В течение полугода в суде Ленинского района Гродно рассматривалось дело о хранении наркотиков в отношении четырех парней 1989-1994 г.р.: в ходе расследования дела о наркотиках каждый признался в хранении марихуаны в разных количествах, а один из подозреваемых уличен в склонении к потреблению несовершеннолетних. Однако приговор многих удивил: двоим дали 2 года с отсрочкой, еще одному дали 4 года и арестовали в зале суда, а самого младшего – 18-летнего фотографа – осудили на 8 лет лишения свободы. Почему такая большая разница в приговорах?

 

Уголовное дело по ст. 328 УК РБ “Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов” было возбуждено еще 16 октября 2012-го Управлением Следственного комитета Ленинского района Гродно. Четверо обвиняемых шли по одному уголовному делу, только по разным статьям.

С матерью 18-летнего фотографа Максима Жигаря мы общались еще в середине января. Тогда Лариса Жигарь рассказывала предысторию компании, с которой связался ее сын. “Максим не так давно связался с ребятами намного старше его. Один из “старших” где-то в начале сентября, может, в конце августа, предложил насобирать конопли. Они насобирали, а потом решили хранить все у нас дома. 5 октября у нас был обыск, потом допросы. И всю вину свалили на моего сына”, – рассказывала тогда Лариса Жигарь. 

 

Впрочем, как следует из самого приговора, у каждого из обвиняемых при обыске оперативники нашли определенное количество марихуаны. У кого-то 97 граммов, у кого-то 164. У Максима Жигаря, например, нашли 147 граммов конопли. И, возможно, это дело осталось бы совершенно незамеченным, получи каждый из любителей побаловаться одинаковые сроки.
Так, 22-летний Арсений Ш. и 24-летний Артем К. осуждены по ч.1 ст. 328 УК РБ (незаконное без цели сбыта изготовление, хранение, переработка и хранение наркотических веществ). Обоих приговорили к 2 годам тюрьмы с отсрочкой на 2 года. Сейчас они на свободе.

24-летний Александр М. получил 4 года тюрьмы за преступления, совершенные по четырем статьям: ч.1. ст. 328 (хранение без цели сбыта), ч.2. ст. 327 (хищение наркотических средств), ч.1. ст. 332 (организация либо содержание притонов для потребления наркотических средств) и ч. 2 ст. 331 (склонение к потреблению марихуаны несовершеннолетних). Кстати, уголовный кодекс только по последней статье предусматривает от 3 до 10 лет лишения свободы.

Далеко не сразу становится понятно, чем отличился в этом деле самый младший участник компании – Максим Жигарь, которому в юном возрасте придется отправиться на нары на целых 8 лет. Формально у 18-летнего Максима перечень статей значительно короче и, судя по приговору, которым располагает TUT.BY, главное отличие от остальных осужденных – сбыт (ч.3 ст. 328). Получается, что баловались все, а сбывал один?
Если верить документу, то доказательством сбыта наркотиков являются признательные показания самого Максима (хотя впоследствии на суде он от них отказался, сославшись на давление и избиения в СИЗО) и показания одного из обвиняемых – Арсения Ш. – о передаче ему Максимом 1,2 грамм марихуаны. При этом из приговора непонятно, кто может подтвердить передачу пакета и нет ли тут вообще оговора? Суд отвечает на это весьма сухо – говорит о том, что у Арсения Ш. нет причин оговаривать Максима Жигаря. Оказанного на Максима давления со стороны милиционеров суд не подтвердил.
“Но, допустим, что эти 1,2 грамма Максим передал. За это 8 лет?! Читаешь приговор, и ни тебе контрольной закупки, ни “меченых” денег, ничего такого!  – недоумевает Лариса Жигарь. – Недавно ходила к Максиму на свидание, он рассказывал, что с ним в камере сидит парень тоже за сбыт по такой же статье. Так у него в приговоре вина подкрепляется конкретно: есть результаты контрольной закупки, когда оперативный сотрудник под видом наркомана пришел к нему за наркотиками, есть понятые, при которых его взяли. Более того, в его приговоре говорится, что за ним была слежка и его снимали на видеокамеру. А у Максима – чуть больше 1 грамма конопли, которые непонятно – передавал – не передавал”.
В приговоре, впрочем, рассматривались еще несколько эпизодов, связанных с Максимом. Так, в суде были зачитаны результаты прослушки его телефонных разговоров. В разговоре с еще одним молодым человеком из Гродно Максим сообщил “о наличии у него большого количества некого предмета, при использовании которого образуется специфический запах, распространение которого нежелательно и при использовании которого затрудняется возможность спускаться с крыши”, – говорится в приговоре.
О том, что это именно наркотическое вещество, суд убеждает еще один протокол прослушки – с еще одним молодым человеком из Гродно. Тот обратился к Максиму Жигарю “предоставить за вознаграждение его однокурснику “чуть-чуть”. Жигарь назвал стоимость интересующего его предмета (а речь, по мнению суда, идет об одном и том же предмете), “разрешив сообщить свой телефон однокурснику”. Согласно приговору, спустя 11 минут Жигарю позвонил однокурсник и парни договорились о месте встречи.
Тот самый однокурсник приходил и в зал суда. Рассказал о том, что в один из дней, поздно вечером, к нему в машину сел “молодой человек по имени Максим” и передал ему спичечный коробок с неким веществом. Какое это вещество, свидетель не назвал, но предположил, что это была вообще не марихуана, поскольку его “не вставило” и он потом вовсе этот коробку выкинул. Является ли “молодой человек по имени Максим” именно подсудимым Жигарем он тоже не сказал – в суде он не смог подтвердить, что это одно и то же лицо. В результате по этому эпизоду Максима Жигаря оправдали, факт сбыта посчитали недоказанным, однако этот эпизод, по мнению суда, является доказательством причастности Жигаря к сбыту наркотических средств.
Еще одним моментом не в пользу Максима, по мнению суда, является рассказ одного из обвиняемых – Артема К. Он рассказал, что в один из дней они с Максимом ехали в дизеле, из окна увидели 5 кустов конопли, вышли, собрали (якобы по инициативе Максима) и уложили в рюкзак Максима. Но и тогда Артем пояснил: собирали для двоих. Этот эпизод почему-то тоже причислили к сбыту и именно Жигарем.
Обращает суд внимание и на показания трех друзей Максима: Евгения Ю., Алексея П. иВладислава О.“которые свидетельствуют о причастности Жигаря к сбыту наркотических веществ”. Их же показания стали главным доказательством и второй статьи, по которой осудили Максима (организация притона). Все трое в ходе следствия рассказали, что Максим их угощал травкой (сбыт) и они курили у него дома (притон). Но на суде трое отказались от показаний и заявили, что сделали это под давлением сотрудников милиции.
“После того, как был объявлен приговор, все трое пришли ко мне с опущенными головами, просили прощения, повторяли, что на них сильно надавили. Но что сейчас уже говорить?” – рассказывает Лариса Жигарь.
Кстати, один из свидетелей – Евгений Ю. – согласился поговорить с TUT.BY. Он признался, что действительно оговорил Максима – “под влиянием стресса и страха”. По его словам, сотрудники милиции запугивали его, например, тем, что возили ни с того ни с сего на освидетельствование. “Без каких-либо причин. Я очень боялся, чтобы меня тоже не закрыли. Мне сказали: “Хочешь домой попасть или хочешь ночевать в СИЗО?” В результате я сказал, что мы вместе курили у него дома и что он угощал, но на самом деле мы вместе с Максимом никогда не курили и Максим никогда меня не угощал”, – говорит Евгений. Два других молодых человека не захотели рассказать нам, почему оговорили друга.
Недавно Лариса Жигарь подала кассационную жалобу на приговор в Гродненский областной суд, однако ответа на нее пока нет.
Опубликовано: TUT.BY, фото: TUT.BY

Ваша электронная почта не будет опубликована.
Поля, обязательные для заполнения *

*