Обычно в Беларуси судебные «обострения» по административным делам на гражданских активистов случаются в марте. Но они уже давно переросли в хроническую стадию. Ещё до начала последнего заседания по очередному делу о «неподчинении законным требованиям должностного лица» во дворе суда дежурил автозак. А готовое обвинительное постановление уже лежало на столе судьи…

Подробности первого заседания по делу Олега Желнова:
https://nash-dom.info/52448

Итак, Желнов «неподчинился» «требованию Шрёдингера» подполковника Рудько. То есть, было оно, или нет – по формулировке понять невозможно. Четкой и понятной фразы: «Требую прекратить видеосъемку» сотрудник милиции не произнес. Это подтверждается материалами дела – видео инцидента, которое просматривалось в зале судебного заседания.

Когда блогер с юридическим образованием вел видеосъемку в здании УВД, он знал, что закон не нарушает. У должностных лиц на этот счет иное мнение, подкрепленное их «внутренними» документами, которые на «гражданских» по определению распространяться не могут. Повторимся: как можно знать и следовать правилам и запретам, которых нет в открытом доступе?

Тем не менее, по сложившейся недоброй традиции, в любой непонятной ситуации, когда активного человека нужно привлечь к административной ответственности, либо наоборот, когда должностным лицам нужно обосновать свою невиновность и правомерность своих действий – всплывают эти самые «внутренние инструкции», которых простые люди в глаза не видели и не увидят.

Желнова судили быстро и жестко. После того, как его дело было на этапе подготовки к судебному процессу возвращено на доработку и затем передано обратно в суд, сроки рассмотрения сдвинулись к самому «дедлайну» законной возможности привлечь блогера к административной ответственности.

Поэтому судья Тарабуева торопилась – очень торопилась. Не явились почти все свидетели обвинения? Рудько на «учебе» в Академии МВД, а остальные в отпусках? Не проблема, у них причины отсутствия «уважительные» и достаточно зачитать их письменные показания. Олегу Желнову нужно время на поиск и вызов в суд защитника? Сколько на это нужно времени – 5, 10 минут хватит?

Торги…
 

Слово «отклоняю», вероятно, любимо у судьи Тарабуевой. За время судебного заседания оно было произнесено десятки раз в ответ на многочисленные ходатайства блогера, а также на отвод самой себе и должностному лицу, ведущему административный процесс.

Каким-то фантастическим образом судья удовлетворила ходатайство о признании защитником Желнова его супруги. Но времени на вызов женщины по повестке с рабочего места не предоставила – сроки горели, постановление уже лежало на столе, автозак дожидался «клиента» во дворе…

– Какие бы ходатайства вы не заявляли об отложении дела, они будут отклонены! – этими словами судья Тарабуева «отсекла» все дальнейшие попытки блогера добиться честного, справедливого и гуманного процесса.

 

Последнее слово судья предоставила блогеру с ощутимым неудовольствием. Как большое одолжение. Во время речи неоднократно перебивала его. Не успел Олег Желнов сказать все, что думает по поводу творимого беззакония, как тут же, даже без минимального перерыва «для приличия» было зачитано постановление.

– Все, мы закончили. Тогда я, в соответствии с кодексом (?), после исследования всех доказательств по делу (??), немедленно должна огласить постановление по делу (???), – так судья Тарабуева завершила процесс.

 

Какой «кодекс», какое «исследование», почему постановление было необходимо оглашать «немедленно»? С правовой точки зрения все это объяснить затруднительно. Понятно лишь одно – автозак для одного человека подогнали, чтобы его туда посадить. Немедленно.

В среду, 13 июня, блогер Олег Желнов отправился в бобруйский изолятор временного содержания на 15 суток. Политический мотив такого жестокого наказания за видеосъемку и «неподчинение» неочевидному требованию её прекратить – вполне очевиден.

 

«Наш Дом» призывает всех неравнодушных людей поддержать сильного и волевого человека письмами. Отправить их можно на адрес: Ул, Советская, 7а, г. Бобруйск, Могилевская обл., 213810, ЖЕЛНОВУ Олегу Петровичу. Ваши письма и солидарность очень важны!

«Наш Дом»