Дело прекращено, но обвинение не снято.

Обвинение 26-летней оршанки Яны Лесневской в распространении произведений пропагандирующих культ насилия и жестокости вызвало интерес общественности. Более двух десятков человек перед кабинетом судьи Инны Коховой были тому наглядным подтверждением.

Намерение Инны Викторовны провести процесс в своем служебном кабинете по причине якобы отсутствия свободного зала провалилось, и  Кохова вынуждена была перенести слушание дела во “внезапно обнаруженный” свободный зал судебных заседаний.

Удивило и то, что на доске объявлений о назначенных процессах Яна Лесневская была названа “правонарушительницей“. Хотя статус ее до объявления судом решения – “лицо в отношении которого ведется административный процесс“. Различие принципиальное.

Рассмотрение дела судья начала с опозданием на 20 минут.

Яна, руководствуясь статьей 4.1 процессуального кодекса (ПИКоАП), заявила о намерении реализовать свое право на защитника. В связи с чем попросила отложить рассмотрение дела на несколько дней: повестку получила только накануне (30 июля) и лишь тогда сняла копии с материалов дела.

Скопировать необходимые документы до суда не могла, поскольку участковый инспектор Оршанского РОВД старший лейтенант Воробьев, как должностное лицо ведущее административный процесс, в нарушение ч.1 статьи 10.28 ПИКоАП, возможность такую не предоставил. А адвокату необходимо время для реализации предусмотренного ч.3 статьи 6.12 ПИКоАП права собирать доказательства, необходимые для защиты.

Судья Кохова выделила на все пять часов. За это время было необходимо:

–привлекаемой к ответственности доехать до Минска;

–оплатить услуги и заключить письменный договор с адвокатом;

–возвратиться с адвокатом из столицы в Оршу;

–адвокату – ознакомиться с материалами дела, опросить лиц, обладающих информацией по инкриминируемому нарушению, запросить необходимые справки, характеристики и иные документы, а также мнение специалистов, по вопросам, требующим специальных знаний;

Выполнить это невозможно даже теоретически. Только экспресс-электричка доставляет пассажиров в одну сторону 2,5 часа. Но она ходит два раза в сутки: утром и вечером.

В 16-ть часов Инна Викторовна категорически заявила, что рассмотрение будет продолжено у нее кабинете, в который могут войти лишь три человека (по количеству стульев). Захлопнув дверь перед носом представителей общественности, судья де-факто сделала административный процесс закрытым, чем не выполнила требования статьи 2.14 ПИКоАП.

Инна Кохова упорно навязывала Яне Лесневской адвоката из Оршанской коллегии, что является грубым нарушением процессуального закона (ч.1 статьи 46 УПК) и Международного пакта о гражданских и политических правах (ч.1 статьи 14).

В ходе процесса судья отклонила все ходатайства “обвиняемой” (привлекаемой к ответственности):

–о получении юридической помощи своего защитника;

–об отложении рассмотрения дела до рассмотрения председателем суда жалобы, поданной “обвиняемой” на судью;

–-о недопустимости ведения процесса по причине неявки свидетелей обвинения;

–о предоставлении присутствующим журналистам возможности фото-видеозаписи судебного заседания;

-об отводе судье (трижды);

–о вызове свидетелей защиты.

Процедура вызова свидетелей защиты – классика белорусского правосудия. Наглядная демонстрация отсутствия равенства перед законом (невыполнения нормы статьи 2.12 ПИКоАП).

Обвинение без малейших возражений суда, без каких-либо вопросов со стороны суда, назначает в свидетели любое их количество. А вот на каждого свидетеля, заявленного “обвиняемым” или его адвокатом, суд требует подробный отчет: о чем этот свидетель будет говорить. И, зачастую, в допросе свидетелей защиты отказывает.

Ранее сообщалось, что Яну Лесневскую схватили (задержали) в городе Витебске. Как заявил на суде сотрудник Оршанского РОВД Воробьев на основании данных оперативной разработки участницы Гражданской Кампании “Наш Дом” он целенаправленно выехал в областной центр и подстерегал у дверей здания в котором пребывала Янина Владимировна.

* * *

Презумпция невиновности (пока еще в Беларуси не отмененная) гласит: обстоятельства, излагаемые в материалах и постановлениях по административному делу, не могут основываться на предположениях (ч.3 статьи 2.7 ПИКОАП). Однако обвинение предъявленное Яне Лесневской, строятся исключительно на предположениях.

Заключение областной экспертной комиссии, которая проводила искусствоведческую экспертизу:

–контуры папы милиционера (избивающего законопослушных граждан—авт.) МОГУТ стимулировать лиц, имеющих садистские наклонности, к поступлению на службу в правоохранительные органы;

–действия папы-милиционера (противоправные—авт.) МОГУТ подталкивать граждан на внеправовые воздействия на сотрудников правоохранительных органов;

–данная печатная продукция, как содержащая изображение сцен жестокости и насилия, запрещена к распространению на территории Беларуси.

Собственно, ожидать иного заключения от экспертной комиссии подчиненной МВД не приходится. Только вот в данном заключении все перевернуто с ног на голову.

Во-первых, вывод комиссии “голый”. Не обоснован ни одним предложением.

Во-вторых, в рассматриваемой детской раскраске плохое показано плохим. В отличии от подавляющего количества современных фильмов, в том числе которые жесткость и насилие сотрудников правоохранительных органов пропагандируют как должное.

Полагаю, именно поэтому милиция и КГБ в страхе “обшманали” все почтовые ящики в городе, подвергли допросам с пристрастием почтовых служащих. Боялись не дружных колонн садистов, двигающихся для устройства на службу в милицию, а бегства из милиции сотрудников, у которых еще сохранились остатки совести и порядочности.

А на правоохранительные органы белорусские граждане не нападают. Наоборот, на шествиях и демонстрациях скандируют: “Милиция с народом”.

Все доказательства держатся на показаниях почтовых работников, которые также основаны на предположениях.

Так оператор отделения связи Оршанского РУПС Анжелика Чуйко в феврале 2012 вспомнила: два месяца назад видела девушку, которая бросала много конвертов. Следователь продемонстрировал фотографию Яны. Работница почты заявила, что не может однозначно утверждать, что это та самая девушка.

Начальница 11-го почтового отделения Орши Галина Маршалова показала, что четыре дня назад некая девушка покупала большое количество марок. Покупательницу опознала по фотографии, предъявленной следователем.

Аналогичные показания дала и оператор 11-го отделения связи, Наталья Сугак, которая лишь добавила, что девушка расплачивалась крупными купюрами по 100 и 50 тысяч белорусских рублей.

При объявленной белорусскими властями средней заработной плате от 4 до 5 миллионов называть 50-тысячную купюру крупной, как-то неудобно. Но, даже, если и крупная, то преступлением, это не является. Также как не является правонарушением одновременное опускание в почтовый ящик большого количества писем (неоднократно наблюдал, как представители организаций опускали на почте в ящик многие десятки писем.

О том, что письма опускала именно Яна Лесневская, следствие не доказало. Не говоря уже о том, что для опознания предъявляется не одна фотография, а минимум три (реплика по части профессионализма).

Да и уже упомянутый старлей Воробьев в протоколе об административном правонарушении указывает, что Янина Лесневская хранила у себя дома книжку-раскраску (одну) с целью распространения.

Участковый инспектор милиции не схватил Яну за руку в момент распространения. Однако уверенно предполагает, что “обвиняемая” эту раскраску МОГЛА распространять.

Вот так белорусские правоохранительные органы проводят следствие.

На взгляд автора, по данным материалам дела, судья должна была дело прекратить. Как минимум по недоказанности совершения Яной Лесневской административного правонарушения (статья 11.6 ПИКоАП).

Инна Кохова дело прекратила в связи с истечением срока давности. Однако в нарушение ч.1 статьи 11.11 ПИКоАП постановление Яне не выдала.

Валерий ЩУКИН