«Добро пожаловать в пустыню реальности» – эти слова Морфея, героя фильма «Матрица», как нельзя лучше описывают ситуацию, в которой мы все оказались после 28 сентября. Круглый нуль оппозиции в парламенте почему-то опять возобновил спор, который шел всю парламентскую кампанию, – бойкот или участие.

Чтобы поставить точку в этом, на мой взгляд, уже бесполезном споре (выборы-то прошли) еще раз повторю некоторые очевидные (правда, не для всех) истины:

1. Если бы демократические силы организовали бойкот выборов-2008, то сейчас Александр Лукашенко вместе с Лидией Ермошиной угощался бы парижскими круасанами в обществе галантных французских политиков. Потому что добровольное снятие оппозиции с предвыборной гонки, как я говорила в предыдущей статье, значительно облегчило бы задачу летитимизации этого самого Парламента для Александра Лукашенко. Тогда Александр Лукашенко сказал бы всем западным дипломатам, честно глядя в глаза и прижав руку к сердцу (как он умеет это делать), что если бы не бойкот, то в Парламенте было бы уж никак не меньше 30% оппозиции.

2. На самом деле отсутствие оппозиции в парламенте – это не самый худший для нас вариант. В известном смысле это даже хорошо – перед началом этой шахматной партии казалось, что будет какое-то движение: или вверх или вниз, или в стороны. К счастью, Александр Лукашенко делает политику, как умеет. Он пока еще не научился добиваться «элегантных побед», но зато хорошо научился организовывать «стабильность». Поэтому все осталось, как было, и ничего особо не поменялось. Каждая сторона осталась при своих аргументах и убежденности в своей правоте. Но зато теперь каждый из кандидатов ОДС с гордостью может сказать: «Я не работаю на власть! Меня власть боится настолько, что не «пропустила» в Парламент».

3. А вот пропущенные по высочайшей воле депутаты, во-первых, действительно упростили бы контакты Лукашенко и Запада, а во-вторых, оказались бы в тупике, отверженные от всей ОДС, доказывая, что они «не продались власти».  Еще глубже в тупик нас бы загонял бойкот. Почему? Потому что бойкот работал бы на раскол Объединенных Демократических Сил: каждый из кандидатов ОДС в глубине души бы верил, что вот именно ему-то как раз бы повезло, если бы он не снялся, а вот из-за национальных лидеров ОДС он – не в Парламенте. Т.е. внутри оппозиции создалась бы ситуация, когда «верхи не могут, низы не хотят». Что бывает в такой ситуации, мы все прекрасно знаем. Кроме этого, бойкот работал бы на укрепление стереотипа, что высшая инстанция – это Запад, к которому мы бойкотом и собирались апеллировать. А члены ОДС должны понять, что высшая инстанция в Беларуси – это народ. И с ним и только с ним нам надо работать.

4. Эти выборы сфальсифицированные, в этом никто и не сомневается. Но вот самый важный вопрос: а почему общество позволило их фальсифицировать, нет ли тут и нашей вины? Разве мы объяснили людям, почему важно – не фальсифицировать выборы? И как можно защитить свои голоса?

Давайте посмотрим еще глубже: а как велась кампания, какие идеи были предложены, о каких реальных нуждах людей говорили оппозиционные кандидаты?

Если мы посмотрим еще шире: какие структуры у нас есть? Не партийные, а структуры взаимодействия с остальной Беларусью, которая, по меткому выражению философа Валентина Акудовича, вполне неплохо живет «Бяз нас»?

Внешнеполитическая ситуация вокруг Беларуси поменялась за последние месяцы, это надо признать и принять. Освобождение политических заключенных в Беларуси, война России в Грузии, непризнание Александром Лукашенко Абхазии и Осетии, какие-то кулуарные переговоры европейских политиков с правящим аппаратом Беларуси.

На мой взгляд, сейчас у Объединенных Демократических Сил есть два барьера, которые нам надо преодолеть: это репрессивный аппарат и наше нежелание предлагать людям то, что они хотят, не то, что хотим мы или что, на наш взгляд, должны хотеть они. Это те реальные вызовы, что стоят перед нами, как политиками, после парламентских выборов-2008.

Необходимы не только и, может, даже не столько кадровые изменения, сколько коренная перемена всей идейно-ценностной парадигмы, что мы предлагаем белорусским избирателям. Это не означает, что стрелка нашего компаса отклонится от курса демократических перемен. Это означает, что нам нужно определиться, с чем и с кем мы идем к белорусскому избирателю после этих выборов.

На мой взгляд, должны присутствовать три основных изменения в идеологии Объединенных Демократических Сил:

1. СПРАВЕДЛИВОСЬ ВМЕСТО СВОБОДЫ

Свобода – прекрасный лозунг, но по данным соцопросов НИСЭПИ немногие из жителей Беларуси разделяют ее как высшую ценность или вообще ценность. Я не имею в виду, что мы должны забыть про свободу. Люди, преданные свободе, готовы жертвовать собой, они действительно герои. Но их, к сожалению, слишком мало, они чужие, чуждые и непонятные большинству. Оппозиции придется преодолеть интеллигентское презрение к другой ценности, важной для большинства белорусов, – справедливости.

Кроме этого, именно сейчас, после парламентских выборов-2008 и накануне президентских выборов-2011, для демократов важно выстроить мост между социально-экономическими проблемами людей и непосредственно политикой. Наша концентрация только на сугубо политических проблемах приводит к тому, что людям вообще непонятно, о чем они, политики, там болтают. Это слишком далеко от народа. С другой стороны, социально-экономические вопросы, волнующие граждан, отдельно взятые не могут вызвать политических перемен. Люди должны видеть взаимосвязь между их каждодневными проблемами, огорчениями, обидами и политическим устройством в обществе в целом.

Почему «За социальную справедливость»? Социальная справедливость – это то, за что мы боролись, начиная с 1917 года. Ничего страшного, если мы достанем из чулана этот лозунг еще раз. Лозунг «За справедливость» понятен и приемлем большинству избирателей, выросших и проживших свою жизнь при советской системе. Да, мы вложим немного другое содержание в эти слова, но это не так уж важно для людей: эта терминология пришла из советского прошлого, она их успокаивает и дает им известные модели поведения.

Все мы прекрасно помним главный лозунг советской системы: «отобрать и поделить все по справедливости». Избиратели, голосовавшие за Александра Лукашенко в 1994 году, голосовали за него как «народного президента». Но сейчас ситуация поменялась кардинально. Из «защитника народа» Александр Лукашенко постепенно превратился в «президента чиновников». И это дает нам, как оппозиции, дополнительные возможности в работе с избирателями. Фраза «отобрать и разделить все по справедливости» в Беларуси, после развала Советского Союза, никогда не была так актуальна, как сейчас. Не забываем, что в Беларуси незаметно вырос целый класс людей, кого так дружно не любят обыватели. Это чиновники. Их высокие зарплаты, безнаказанность, зачастую хамство и наглость создали серьезные предпосылки для народного недовольства, которые могут быть с успехом использованы оппозицией. Сейчас любому белорусскому политику очень выгодно концентрировать внимание народа именно на чиновниках, потому что так или иначе каждый белорус сталкивался с чиновниками, и практически каждый белорус остался недоволен этим общением. Как правило, проблемы не были решены, при этом люди, которые пытались как-то решить проблемы, испытывали на себе просто абсурдное давление со стороны чиновников, иногда даже более сильное, чем испытывает оппозиция. Поэтому главное послание к избирателям после парламентских выборов-2008: «Почему чиновникам можно, а мне – нельзя?». Почему чиновникам можно нарушать закон, а мне нельзя? Почему если ошибается чиновник, то это описка и случайность, а если ошибается простой житель, то государство его наказывает по полной программе – от огромного штрафа до тюрьмы? Почему я не могу контролировать чиновников, а они меня могут? Почему такая несправедливость?

Александр Лукашенко уже 13 лет удачно играет на образе внешнего врага – и при этом скрывает внутреннего. Средства массовой пропаганды не устают объяснять белорусам, что внешние враги нашей страны – это Евросоюз и Америка. После Советского Союза такой посыл понятен и объясним для рядовых избирателей.

Проблема в том, что белорусское общество как общество постсоветское так и не научилось любить. Зато за последнее столетие оно прекрасно умеет ненавидеть. Много лет Александр Лукашенко умело разжигал эту народную ненависть, играл с ней и направлял ее против своих противников. Пришло время вернуть ему наши долги. Оппозиции нужен внутренний враг в системе Лукашенко – не такой харизматичный, как он, не защищенный средствами государственной пропаганды, очень конкретный и осязаемый, которого можно легко увидеть, которого можно и есть за что ненавидеть. После этих парламентских выборов пришло и наше время – направить эту волну народной ненависти против его подчиненных. Потому что то, что в исполнении Лукашенко выглядит изящно и аристократично, в исполнении его чиновников превращается в топорную и неуклюжую работу, в гротеск и абсурд. И мы сделаем это его же руками, используя те идеи, что он несет в белорусское общество. Работая на миф «царь добрый, бояре плохие», Александр Лукашенко неосмотрительно загнал сам себя в тупик: если он будет пропагандировать образ «белорусского чиновника» и защищать произвол чиновников на местах, то в глазах большинства избирателей трансформация «от хорошего царя» к «самому главному плохому боярину» произойдет очень быстро и окончательно.  Т.е. он потеряет поддержку среди населения. Кроме этого, если он начнет защищать чиновников и пропагандировать их, то появление других лиц на экране, кроме президентского лица, приведет к тому, что кто-то из чиновников очень быстро станет набирать популярность, т.е. начнет отбирать часть популярности Лукашенко. А если вспомнить, что последние «оранжевые революции» проходили по одному сценарию: популярный представитель системы + поддержка народа = нет «диктатора». Т.е. для Лукашенко встать на защиту своих чиновников – это опрометчивый шаг и может стоить ему власти. Он может сам себе вырастить конкурента. С другой стороны, если он не будет реагировать, то нам остается только усилить нашу работу с избирателями под лозунгами «За справедливость», и процесс пошел. Т.е. развитие событий будет проходить согласно известной белорусской пословице: хоть пеньком по сове, хоть совой о пенек – результат один и тот же.

2. ПОЛИТИКИ ВМЕСТО ПРОПОВЕДНИКОВ

Хватит учить народ, как ему жить, давайте сами учиться у народа. Он нам ничего не должен. Только у него мы, как Антей, можем почерпнуть свою силу. Стой народ за нас горой, считай нас своими защитниками, выразителями своих интересов – машина фальсификаций развалилась бы и в Парламенте бы сейчас сидели совсем другие люди. Общество меняется – мы живем нашими драгоценными интеллектуальными скарбами начала 90-х годов, а старшее поколение оппозиции все больше удивляется, куда пропали участники многотысячных митингов перестройки и первых лет независимости.

И еще. Мы можем долго стенать, что народ у нас не тот. Но другого народа у нас нет, не было и не будет. Надо работать с тем, что у нас есть.

Кроме этого, если кому-то не нравятся наши идеи, то это отнюдь не означает, что этот человек плохой. Просто у него другой взгляд на этот мир и свое место в нем.

После парламентских выборов-2008 мы все оказались в реальном мире, где белорусская Матрица успешно переформатировалась в «фабрику иллюзий»: иллюзия демократии, иллюзия свободы слова, иллюзия честных и свободных выборов, иллюзия стабильности и экономического процветания. В действительности все по-другому: текущие крыши, вонючие подъезды, ямки и колдобины внутридворовых дорог, невозможность для простого гражданина добиться законности и соблюдения своих прав, фальсификации выборов. Но это то, что есть сейчас, и с чем нам придется работать, даже если кто-то очень не хочет пачкаться о канализации и государственные бюджеты.

На мой взгляд, в белорусской политике развелось слишком много мессий, пророков, проповедников и представителей Сына Божьего на земле.  Я человек, и хочу, чтобы политика в Беларуси обрела наконец «человеческое лицо».

Что это означает? Меньше эмоций и веры в свою богоизбранность, поменьше проповедей, но зато побольше логики и прагматизма для демократов. Сколько будет стоить бойкот? Выгоден ли он нам? Если нет, к черту бойкот. Это также означает, что если люди нервничают, например, из-за «скачков» системы образования из 11летки в 12летку, а потом также стремительно наоборот, то мы будем говорить людям о проблемах в белорусском образовании, а только потом объяснять то, что волнует нас, – почему им и нам так важны честные и свободные выборы.

После этих парламентских выборов мы берем на вооружение «стратегию непрямых действий»: т.е. работать на то, чтобы избиратель сам понял, что к чему. Белорусы вообще-то люди неглупые по натуре, могут и сами разобраться, кто прав, а кто нет. Особенно, если им в этом помочь.

А то как-то получается все эти 13 лет, что наша любовь к народу какая-то безответная, мы обожаем народ, умиляемся при виде народа, посвящаем свои стихи народу. А народу все равно, что с нами происходит. Как-то не честно получается.

Другой вопрос: с чем прийти к белорусскому избирателю. Сейчас белорусская оппозиция чем-то напоминает миссионеров в племени людоедов. Как объяснить людоеду, что кушать людей нехорошо, когда он смотрит на тебя как на будущее рагу?

3. ИНТЕРЕСЫ ВМЕСТО ИДЕАЛОВ

Европа, демократия, христианское или национальное возрождение – все это очень здорово, но какое отношение это имеет к повседневной жизни рабочего, крестьянина, бизнесмена? Они должны гореть этими идеалами, чтобы заслужить благосклонность оппозиции? Да плевать они хотели на ее благосклонность. У разных групп белорусского общества есть достаточно ясные, в первую очередь, прагматические материальные интересы. Наше дело – доказать представителям этих групп, что мы можем помочь им, даже научить их отстаивать их собственные интересы. А также привлечь представителей этих групп как «свежую кровь» в демократическое движение.

В условиях жесткого реагирования системы на любую социальную и политическую активность нам нужна дополнительная мотивация людей для участия в политических процессах – с более широким радиусом действия. Это означает на практике, что нам нужна эмоциональная вовлеченность каждого конкретного человека в процесс демократизации, его личная заинтересованность в переменах. Разговоры о неких абстрактных идеях – это слишком высоко. Политику в традиционном понимании белорусской оппозиции – “Беларусь – у Эўропу”, долой Луку, бойкот, признание непризнание Западом режима, белорусское общество или переросло, или до этого не доросло. Т.е. нам, как оппозиции, нужно сейчас заняться тем, что в Европе называется «RealPolitik» – отстаивание интересов конкретных социальных групп. Понятно же, что интересы пенсионеров несколько отличаются от учителей, а уж, тем более, от бизнесменов или чиновников.

Этот поворот в идейно-ценностной парадигме требует коренной ломки, отказа от привычных стереотипов поведения и мышления. Но если мы  не сделаем это, не начнем делать это, оказавшись, как сейчас, в пустыне реальности, мы так навсегда и застрянем в виртуальном мире белорусской Матрицы.

Ольга Карач