Беларусский журналист и политолог Валерий Карбалевич в одном из наших голосовых чатов рассказывал о перспективах транзита власти в Беларуси. Сегодня вы можете прочитать текстовую версию нашей встречи. Карбалевич рассматривает два варианта транзита власти. Согласны вы с ними или нет? Как всегда, приглашаем к дискуссиям в наших социальных сетях.

Сегодня тема власти провокационная и рискованная, поскольку будущее никому не известно и любые попытки прогнозировать идут к тому, что любой прогнозист может попасть в просак. Но тем не менее, я попробую предложить разговор на эту тему.

Беларусская революция пока не победила. Главный фактор, который влияет на транзит власти, — это давление со стороны общества. Единственный механизм, который есть у общества, — это улица, потому что никаких других легальных механизмов влияния общества на власть в Беларуси не существует. Теперь улица исчезла, протест как фактор политики исчез и в близкой перспективе я не ожидаю его возобновления. Для того, чтобы протест вышел на улицу, нужно сочетание многих факторов, то есть чтобы задержались в один момент сразу несколько обстоятельств. Такое чудо случилось в 2020 году, когда сразу несколько факторов сошлись в одном месте и это вызвало протестный взрыв. Но сегодня 2021 год, ситуация другая.

Триггером протестов 2020 стала электоральная президентская кампания. Власть это прекрасно поняла, поэтому местные выборы, которые должны были состояться осенью этого года либо в начале следующего года, просто отменили. Станет ли таким триггером референдум по Конституции — пока неизвестно, но я думаю, что маловероятно. Для Лукашенко мало важна легитимность этого референдума, сейчас его это совершенно не волнует, поэтому над проблемой внутренней и внешней легитимности референдума он вряд ли будет задумываться­­.

Вопрос о том, какая должна быть тактика оппонентов Лукашенко в ходе этого референдума, пока всерьёз никто не обсуждает, что мне кажется неправильным, потому что электоральная кампания будет вне зависимости от желания оппонентов Лукашенко и как-то надо на неё реагировать.

К чему призывать народ? Голосовать за новую Конституцию? Но Лукашенко её создаёт для себя, общество никак в этом процессе не участвует, и голосовать за новую Конституцию — это в какой-то мере легитимизация правящего режима.

Призывать людей голосовать против? Да, тогда если власть признает, что большинство проголосовало против, что маловероятно, конечно, тогда сохраняется ныне действующая Конституция, согласно которой президентская каденция Лукашенко заканчивается в 2025 году.

Вариант призвать к бойкоту? Беларусское законодательство запрещает призов к бойкоту, но даже не это важно. Важно то, что бойкот — это демобилизующая кампания. Из бойкота никогда не может вырасти протест. Например, если бы в 2020 году власти не зарегистрировали Светлану Тихановскую в качестве кандидата в президенты, то большинство протестующего общества склонилось бы к бойкоту.

И вот если бы все просто бойкотировали выборы, то я не думаю, что это бы вызвало взрыв протестов.

Другие факторы, которые влияют на процесс транзита: проблемы в экономике, давление со стороны Запада и его санкции, давление России — менее важные, чем фактор уличных протестов. И вот тут возникает следующее: «Если улицы нет, если протестов нет, то, фактически, единственная надежда на транзит — это такой фактор, который организует сама власть». Когда Лукашенко приехал на завод и ему там кричали «Уходи», он пошёл разговаривать с рабочими и там вырвалась такая фраза, что под давлением улицы, под давлением народа он на уступки не пойдёт, но если общество успокоиться, то он не исключает досрочных президентских выборов. Вот общество успокоилось, теперь второй раунд этого обещания.

И вот мы подходим к Конституционной реформе. Очень любопытный момент: когда Лукашенко награждал силовиков, причем делал это конспиративно, то там он начал объяснять, зачем нужна Конституционная реформа. То есть зачем нужна Конституционная реформа никто в стране не знает. То, что оппоненты Лукашенко не понимают, зачем она нужна, это понятно, но не понимают и сторонники Лукашенко. Вот он пытался объяснять этим силовикам, зачем она нужна. Он сказал, что надо двигаться вперёд, нельзя стоять на месте, но это ничего не объясняет. Осенью Конституционная реформа, которая появилась, скорее всего, с подачи Москвы, должна была стать каким-то механизмом компромисса с обществом, механизмом уступок обществу, дескать, вы требуете перемен — мы вам предлагаем мирные перемены без улицы, без конфликтов. И вот новая Конституция — это перемены. Возможно, в ней появятся какие-то механизмы, может быть, роль партии возрастёт, может быть пропорциональная система выборов. Таким образом власть якобы идёт на уступки обществу, поэтому надо прекратить протесты и просто вписаться в эту кампанию.

Итак, что мы имеем? Протест как фактор политики исчез, и после этого возник вопрос: «Зачем нужна новая Конституция?». С зимы смысл конституционной реформы поменялся, теперь она призвана сохранить руководящий режим без Лукашенко или с Лукашенко, но уже в другом виде.

И вот тут есть варианты:

Вариант 1 (самый вероятный). После принятия новой Конституции проходят досрочные президентские выборы, Лукашенко не баллотируется, а баллотируется другой человек, которого назначит Лукашенко, так называемый приемник. Конечно, выборы будут не демократические, такие как обычно. Лукашенко займёт должность руководителя Всебелорусского народного собрания, которому переходит львиная доля власти от президента, как это было в Казахстане. Некоторые эксперты прогнозируют, что такая модель создаст ситуацию двоевластия и конфликта между новым президентом и Лукашенко, что станет фактором раскола элит и приведёт к эрозии режима и его краху. Это возможно, но не обязательно.

История знает массу примеров, когда человек, не занимая руководящих постов, удерживал полную власть над страной.

Но тут есть две проблемы. Во-первых, в том проекте Конституции, который подготовила и огласила конституционная комиссия, должность главы Всебелорусского народного собрания очень слабая, там реальные полномочия у президента. Сложно представить, чтобы человек, который занял должность руководителя Всебелорусского народного собрания, мог претендовать на статус некого руководителя, который будет оспаривать власть президента. Нет таких полномочий в том проекте, который предложила комиссии. Однако это не окончательный проект. Пока Лукашенко не дал на него своё согласие, поэтому вполне возможно, что там будут перемены именно в сторону усиления власти руководителя Всебелорусского народного собрания.

Во-вторых, для Лукашенко очень важны формальные атрибуты власти, когда перед ним трепещут, когда чиновники замирают, когда он говорит, а все чиновники тщательно записывают. И если он лишится этих формальных атрибутов власти, то для него это очень болезненный момент. То есть все чиновники будут реагировать на президента, а не на Лукашенко. Это болезненный удар по самолюбию, и насколько долго Лукашенко сможет на такой должности находиться — это большой вопрос.

Вариант 2 (маловероятный). После президентских выборов Лукашенко уходит совсем и передаёт реальную власть преемнику. Если бы такой вариант был реализован, то это был бы самый оптимальный вариант, потому что лукашизм без Лукашенко в Беларуси невозможен. Любой преемник Лукашенко будет вынужден начать политику делукашенизации. Ему нужно будет легитимизировать свою власть, ему нужна будет реальная поддержка и номенклатуры, и общества. То есть сохранить систему без Лукашенко невозможно, потому что эта модель создана по образу и подобию Лукашенко. Это персоналистский режим, без главной фигуры он не способен долгое время находиться в прежнем состоянии неизбежно будет эволюционировать, как это было с культом личности Сталина.

Лукашенко понимает все эти угрозы, которые несёт с собой процесс трансформации власти, поэтому никак не может определиться.

Более того, он не определился по поводу своего места в будущей системе власти, не определился, в какой мере нужно учитывать мнение России. Фактор России — это ещё одна загадка процесса транзита. Прошлой осенью Россия поддержала Лукашенко с условием, что он начнёт транзит власти. После этого прошло много времени, теперь официальные лица России никак не комментируют этот процесс. Есть конспирологическая версия, что 9 сентября, когда встречался Лукашенко с Путиным, одним из важных вопросов была оценка проекта Конституции. И вот только после этого возможно. И вот только после этого, возможно, процесс конституционной реформы будет запущен.

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.