигаретами

По военному уставу, ходить в магазины на территории части рядовые могут в свое свободное время с разрешения командира. На практике разрешение сходить в магазин солдаты просят чаще всего у своего сержанта.

«За время службы в Печах я 18 раз ходил в магазин, так мы подсчитали со следователем на допросе. Каждый раз я должен был что-то принести оттуда сержантам Барановскому и Скуратовичу, – рассказал в суде рядовой Федор Лагвинков. – Сигареты, кофе, вафли. Иногда мы шли в магазин вместе с другими солдатами и тогда сбрасывались, чтобы приобрести сержантам сигарет. Но 13 раз я ходил один, тогда приобретал по два пакетика растворимого кофе. Для меня это было ощутимо. Мы получали около 9 рублей в месяц на личные нужды, родители не имели возможности помочь. В магазин я ходил примерно дважды в неделю, питания в столовой не хватало».

Как рассказывают пострадавшие солдаты, открыто никто из сержантов не принуждал рядовых приобретать им сигареты, кофе и печенье в магазине. Однако если кто-то из солдат этого не делал, ему либо «прописывали собаку», либо какое-то время не разрешали ходить в магазин. Исключение делалось для Александра Коржича, которого сержант Барановский мог отправить в магазин тогда, когда ему чего-то оттуда хотелось.

«Когда желающих пойти в магазин не было, Барановский звал к себе Коржича и ставил ему задачу пойти в магазин и купить ему что-то, – рассказал пострадавший Евгений Красковский. – Об этом знали все в роте. Коржич ходил в магазин через день».

«Наш Дом»

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.