Корреспондент «Народной Воли» побывал в гостях у пенсионеров из Бухареста и узнал, чем они живут и дышат.

Сразу надо сказать, что пожилые люди в Румынии мало чем отличаются от своих белорусских «коллег». То же желание рассказать о своей жизни, пожаловаться на некоторые трудности, поведать о «болячках». Но и разница есть…Джордже Илие: «Тысячи долларов пенсии нам с супругой хватает…»В Минске домов с такой планировкой я еще не видел. Лифт поднимает меня на нужный этаж, выхожу на длинный балкон. Справа от него — улица, слева — квартиры вдоль всего балкона. Никаких блоков на две квартиры и «предбанников». Нахожу нужную дверь, звоню, мне открывает радушный хозяин. Джордже ИЛИЕ — 82 года, но выглядит значительно моложе.– Спортом надо заниматься, — смеется он. — А я этому, можно сказать, всю жизнь посвятил.

Хозяин сначала показывает свое жилье (удивило, что в обыкновенной городской квартире комнаты находятся на двух этажах), затем усаживаемся за стол, и мой собеседник вспоминает молодые годы:

— Окончил школу, поступил в лицей железнодорожников. Учился довольно неплохо, позже добровольцем принимал участие в работах на железной дороге. Одним словом, рекомендации были хорошие, и в итоге меня послали на учебу в Москву в Институт физкультуры. Дальше — четыре года жизни и учебы в Белокаменной, работа на посту государственного тренера по баскетболу в Румынии.

— Даже в секторе физкультуры и спорта ЦК партии и комсомола довелось поработать, — добавляет собеседник. — Но затем перешел на преподавательскую должность в Институт физкультуры в Бухаресте, где давал студентам знания по таким видам спорта, как волейбол, лыжи, плавание, теннис…

На пенсию Джордже Илие ушел из института в 63 года. Хотя можно было и в шестьдесят.

— Пенсионных денег нам с супругой хватает, — говорит он и для пущей убедительности показывает пенсионную квитанцию. — У меня ведь стаж — 40 лет, зарплата была неплохая. Это все учитывается. В итоге ежемесячно получаю пенсию в размере 1951 лея (примерно 560 долларов, или 4 миллиона 740 тысяч рублей). Супруга Анжела работала преподавательницей начальных классов в школе, у нее пенсия поменьше — 1100 леев (315 долларов). Но плюс к этому получает надбавку за то, что родилась в Болгарии. В сумме выходит около 450 долларов, а вместе с моими деньгами — тысяча долларов в месяц.

Знакомлюсь с супругой господина Илие, которая угощает нас творожными блинчиками собственного производства.

— У нас есть две дочки, внуки, внучки, — радостно рассказывает она. — Все самостоятельные, живут отдельно. На праздники как надарят нам обуви и одежды, так и в магазине покупать практически ничего не надо. Но примерно на 30 долларов в месяц лекарства себе беру. На некоторые из них есть скидка. Муж болеет диабетом, так ему и вовсе лекарства бесплатные.

Хозяин квартиры добавляет, что основные расходы у них уходят на оплату коммунальных услуг, электроэнергии, телефона и спутникового телевидения:

— В квартире три комнаты. Летом за коммунальные услуги платим 219 леев (62 доллара), за телефон, радио и ТВ — 98 (28), за электроэнергию — 94 лея (26). Итого — 116 долларов в летний период. Зимой сумма выплат доходит до 200 долларов в месяц. Это, безусловно, много, но все равно — 800 долларов остается. К тому же в Бухаресте для пенсионеров в городском транспорте проезд бесплатный. Да еще и в поездах шесть раз в год можно бесплатно прокатиться.

Сейчас для моих собеседников главное — это здоровье. А оно оставляет желать лучшего.

— Прогуливаюсь каждый день, нужно как-то поддерживать себя в форме, — бодрится господин Илие. — С женой стараемся и мир посмотреть, на экскурсии ездим. Последний раз побывали в Израиле; ездили в Румынию на Измаильскй Чатал, дельту Дуная посмотрели. А там — такая красота! Жаль, годы не вернуть. Я бы еще в горы махнул на недельку…

 

 

Раиса НЕДЕЛЕСКУ: «Я — жертва революции»

Бухарестская квартира Раисы Михайловны Неделеску, которая родилась в Москве, — своего рода музей. До сих пор в ее комнате стоит шкаф, в 1998 году изрешеченный осколками снаряда.

Раиса Михайловна показывает мне с балкона площадь Революции, откуда велась стрельба, когда Чаушеску пытался сохранить власть, шкаф-«экспонат», который «как историческая ценность реставрации не подлежит».

— Я помню, крики начались на площади, собралась толпа, — вспоминает она. — Первые колонны студентов, которые протестовали против режима Чаушеску, прошли прямо под балконом моего дома. У них были плакаты — «Хотим демократию», «Долой диктатуру Чаушеску». Началась стрельба, пришли танки. Церковь напротив всю осколками побило. Я сидела у окна, была дома одна. Честно скажу — очень страшно пришлось, когда стекло посыпалось в окне и осколки полетели…

От эпохи коренного перелома в истории Румынии Раиса Михайловна плавно переходит к истории своей жизни:

— Родилась в Москве, там же закончила технологический факультет Института рыбного хозяйства и промышленности. В вузе познакомилась с румыном, поженились. Через некоторое время супруга отправили работать на родину, переехали в Румынию. Там на Дунае работала на рыбопромышленном комбинате заведующим лабораторией, заведующим производством, в Констанце руководила предприятием. Но из-за болезни на пенсию пришлось уйти раньше положенного срока — в 48 лет. Стаж — всего 27 лет.

— Из-за этого у меня и пенсия не очень большая — 1500 леев (430 долларов, или 3 миллиона 655 тысяч рублей. — Авт.), — говорит моя собеседница. — Много уходит на оплату квартиры, перенесла пять операций, так что на медикаменты тоже приходится тратиться — примерно 150 леев (40 долларов) в месяц. Но и скидки на лекарства есть. Продукты сама покупаю, но мы с дочкой особо не экономим. Хотя знаю, что многие, у кого пенсии поменьше, ищут товары подешевле, продукты стараются покупать на рынках, делают закатки на зиму.

Раиса Михайловна вспоминает некоторые цены в магазинах: яблоки — 4 лея (примерно 9500 рублей), апельсины — 6 (14.400), картошка — 2 (4800), капуста — 1,5–2 (3600–4800), морковка — 2 (4800), баклажаны – 3–4 (7200–9600), яйца — 5 леев за десяток (12.000), хлеб — 1,2–2 (2880–4800), сахар — 4 (9600), подсолнечное масло — 7 леев (16.800). Но говорит, что это условные цены. Где-то можно купить дешевле, где-то дороже. И добавляет, что из каждой пенсии откладывает деньги.

— Мне уже 80 лет, на смерть тоже должна быть «заначка», — объясняет она, но тут же приглашает в гости: — Обязательно приезжайте к нам летом. У нас есть домик возле курорта Синая. Боже, какая там красота! Лес, горы… Воздух такой, что заново рождаешься! Правда, в этом году возле деревни медведь задрал двух людей, но вы все равно приезжайте. Говорят, что медведя уже поймали…

 

 

Валентина МОРОЗОВА: «У меня дух захватывает, когда подъезжаю к Беларуси»

Румынская пенсионерка Валентина Захаровна Морозова родилась в России, жила в Беларуси, вышла замуж за венгра, а живет в Румынии.

— Пока Бог спал, черт меня попутал, — шутит она. — Родители жили в Подмосковье, но роды у мамы были тяжелыми, и родилась я в столице. Когда мне было лет пять, переехали в Белоруссию. Жили в Витебске, затем осели в Городке… Детство там и прошло. Затем поступила в Ленинград в мединститут, на 5-м курсе вышла замуж за венгра Томаша Гусара, который был гражданином Румынии. Честно говоря, никуда уезжать особо не хотелось, но муж меня уговорил. Мол, он — стипендиат страны, нужно непременно возвратиться хотя бы на два года. Но сначала супруг там заболел, потом защищал диссертацию, родился ребенок… Так и остались в Бухаресте. Мама, отец и сестра, естественно, находились в Беларуси. Я же в столице Румынии работала научным сотрудником в институте, оториноларингологом в больнице, клинике. Честно говоря, и на пенсию не хотели отпускать, но муж болел, нужно было ухаживать.

Впрочем, и в 81 год Валентина Захаровна продолжает работать в частной клинике по своей же специальности.

— Раньше я работала пять раз в неделю и две субботы в месяц, но сейчас сократила рабочий график до трех дней в неделю по 4 часа и две субботы в месяц, — рассказывает она. — Естественно, сократилась и зарплата — сейчас получаю около 215 долларов. Плюс пенсия — 2 тысячи леев (570 долларов). Молодым сотрудникам платят лучше, потому что я уже пенсионерка. Но для меня работа — это глоток воздуха. Муж умер, живу одна с котом. Пока ноги держат и варит голова, не хочется чувствовать себя выброшенной за борт жизни. Я могу что-то людям дать, да и те же 215 долларов мне не помешают. Они как раз уходят на оплату «коммуналки».

Каждый год летом Валентина Захаровна приезжает к родной сестре в Беларусь.

— Она младше меня, работала врачом-лаборантом в больнице, — продолжает собеседница. — Говорит, что пенсия у нее примерно около 120 долларов. Это совсем немного. Тяжело живут, я каждый год вижу, что там творится. В родительском доме нужен ремонт, помогаю чем могу. Да и просто люблю в огороде покопаться, помочь сестре. Цветов у нее много. Мои корни в Беларуси, там прошло мое детство. Она мне очень дорога. Я, когда еду через границу, не сплю. Дух захватывает, когда подъезжаю. Румынские пограничники спрашивают: «Куда едете?» — «Домой». Белорусские спрашивают: «Куда едете?» Тоже отвечаю: «Домой». Так уж сложилось, что судьба занесла меня в Румынию. Но, как говорят, все, что ни делается, наверное, делается к лучшему.

— Ла рэведэрэ! — прощаюсь я с Валентиной Захаровной, подбирая слова из своего скудного румынского лексикона.

— Да пабачэння! — отвечает она, вспоминая «мову». И на ее глазах наворачиваются слезы…

Бухарест–Минск.

ОФИЦИАЛЬНО

 

 

Штефан ДУМИТРЕСКУ, президент Национальной ассоциации пенсионеров Румынии:

«Мы не оставляем пенсионеров один на один с их проблемами»

— Конечно, нельзя сегодня говорить о том, что все пенсионеры в Румынии защищены, и наша ассоциация как раз призвана помогать этим слоям населения, — говорит господин Думитреску. — Было время, когда происходили колебания пенсий, хотя надо, чтобы их рост соответствовал инфляционным процессам. Необходимо, чтобы в минимальных цивилизованных условиях находились все пенсионеры.

— Сколько людей входит в вашу ассоциацию?

— Около 800 тысяч пенсионеров. А вообще, в Румынии их примерно 5 миллионов 400 тысяч. У нас есть региональные организации по всей стране, мы помогаем сделать жизнь пенсионеров немного лучше.

— Что дает членство в Ассоциации пенсионеров?

— Это позволяет тем, у кого небольшие пенсии, кто болен или одинок, не оставаться со своими проблемами один на один. Кроме того, четыре раза в год мы выдаем членам нашей организации пакеты с продуктами, а также одежду и обувь. Каждый раз на сумму в 150 леев (43 доллара). Плюс к этому просим разные коммерческие структуры помогать пенсионерам, и многие откликаются. Спонсоры дают молоко, печенье и так далее. У нас контакты с разными аптеками, они тоже помогают поливитаминами, медикаментами от простуды. Одним словом, оказываем помощь за счет спонсорских денег и взносов. Мы сами себе создаем более хорошую жизнь. Организуем походы в театр, кино, чтобы пенсионеры забыли о своей старости и своем положении, у нас есть совместные товарищеские обеды. Люди общаются — это уже прекрасно. Что может быть хуже одиночества? Так, кстати, и узнаем, кто находится в более тяжелом финансовом положении. Есть и волонтерская помощь. Пенсионеры, которые ее оказывают, получают дополнительные пакеты с продуктами и одеждой, но установлена связь и со студентами факультета социологии для того, чтобы они подключались к нашей работе. Молодые люди ходят к старикам, которые не могут перемещаться, помогают им делать покупки, ухаживают. В Бухаресте примерно 300 пенсионеров, которых посещают студенты.

— Как ваша организация взаимодействует с государственными властями?

— Скажем так, мы не даем им, как говорят, спать спокойно, постоянно поднимая проблемы пенсионеров. Наша ассоциация не зависит от политической конъюнктуры, поэтому мы всегда говорим правду в глаза. Живем реальной жизнью и не боимся власти. Если ее бояться, то как тогда сможем помочь людям защитить свои права?

— Какая сейчас минимальная и средняя пенсии в Румынии?

— Минимальная составляет 360 леев (103 доллара), средняя — 780 леев (223 доллара). Но многие получают и по 430–570 долларов. Кстати, в Румынии, если не ошибаюсь, самые низкие пенсии в Евросоюзе. И сегодня мы уже говорим о том, что в стране нужен новый Закон о пенсиях.

 

 

Кристина ИФТИМЕСКУ, вице-президент Федерации работников здравоохранения Румынии:

— Пару лет назад в стране был увеличен пенсионный возраст. Женщины стали выходить на пенсию в 63 года, а мужчины — в 65 лет. В 2010 году пенсии сократили, но сейчас ситуация возвращается на прежний уровень. Нужно отметить, что небольшие пенсии, как правило, получают люди, которые живут в отдаленных районах. В деревнях они занимались сельским хозяйством, их доходы были не такими высокими, как в городах. Кстати, многие пенсионеры из городов стали уезжать в деревню. Продают квартиры, покупают недорогой домик — и живут.

— Какие cейчас пенсии у медицинских работников?

— Примерно 1500 леев (430 долларов).

— Могут ли пенсионеры получать пенсию и продолжать работать?

— Могут, но не в государственных структурах, а в частных. Кстати, очень многие так и делают. Правда, некоторые получают такие пенсии, что им вообще нет необходимости работать.

— Государство как-то вовлекает пенсионеров в экономику страны?

— Сложный вопрос, потому что правительству и так нужно изыскивать огромные средства на пенсии. Кстати, на днях премьер-министр Румынии публично заявил, что выплата пенсий — одна из приоритетных задач.

— Румыния известна как страна, где много цыган, и, наверное, некоторые из них никогда не работали. Им положена какая-то пенсия?

— У таких групп населения пенсий нет, но есть социальная помощь — 100 долларов в месяц. Примерно столько же получают и те, у кого стаж всего несколько лет, кто по состоянию здоровья получал помощь, которая превратилась в пенсию, женщины, у которых умерли мужья и они получали за это пособие, не работая.

— Каким образом защищают права пенсионеров профсоюзы?

— Есть достаточно организаций, которые помогают пожилым людям. И на законодательном уровне, и в повседневной жизни. Знаю, например, что цены на лечение на различных курортах для пенсионеров значительно ниже, убытки покрывает государство. Есть специальная программа, которая называется «Туризм для всех». И многие ездят в Грецию, Турцию, на отечественные курорты.

— Есть ли бюро по предоставлению работы пенсионерам?

— Существует Национальное агентство по трудоустройству, и, безусловно, при желании там можно найти дополнительный заработок. Но, повторюсь, чтобы сохранить пенсию, человек должен искать работу только в частном секторе.