Комиссия по делам несовершеннолетних (КДН) Партизанского РУВД столицы не прекращает преследование четвероклассника 183 школы Марка Кравца и его мамы.

Причина гонения для нынешнего нашего государства универсальна. Не вписывается эта семья в белорусский порядок: безмолвное повиновение власть имущим. И даже отмена судом юридически неграмотного наказания, вынесенного на предыдущем заседании КДН в январе 2016 года, чиновничий пыл не умерило.

Процесс, длящийся уже четыре месяца, явно превысил все допустимые сроки. И на очередном (апрельском) заседании КДН попыталось дело закрыть. Сторонам было предложено заключить мировое соглашение.

kravec2Стороны — это малолетки Андрей Конюх (сын учительницы) и Марк Кравец.
Причем выяснить мнение самих ребятишек даже не пытались. Предложили Конюх-маме, но та категорически отказалась. Жаждет “крови” мамы Марка, не испугавшейся педагогических нападок на своего ребенка.

Предложение КДН о мировом соглашении юридически правомерно. Дело, действительно, можно прекратить.
Меры приняты. Андрея Конюха родители перевели в другую школу, а его мама (преподаватель физкультуры) уже не является учительницей Марка.
Доказательств же грубого словесного обращения Марка к Андрею (аудио-видео записей, показаний свидетелей, независимых от директора школы Ануфриевой), нет.

Да и быть не может!

Похоже, для сотрудников Партизанского РУВД это не абсурд. Младший лейтенант Любецкий (крупный “специалист” в правовых вопросах) в виновности Марка уверен. Мне кажется, что данный милицейский офицер “докажет” все, что угодно.
Наверно именно поэтому КДН пригласила Любецкого на заседание в качестве… свидетеля.
Свидетеля чего? Ведь на время инкриминируемого Марку конфликта данного сотрудника милиции в здании школы не было.

Комиссия отложила рассмотрение вопроса, до установления точного времени (по-секундно) рассматриваемого обвинения. Ежу понятно кому поручат. Все тому же юридическому “грамотею” Любецкому.

Непонятно чем члены КДН думают. Столь длительные (многомесячные) судебные тяжбы и для взрослых психологически нелегки. Что уж тогда говорить о последствиях для психики малолеток.
Конюх-мама изучающая, полагаю, психологию, это поняла и объявила, что опасается за здоровье сына, а потому приводить на заседания КДН своего ребенка впредь не будет.
Реакцию комиссии на данное заявление педагога не слышал.

* * *

Зато видел реакцию этой комиссии на замечание о хамском отношении к гражданам в районной администрации.
Молодой женщине, пришедшей на открытое заседание комиссии, пришлось стоять: стульев в помещении недоставало. Никто из КДНовских заседателей даже бровью не повёл (хотя не видеть данного обстоятельства не могли). Пришлось мне выйти в коридор и принести даме стул.
На замечание чиновникам об аморальности подобного их поведения прозвучал гневный ответ: мог бы уступить свое место!

Да, мог. Только молодая женщина, по возрасту мне внучка, такое предложение не приняла бы. В отличие от членов комиссии так дурно не воспитана. Но если бы приняла, то мораль членов комиссии за пределами общечеловеческих понятий.

Представляете картину: седой гражданин на восьмом десятке лет стоит, а чиновники-сопляки (по возрасту мне дети и внуки) с ухмылкой на это взирают, развалившись на стульях.

Прав был Грибоедов, увековечивший устами Чацкого: «А судьи кто?»

Валерий ЩУКИН,
Наш Дом.