Белорусские правозащитники опасаются за жизнь политзаключенного Михаила Жемчужного, отбывающего срок в ИК-9.

Горецкая исправительная колония строгого режима №9 находится за городом. От райцентра ее отделяет железнодорожное полотно и станция Погодино, куда ежедневно приходит поезд Брест-Коммунары, последний зарешеченный вагон которого собирает на этап заключенных со всех белорусских СИЗО. Раз в неделю два десятка сотрудников ДИН с собаками принимают и отправляют в Погодино осужденных.

Печально известная ИК-9

В прошлом году исправительное учреждение отметило 60-летний юбилей. Колония была создана в 1957 году на базе местного кирпичного завода, а в середине 70-х ее перепрофилировали под выпуск промышленной продукции. Рассчитана ИК №9 на 1500 человек.

В разные годы в Горецкой колонии №9 в Могилевской области отбывали часть своего срока оппозиционные активисты Дмитрий Дашкевич, Николай Дедок, Алексей Милюков и Василий Парфенков. В данный момент там находится бывший доцент Витебского технологического института, сооснователь правозащитного учреждения “Платформа инновейшн” Михаил Жемчужный. Ряд правозащитных организаций в совместном заявлении в декабре 2015 года признали его политическим заключенным. Происходящее в Горецкой ИК-9 дает основание правозащитникам считать ее инструментом расправы властей с неугодными.

Письмо правозащитницы в прокуратуру, ответ из ДИН

В декабре прошлого года юрист правозащитного центра “Весна” Наста Лойко направила официальное обращение в прокуратуру Горецкого района с требованием принять меры по обеспечению личной безопасности политзаключенного Михаила Жемчужного. Стало известно, говорит Лойко, что в отношении политузника были распространены недостоверные сведения о его так называемом “низком статусе”, из-за чего неминуемо в таких случаях от определенной категории осужденных поступают угрозы расправы.

Михаил Жемчужный попал в Горки в августе прошлого года, и с того времени уже 14 раз был помещен в штрафной изолятор (ШИЗО). Непрерывный арест длился сто дней из-за того, что, выходя из ШИЗО, Жемчужный каждый раз получал новое взыскание за отказ переходить в отряд, сформированный из заключенных с “низким статусом”. Требования политузника перевести его в безопасное место не принесли результата.

Наста Лойко отмечает, что была удивлена ответу, который пришел из Департамента исполнения наказаний (ДИН) МВД Беларуси. Это значит, что районная прокуратура, поясняет она, не взяла на себя ответственность начать проверку и отправила обращение в Могилевскую областную прокуратуру, а та перенаправила его в ДИН. Как правило, продолжает правозащитница, госорганы такие обращения спускают в нижестоящие инстанции для реагирования, а в данном случае письмо наоборот пошло снизу вверх. Впрочем, констатирует Лойко, ответ представляет собой отписку: проверка не выявила нарушений законодательства со стороны должностных лиц колонии.

Особое отношение к политзаключенному

Однако президент Белорусского дома прав человека в Вильнюсе Татьяна Ревяко считает, что обращение Насты Лойко возымело действие, ведь ответ содержит информацию о проверке в ИК-9. Кроме того, из письма, которое Ревяко получила от Михаила Жемчужного, стало известно, что с 6 января он переведен на один месяц в помещение камерного типа (ПКТ). Правда, пока не ясно, отмечает Ревяко, связано ли это с обеспечением его личной безопасности или оно оформлено как очередное взыскание.

Судили Жемчужного, напоминает Татьяна Ревяко, в закрытом режиме, и лишь через год после его ареста стало известно, что белорусский КГБ подозревал его в шпионаже в пользу Польши. Выяснилось, что все события, происходившие с Жемчужным, были частью следственного эксперимента КГБ: осудили его лишь за умышленное разглашение служебных секретов – как посчитал суд, за покупку у сотрудника милиции информации, являющуюся служебной тайной. Ряд правозащитных организаций тогда безоговорочно признали Михаила Жемчужного политзаключенным.

Оппозиционный активист Алексей Милюков, освободившийся из Горецкой колонии три месяца назад, называет давление на Жемчужного местью за его борьбу с милицейским произволом. “Платформа Инновейшн”, указывает Милюков, системно занималась именно защитой прав осужденных, поэтому к Жемчужному в колонии особое отношение. Сам Милюков попал на год в ИК-9 также после конфликта с милицией: вместе с отцом, блогером Олегом Желновым, он снимал на видео нарушения правил дорожного движения сотрудниками ГАИ.

Оказавшись в ИК-9, вспоминает Алексей Милюков, он вскоре выяснил, что всем осужденным дана команда с ним не контактировать. А далее начались бесконечные придирки: например, он получил взыскание за отсутствие летней формы, которую ему не выдала сама администрация. За год нахождения в колонии Милюков два месяца провел в ШИЗО, где в знак протеста трижды объявлял голодовку. “Задача Горецкой колонии сломать человека”, – уверен он.

Алексей Милюков (слева) освобождается из Горецкой колонии. Октябрь, 2017

Методы работы администрации Горецкой колонии

Один из фигурантов “дела анархистов” Николай Дедок попал в эту колонию в 2015 году. С первых дней, рассказывает Дедок, он постоянно ощущал на себе неоправданно жесткие требования оперативников по соблюдению режима, и это никак не зависело от поведения: как бы послушен ты ни был, все равно наказывают.

ИК-9, утверждает он, используется для оказания давления не только на политзаключенных, но и представителей криминальных групп, отказывающихся сотрудничать с милицией. Николай Дедок не сомневается, что приказ преследовать неугодных исходит не от администрации колонии, а идет сверху – из МВД и КГБ.

Экс-лидер “Молодого фронта” Дмитрий Дашкевич, отбывший часть наказания в ИК-9 в 2011 году, вспоминает, что самыми опасными людьми там были заключенные с максимальными сроками. Они понимают, что уже не выйдут на свободу, поэтому готовы на все, чтобы обустроить свой быт в зоне.

Их руками, говорит Дашкевич, и действует администрация, которая сама практикует применение против осужденных неформальных зэковских “понятий”. Неугодных пытаются перевести в своеобразную касту неприкасаемых, которые приравниваются к гомосексуалам и выполняют грязную работу – это и есть “низкий статус”.

Жалобы на содержание заключенных в Горках правозащитники получают регулярно, подчеркивает юрист Павел Сапелко, занимающийся мониторингом мест лишения свободы в Беларуси. ИК-9, по его словам, предназначена для лиц, попавших в тюрьму повторно, поэтому там более сложный контингент и методы работы. Очевидно, говорит Сапелко, там нарушается абсолютное право граждан на свободу от жестокого обращения. Но изменить ситуацию, полагает юрист, может лишь пристальное внимание общественности.

Источник: DW.com
Фото Александрины Глаголевой