В понедельник, 28 сентября, Бобруйский суд приступил к рассмотрению уголовного дела 27-летней Анастасии Навоевой, обвиняемой в применении насилия против участкового Бобруйского РУВД Виктора Толстика. В обстоятельствах этой странной истории разбиралась активистка «Нашего дома» Олеся Садовская.

У Анастасии Навоевой многое в прошлом: работа на «Белшине», дети 7 и 4 лет, ремонт в квартире. Сегодня есть только СИЗО, откуда привозят в суд. Обвиняемая по статье 364 УК («Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел»), женщина может лишиться несовершеннолетних детей, сына и дочери, которые с весны этого года переданы в приют.

Незадолго до начала судебных заседаний на глаза попалась публикация в газете «СБ. Беларусь Сегодня» за 2006 год. Журналист разбирался с проблемами 18-летней выпускницы интерната Анастасии Навоевой, которой не удавалось въехать в жилье, оставшееся от матери. «Наследство» досталось несладкое: однокомнатная квартира с долгами по коммуналке, в которой жили бомжи. Пригляделась к фото героини – да это же она, Настя.

navoeva-sb

Принскрин с сайта “СБ. Беларусь сегодня”

В детдоме всю жизнь: мать-алкоголичку лишили прав на всех пятерых детей. О существовании родных узнала в 17 лет. Мать умерла от инсульта, один из братьев сел за убийство отчима, двое подались на заработки в Россию. Пока в семье разгоралась эта «Санта-Барбара», Настя боролась. Из-за конфликта с директором интерната, не отпустившего на похороны матери, бросила учебу, была направлена в интернат для детей с особенностями психофизического развития, где начала защищать воспитанников от произвола персонала. Еще до совершеннолетия ее реабилитировали, сняли диагноз. Настя устроилась на Бобруйский машиностроительный завод, встретила парня – Геннадия Горленко, чью фамилию носят ее дети. Но семейная жизнь тоже в прошлом.

Фото: Еврорадио

Фото: Еврорадио

С чего все началось – задолженностей за квартплату, работы в три смены (не смотря на алименты, женщина пыталась быть независимой и обеспечивать себя сама), необходимости платить за кредиты, которые брала на ремонт квартиры? Причин не назовет и сама Анастасия. Но она работала, пыталась строить новую семью – от друзей женщины стало известно о мужчине из органов внутренних дел, с которым прожили вместе несколько лет.

Может, этот мужчина и стал косвенной причиной беды, в которую попала женщина. Приехав в Бобруйск на суд, я неожиданно узнала еще об одном, административном деле Навоевой, инициатором которого стал тот самый милиционер-сожитель. Поговаривают, что причиной ссоры стали некие действия мужчины на службе, которые Настя расценила как незаконные. Итог – драка, после которой милиционер снял побои и инициировал административный процесс в отношении подруги. Согласись он на примирение – история тихо закончилась бы. Не согласился. Поэтому вынесено решение: штраф для Навоевой на 1,8 млн. рублей. Странная принципиальность по отношению к женщине, воспитывающей двоих маленьких детей.

Фото: Еврорадио

Фото: Еврорадио

Но в уголовном деле о конфликте с милиционером-сожителем – ни слова. На протяжении всего суда свидетели рассказывали о других вещах. Что дети Навоевой часто сидели дома под надзором престарелой родственницы, ходили в круглосуточный детский садик, а в апреле младшая дочь около месяца пролежала в больнице, что, со слов медицинских работников наверняка устраивало женщину, поскольку о девочке не надо было заботиться.

К слову, именно с больницы все и началось. Отвечая на вопросы суда, обвиняемая пояснила: 18 апреля она позвонила заведующей отделения больницы и сказала, что забирает ребенка. В ответ прозвучало сообщение: ребенка не отдадим, готовится изъятие детей. Навоева оказалась упрямой – за дочерью пошла. Заведующая вполне прогнозируемо вызвала милицию, а участковый Виктор Толстик (на фото ниже) попросил покинуть помещение и забрал сына, с которым пришла женщина. Конфликт разгорелся на троллейбусной остановке, что у больницы, где вместо аргументов в ход пошли кулаки.

navoeva-sud

Фото предоставлено посетителями суда. Пожилой человек – тот самый поцарапанный милиционер.

Дальнейшее развивалось по обычному сценарию: РУВД, «ласточка», освидетельствование на алкогольное опьянение и даже… беременность! Сложно представить, но в документах дела есть и такой диагноз – «беременность», который, как и состояние опьянения, полностью отрицает Навоева. Суд решил верить потерпевшему: в ходатайстве стороны защиты пригласить медика, давшего такое заключение, отказано.

Еще одна загадка – медсестры, уверявшие, будто бы дочь Навоевой в больницу привезли здоровой, якобы женщине просто не с кем было оставить ребенка. На суде обвиняемая категорически отрицала, что видела этих женщин в больнице. Кому верить – обвиняемой или заведующей, уверявшей, что медсестры работают одна год, другая – пять лет?

Надеемся, в этом запутанном деле разберется суд. К слову, очень хотелось бы услышать ответ на вопрос, почему Навоеву задержали не весной, а в конце лета, 21 августа, вскоре после ее конфликта с милиционером-сожителем.

Сегодня, 30 сентября ожидается выступление сторон обвинения и защиты, затем Навоевой предоставят последнее слово. Что скажет Анастасия в свою защиту и каким будет решение суда? «Наш дом» следит за развитием событий.

sud-bobruisk


  • oze

    Какой позор…
    У меня такие сотрудники милиции ничего кроме отвращения не вызывают.
    Я не хочу, чтобы они получали деньги из моих налогов за то, что они набираются наглости заявлять об избиении двух вооружённых жлобов безоружной женщиной.
    И таки да, хочу знать, сколько реальных преступников они задержали и что они станут делать в случае получения реальных ранений.