Беларуское законодательство имеет любопытную особенность, в нем существует дифференциация ответственности за оскорбления и клевету в отношении чиновников и простых граждан. В аналогичных ситуациях велика вероятность, что тот, кто «неправильно» высказался о деятельности некого госслужащего, будет наказан «по всей строгости». В иных случаях велика вероятность, что дело спустят «на тормозах».

В такую ситуацию попала славгородская активистка против беспредела в медицинской сфере Анжелика Калатозишвили. Зимой текущего года она начала получать оскорбительные и клеветнические сообщения в социальной сети.

Записи, в которых женщине приписывалось то, чем она никогда не занималась, появились в открытом доступе. Она обратилась в правоохранительные органы с заявлением о привлечении человека, распространившего данную информацию, к уголовной ответственности по статьям 188 и 189 УК РБ (клевета и оскорбление).

Через месяц активистка получила постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Основания для вынесения такого решения заслуживают внимания. Так, в документе описаны способы транслирования оскорбительных высказываний (в публичном выступлении, публично демонстрируемом произведении или СМИ) для которых наступает уголовная ответственность. Однако подробно обоснован лишь один из возможных вариантов – СМИ.

Стоит отметить, что на фоне перманентно ужесточающегося законодательства и тенденции к приравниванию социальных сетей к СМИ (например, в последней редакции Закона «О СМИ»), обоснованная позиция: социальные сети – не средства массовой информации, выглядит достаточно прогрессивно. Тем не менее, остается открытым вопрос: что понимается, в таком случае, под публично демонстрируемым произведением?

Практика применения ст. 189 УК РБ указывает на то, что дела по данной статье преимущественно заводятся в ситуациях, когда оскорбительные высказывания, в том числе и в социальных сетях, задевают честь и достоинство представителей госструктур. «Гражданские» конфликты в основном решаются в рамках административного законодательства.

Примечательна также позиция правоохранительных органов в отношении ст. 188 в случае Анжелики. «При клевете позорящая информация о потерпевшем содержит ссылки на якобы имевшие место факты, придающие лжи дополнительную убедительность. Если о человеке распространяются общие отрицательные оценки его личности без указания на факты, это не может считаться клеветой.»

Насколько подробными и содержательными были высказывания людей, которых судили по ст. 367 УК РБ (клевета в отношении президента Республики Беларусь)? Судите сами.

Несмотря на то, что в возбуждении уголовного дела было отказано, в постановлении указано о необходимости составить административный протокол по ст. 9.3 КоАП РБ (оскорбление) на обидчика активистки. Однако о дальнейшем движении дела Анжелике ничего не известно. В суд в качестве пострадавшей её не приглашали.

Интересно, каким бы был исход дела, если бы у пострадавшей стороны был другой цвет «штанов»?

Александрина Глаголева,
editor@nash-dom.info