Как необходимо Европе строить отношения с Беларусью? Как на этот процесс может повлиять украинский кризис? С чем Беларусь подошла к двадцатилетию правления ее первого президента?

На эти и другие вопросы в эксклюзивном интервью Naviny.by ответила активно занимающаяся белорусской тематикой депутат бундестага Марилуизе Бек в ходе ее короткого визита в Минск.
— Госпожа Бек, три года вы не могли получить визу в Беларусь. Стало ли для вас сюрпризом разрешение приехать в этот раз?

— Да. Я посчитала, что с учетом того кризиса, который произошел в Восточной Европе (конфликт в Украине. — Naviny.by), могут появиться какие-то новые перспективы для большей открытости Беларуси Западу. Поэтому я попробовала и направила запрос. Полагаю, немецкий посол в Беларуси сильно в этом помог, и я смогла приехать, чему я очень рада.

— То есть этот визит был вашей инициативой?

— Да.

— Как вы думаете, может ли тот факт, что вам разрешили въехать в Беларусь, а также освобождение Алеся Беляцкого и недавнее сокращение санкционного списка ЕС, быть знаком того, что назревает очередное потепление белорусско-европейских отношений, как это уже было несколько лет назад?

— Я думаю, слишком рано думать о подобных перспективах. Я бы скорее предпочла говорить о маленьких шагах. Насколько мне известно, в Беларуси еще остаются политические заключенные. Я вчера встречалась с женами и матерями этих людей, находящихся в очень плохих условиях. Я встречалась с госпожой Адамович, женой Николая Статкевича, с госпожой Лобовой, чей сын в тюрьме, с господином Дашкевичем, который был недавно освобожден.

Поэтому еще много что нужно сделать. Но, вероятно, есть возможность подумать о тех шагах, которые помогут добавить открытости для двух сторон. Для меня здесь главным является вопрос упрощения визового режима. Я хочу, чтобы люди из Западной Европы, Германии имели больше возможностей встречаться с белорусами. И этот вопрос не касается политики на высоком уровне.

С началом украинского кризиса я поняла: Европа забыла, что Центральная и Восточная Европа — это тоже части нашего континента. А наше представление о Европе заканчивается на польской границе. Это связано с историей, когда «СССР» было названием всех этих стран, и мы даже не знали слова «Беларусь». Не было осознания, что есть такие страны, как Беларусь и даже Литва или Латвия, и также Украина.

Я сейчас думаю о простых людях. Во-первых — визовая либерализация. Это трагедия, что когда Польша смогла присоединиться к шенгенской зоне, Беларусь оказалась, в определенном смысле, отрезана, потому что сейчас вам нужно платить 60 евро за визу. Поэтому я пообещала немецкому послу, который действительно много работает на этом направлении, что когда я вернусь в Германию, мы будем снова и снова работать с визовыми вопросами. Я хочу, чтобы молодежь могла ездить и общаться без преград.

Второй вопрос — Болонский процесс. Насколько мне известно, идет переговорный процесс о присоединении Беларуси к Болонскому процессу. У нас с ним были большие проблемы: это не простые перемены для университетов. И до сих пор есть проблемы, но Болонский процесс дает возможность всем нашим молодым людям в ходе учебы на полгода поехать в другую страну — Испанию, Португалию, Великобританию. Они учат иностранный язык и изучают другую культуру. И снова, это очень полезно для идеи единой Европы. И это не то решение, которое имеет отношение к высшему политическому руководству, это касается простых людей. Это может стать нашим следующим проектом.

Читать полностью: http://naviny.by/rubrics/germany/2014/07/18/ic_articles_625_186066/

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.