Но женщине кресло я бы не уступил только по одной причине: это не женское дело, это тяжелое дело – это во-первых. У меня и у российского президента полномочия верховного главнокомандующего. Ну как женщина в юбке придет там перед строем, или на учениях… Хоть даже женщины сейчас и штаны носят, но все равно это не то. Это не женщины дело. В Евросоюзе функции президента может, наверное, исполнять женщина, хотя президент женщина – это тоже как-то не очень смотрится. Но там у них полномочия другие, они более представительские функции выполняют. У нас наоборот. У нас надо вкалывать, бегать, широко шагать, чтобы штаны не порвать и так далее. Поэтому не женское это дело. Да и мы славяне, мы не очень воспринимаем, когда женщина президент. Это мужская профессия, чисто мужская, не надо вам в эти президенты лезть, это беда, это горе, не дай Бог.
Александр Лукашенко, 7-го октября, пресс-конференция российским СМИ

Дивная все-таки логика у нашего Александра Григорьевича. Женщина, значит, в форме главнокомандующего перед строем стоять не может, а семилетний мальчик Коля в форме главнокомандующего на военном Параде перед тем же строем – запросто может?

…В детстве возле моего дома был тир. В моей школе в подвале был тир. Нам в школе преподавали «Начала военной подготовки». Предполагалось, что детишки в школе «начинают» военную подготовку, а потом уже с каждым годом ее совершенствуют – через военно-полевые игры «Зарница», через военно-патриотические клубы, через военные кафедры в институтах и университетах, через обязательное несение службы в армии… Только много лет спустя я поняла, в какой ужасной системе мы жили. Если страна учит своих детей обращаться с оружием и воевать, значит, в ней что-то не в порядке.

Дети должны играть и расти под мирным небом. Без автоматов в руках.

Для мужчины-президента в Беларуси (судя по размаху проводимых военных парадов и учений) война – это круто: солдатики бегают, кирпичи ломают на голове, стрекочут пулеметы, рвутся гранаты, танки туда-сюда… Движуха, короче. А для любой женщины война – это тревожное ожидание почтальона у окна, похоронки, слезы, горе и боль, которая никогда не утихает.

Если бы в 80-е годы у руля в Беларуси стояла женщина, то она бы костьми легла, чтобы белорусские парни не ехали в Афганистан «выполнять интернациональный долг». Потому что в то время как высокие начальники получали награды-звания-должности-квартиры, матери и жены в Витебске и по всей Беларуси получали цинковые гробы. А отмена льгот афганцам в 2007 году для меня показатель того, что Александр Лукашенко и его правительство непростительно легко относятся к смертям белорусских сыновей и быстро про них забывают.

Меня пугает наше сближение с Россией по одной-единственной причине: почему оба президента молчат про участие армий союзных государств в военных операциях друг друга? Для меня это очень принципиальный вопрос: больше никакого выполнения «интернационального долга» и участия белорусов в чужих войнах! Наши дети не должны гибнуть в угоду политической конъюнктуре и чьим-то нездоровым амбициям.

Исключение может быть только одно –  если на нас напали. Тогда да, война до победного конца и в защиту нашей Родины.

Боюсь, что Александр Лукашенко, запутавшийся в своей противоречивой международной политике, вряд ли сможет сказать твердое и однозначное «нет», если российскому руководству потребуются белорусские солдаты. И жизни наших сыновей могут быть выгодно проданы – за кредиты, помощь, низкую цену на газ и нефть и т. д.

Задача верховного главнокомандующего – не в отслеживании целостности  штанов во время беготни перед строем. Задача главнокомандующего и президента – это выстроить свою международную политику так, чтобы война в Беларуси, с Беларусью и с участием белорусских парней была в принципе невозможна. Чтобы Беларусь, как страну, уважали так, что никому бы в голову не пришло на нее нападать. Главное у верховного главнокомандующего, простите, мозги. А мозги не заменишь никакими штанами и даже большой фуражкой на голове.

Полагаю, что женщина-президент в международной политике не делала бы таких непростительных ошибок. Она бы не обзывала председателя Европейской Комиссии Жозе-Мануэля Баррозу «козлом» в то время, когда экономика страны зависит от Евросоюза. Или зачем было обвинять президента Украины Виктора Януковича во «вшивости», когда с Украиной нам позарез нужно развивать взаимовыгодное двустороннее сотрудничество? Зачем так портить отношения с Польшей и Германией да еще заявлять министру иностранных дел Германии Гидо Вестервелле, что его «сослали бы в колхоз»? Это богатые страны, нам с ними дружить надо, чтобы помогали, ежели чего, в трудную минуту. Зачем так поливать грязью Россию, премьера-президента и министров, когда на кону экономика Беларуси? Мы же все-таки соседи. Выскажется Александр Григорьевич, а потери и убытки несет вся республика.

Есть ли сейчас хоть одна страна, которую мы бы могли с гордостью назвать своим «партнером»? Да, есть. Куба, Ирак, Ливия, Венесуэла, Северная Корея, некоторые арабские страны. С такими «партнерами» и врагов не надо. Да оттого они и «партнеры», что изгои, весь остальной мир от этих ребят отвернулся, а кое-кого уже и собственный народ прикончил. Почему мы ищем «партнеров» не среди братьев-славян или хотя бы балтов, а среди людей с чуждой культурой, менталитетом, религией? С нашими соседями у нас общая история, общие корни, общая индоевропейская группа языков, общая религия и многое другое «общее». Но Беларусь так себя ведет, что соседи и руки подать боятся.

Но не только в военном деле женщина была бы полезна.

Уже понятно, что сельское хозяйство в Беларуси – это «горе-беда».

Вспомним наши печально известные агрогородки. Мне всегда хотелось узнать имя того славного, но скромного архитектора этих удивительных домиков. Посмотришь на агрогородок, и сразу понятно: то ли автор проекта прибыл из знойной Африки, где не бывает зимы, холодов и снега, то ли это хитрый расчет государства, чтобы только алкаши в этих домиках и селились. Белорусы, как нация с крестьянскими корнями, не перестают удивляться этому «восьмому чуду света». Дом в деревне – это ведь не просто дом. У крепкого хорошего хозяина дом – это только треть от всех хозпостроек. Остальное – сараи, навесы, хлев, пуни и прочие строения. Это у алкаша и лодыря – дом один-одинешенек на огороде, посреди бурьяна и лопухов.

В агрогородках, кроме домика, в углу участка скромно стоит одинокий сарайчик, в котором не поместится даже курятник. То ли туалет на две персоны, то ли «для красоты» кто-то соорудил. Где держать корову, поросенка, где хранить картошку, сено? Нет даже элементарного навеса для дров. Счастливые жители дома в агрогородке даже помыться не смогут: бани тоже нет. А ведь вопрос не праздный: по закону белорусский домовладелец без согласия отдела архитектуры сам никаких хозпостроек возвести не может.

Женщина-президент на агрогородки бы точно деньги не тратила, а вложила бы их в развитие уже существующих деревень и сел – на инфраструктуру, больницы, школы и многое другое. Вложила бы их в развитие фермерства, экотуризма, в поддержку крепких хозяев. Зачем строить новые дома, когда по Беларуси масса старых добротных брошенных домов? Они стоят намного дешевле, чем новострой, да и, видимо, простоят намного дольше. Потому что хозяева строили, и для себя, а не чиновники – и для «галочки».

Возьмем другой пример. Белорусы известны в мире как «бульбаши», т. е. картофельная нация. Картошка – наше все. Понятно, что если Беларусь хочет быть независимой в экономическом плане, то она должна завоевывать новые рынки и продвигать свою продукцию. Рядом большущий Евросоюз с 27-ю странами – в три с половиной раза больше России и в пятьдесят раз больше Беларуси. В ЕС полмиллиарда покупателей с зарплатой повыше белорусской. Почему бы не завалить европейские рынки белорусской картошкой?

Смешно, но факт: имея президентом бывшего директора совхоза, Беларусь за 17 лет его правления не смогла зарегистрировать в ЕС ни одного (!) сорта семенного картофеля. Скажу даже больше: не было ни одной попытки (!) со стороны белорусских властей подать заявку на регистрацию сортов, а без регистрации, по европейским законам, выгодно продавать в Евросоюзе сельхозпродукцию невозможно. Даже Россия, которая не имеет репутации «картофельной страны», умудрилась зарегистрировать два сорта, с которыми вполне может идти на европейские рынки.

Как видим, и в сельском хозяйстве не хватает женской руки, чтобы вернуть ему конкурентоспособность. Хотя бы с Россией.

Помнится, Маргарэт Тэтчер, в то время премьер-министр Англии, когда-то очень метко и жестко сказала про своих конкурентов-мужчин: «Петух, может быть, хорошо кукарекает, но яйца все-таки несёт курица».

Ольга Карач


  • Brizen

    No Comments.