Экономист Леонид Заико считает, что у белорусского рубля нет дна, есть лишь бумажная заслоночка, которую вставляют вместо дна, потом она протекает и рвется.

5 января 2015 года доллар «взлетел» сразу на 840 рублей, а налог на продажу валюты снизился до 10%. Еще до отставки бывшая председатель Нацбанка Надежда Ермакова обещала, что налог исчезнет плавно, сроком до середины февраля, а вместе с этим стабилизируется рубль. Но на календаре еще только 5 января — а реальный курс твердой валюты растет с такой скоростью, что скоро обгонит планку, которая могла бы установиться при разовой девальвации. Что происходит с белорусским рублем и насколько стремительным будет дальнейшее падение, charter97.org узнавал у экономиста Леонида Заики.

— Здесь ничего неожиданного нет. Это стремительное падение происходит, потому что белорусский рубль был переоценен. Также, как ни парадоксально, но если посмотреть на ситуацию декабря, то у нас был положительный экспорт и, строго говоря, при этом смысла в девальвации, как таковой, нет. Но есть такая вещь, как внешний долг под 40 миллиардов долларов. Представьте, это по 300 миллионов долларов дефицита в месяц, которые надо где-то изыскать, чтобы их отдавать. Поэтому и спрос на валюту большой. Естественно, можно было бы провести разовую девальвацию — скажем, доллар стоил бы сразу 15 тысяч рублей. Но это бы девальвационные процессы не остановило, потому что к белорусскому рублю доверие низкое. Поэтому сейчас девальвация развивается по своей собственной логике.

— Кому сейчас идет разница между двумя разными курсами доллара в стране?

— Сначала было принято решение о том, что девальвации нет, но для «спекулянтов» есть изъятие 30% цены доллара, которые шли в бюджет. Потом эти 30% снизились до 20%, и сегодня этот налог уже составляет 10%. Но это не имеет смысла, потому что все равно рубль должен падать — это совершенно естественно. Но самое интересное в другом: если в самом первом варианте 30% шло в бюджет и тратилось на нужды населения, то теперь эту разницу официального и неофициального курса в основном будут присваивать банкиры и экспортеры. К ним будет возвращаться уже более «тяжелый» доллар.

— Зачем было вводить налог на такой короткий срок? Это же было явно провальным решением.

— Я не знаю, зачем Лукашенко согласился на этот способ с введением 30% налога. Это все липа зеленая! Но на сегодняшний день банкиры и сильная лоббистская группа экспортеров делает так, что налог снижается. Это лоббизм чистой воды под прикрытием осмысленных рациональных решений. Кому идет разница курсов? Тем, кто торгует долларом. Ведь вы не можете торговать долларом, вас сразу «заметут». Поэтому эти меры по снижению условных изъятий в бюджет и попытка выйти на реалистичный курс доллара пока особого восторга не вызывают.

— Обещали, что налог исчезнет к 15 февраля. А на деле от налога избавляются прямо экстренно. Почему?

— Правильно, а что ж вы хотели? Во-первых, сначала для того, чтобы такие меры ввести, кто-то из приближенных «экономистов» должен был объяснить это Лукашенко. Но теперь, я думаю, он уже понимает, что девальвация есть девальвация, врать не надо, а слушать таких «советников» — не самое удачное решение. Потому что в денежных отношениях вся нынешняя ситуация связана с тем, что белорусских рублей печатали больше, чем нужно. Это главный вывод. Александр Григорьевич, Андрей Николаевич, зачем вы печатаете столько денег? А потом сидите и рассказываете сказки о том, что у нас все нормально. А второй момент — это доверие к рублю. Если за последние три года с прошлой девальвации доверие к белорусскому рублю создать не смогли, то он будет падать постоянно.

— Получается, к середине февраля курс будет даже больше, чем мог бы быть при разовой девальвации?

— Вполне может и обогнать. И говорить о том, какой будет курс тяжело. Нужно спрашивать молодых джентльменов из Национального банка, а не меня. Это они должны выйти, поправить свои сюртуки и галстуки – и сказать: «К середине февраля курс будет 15.524 рубля». Все понятно, спасибо, до свидания.

— То есть, пока ситуация неопределенная?

— Ну почему же неопределенная? Все очень даже ясно: конечно, рубль будет падать.

— До каких пор рубль будет падать в обозримом будущем? Где это «дно»?

— У нашего «ведра» белорусской валюты дна как такового нету. Есть бумажная заслоночка, которую вставляют вместо дна, потом она протекает и рвется. Это очень тонкое и доступное объяснение для домохозяек. Ну или иначе: дно у нас сахарное.

Источник информации: charter97.org

Ваша электронная почта не будет опубликована.
Поля, обязательные для заполнения *

*