В беларусских СМИ периодически печатаются материалы о насилии по отношению к женщинам, в которых эта проблема не рассматривается системно, и из контекста вырываются отдельные понятия, вроде «виктимного поведения».

В связи с рядом мероприятий, реализуемых в рамках проекта «Развитие национального потенциала РБ в целях противодействия домашнему насилию в условиях достижения гендерного равенства» (2012 – 2015 гг.), в СМИ стало появляться больше тематических материалов.

Журналисты обращаются к экспертам за разъяснениями и комментариями, так как ищут нужный, и, на их взгляд, правильный метод коммуникации со своими читателями. Для того, чтобы тем самым , в идеале, способствовать вовлечению людей в решение проблем домашнего насилия и, опять же, в идеале, для построения общества, в котором будет осуждаться любой вид насилия. Так же и Фонд Организации Объединенных Наций в области народонаселения в Беларуси (ЮНФПА) осуществляющий реализацию инициатив, направленных на борьбу с насилием на гендерной почве, рассылает для СМИ материалы, которые “разрешает публиковать как частично, так и полностью. Ссылка на ЮНФПА желательна, но не обязательна”.

Но посмотрим, что происходит с некоторыми текстами, в которых не очень внимательно осуществляется выбор стратегии подачи информации, когда суть того, о чем хотят сказать, остается неочевидной или не распознанной.

Остановлюсь на двух текстах, опубликованных на портале TUT.by. Первый текст разместили под заголовком “Жены, которые “пилят” мужей, будут ставить на учет в милицию?” (автор – журналистка Екатерина Синюк), второй напечатали под названием “Домашнее насилие: “Мне причиняют добро“.

Почему о “виктимном” поведение жен?

Готовя свой текст, Екатерина Синюк обратилась ко мне за некоторыми разъяснениями, но в процессе нашей коммуникации от моих комментариев осталась лишь одна фраза: “пилить и бить физически – разные вещи. Обычно женщина не может дать сдачи, и именно она становится жертвой. Только дело не в том, что женщина слабее, а в том, что у мужчины есть “социально одобренное” право бить, и это в нашем обществе считается нормальным”. Журналистка не стала развивать эту мысль, так как более всего остального ее интересовал термин “виктимное поведение” упомянутый в законопроекте.

Я пыталась объяснить, что гораздо важнее разбираться не с отдельно взятыми терминами из законопроекта, а понять системную причину, по которой до сих пор в Беларуси не могут и не очень хотят принимать специальное законодательство, посвященное борьбе с насилием в отношении женщин.

Законопроект “О профилактике и пресечении насилия в семье”, разработанный по инициативе депутата Палаты представителей 2 созыва Надежды Цыркун существует с 2002 года. Координатор программ Фонда ООН по народонаселению (ЮНФПА) в БеларусиТатьяна Гапличник также говорит, о том, что системой ООН разработан модельный закон по домашнему насилию, там уже прописаны основные положения, которые можно адаптировать к местным условиям, но Закон до сих пор остается не принятым. “Нет его и в проекте на следующий год, – поясняет заместитель начальника управления профилактики МВД РБ Олег Каразей. – Возможно, и сами нормы пересмотрят, и ведомства все заинтересованные должны будут высказаться. Год назад проект закона действительно стал активно обсуждаться, но в МВД, например, этого закона пока нет, и с нами его никто не обсуждал”.

Как раз отсутствие этого Закона ведет не только к неспособности судов призвать виновников к ответу (нет прописанных механизмов), но и создает почву для новых преступлений и ощущения безнаказанности. Именно таким образом и поддерживается насилие в отношении женщин, оно остается «приемлемым» явлением в беларусском обществе. И это для меня было важным донести с позиции эксперта. Ведь успешность просветительской работы зависит, прежде всего, от правильно выбранного и акцентированного послания, которое должно донести информацию до людей и изменить их отношение к проблеме, или хотя бы заставить задуматься о том, что происходит вокруг.

А вырванное из контекста “виктимное поведение” уводит нас в сторону от сути проблемы, не позволяя разобраться с феноменом насилия как такового.

Показательным являются следующие «комменты» на форуме к тексту Екатерины: “статью не читал, но заголовок нравится”; “… Я конечно против физического насилия, но когда меня “перепилят”, могу сорваться и достаточно всего лишь пару слов и пилившая меня почему то плачет, даже без рукоприкладства. Я конечно понимаю это тоже нехорошо, но ведь “мужчинка” само по себе существо агрессивное если что, и не стоит провоцировать”; “Давно пора защитить самую слабую половину человечества. Это нас мужики. А то май месяц, а она все вынеси елку, да вынеси елку!” В этих выражениях сложно увидеть желание, изменить существующую “норму”.

 

Исследователи, профессионально занимающиеся проведением образовательных кампаний, отмечают, что основное препятствие в просветительской деятельности – это точка разрыва, образующаяся между знанием и поведением. Знать и делать, например, контролировать агрессию – не одно и тоже. Отношение обычных белорусских людей к проблеме домашнего насилия как раз и демонстрирует эту точку разрыва: некоторые частично осознают и не отрицают домашнее насилие как социальную проблему, но, к сожалению, пока только совсем небольшое количество людей готово предпринять что либо для ее решения. Даже те, кто понимают серьезность проблемы насилия в отношении женщин, отказываются от активных действий, объясняя это разными причинами.

Кроме того, в белорусском обществе на лицо ситуация двойных стандартов, о которых мне уже приходилось писать. При неработающих законах сосуществуют открытое проявления насилия по отношению к женщинам (4 из 5ти женщин Беларуси в возрасте 18-60 лет подвергаются психологическому насилию в семье, каждая четвертая-физическому насилию, 22.4% женщин испытывают экономическое и 13.1% — сексуальное насилие со стороны своего мужа или постоянного партнера и собственные инициативы МВД, например, «Дом без насилия!», целью которых является привлечение внимания общественности к проблеме бытового насилия и информационно-разъяснительная работа с населением по вопросам недопущения насилия в семье. «С каждым годом тяжких последствий семейных драм, ножевых ранений всё меньше», но не потому, что драться стали реже, сообщает майор милиции, а потому что больше возбуждается дел за нанесение легких телесных повреждений, угрозу убийством, истязанием, и в 90 % случаев возбуждение дел происходило по инициативе органов внутренних дел.

“Самостоятельно, без заявления жертвы насилия, органы внутренних дел возбудить уголовное дело не могут, однако когда мы видим, что женщина подвергается физическому насилию со стороны мужа и при этом боится сообщить в милицию, то ходатайствуем перед прокурором, который в подобных случаях имеет право возбудить уголовное дело”, – разъясняет Олег Каразей.

Получается такая парадоксальная ситуация неработающего Закона для граждан, но наличия практик наказания насильников, если есть заинтересованность со стороны органов внутренних дел и они “видят” насилие.

Причем Олег Каразей, пояснил журналистке, что милиция работает “только с агрессорами – с теми, кто допускает насилие в семье, и определять виктимность – не совсем в компетенции милиционера”.

Следовательно, после прочтения статьи остается не совсем понятным, откуда появилась идея о том, что “жен, которые “пилят” мужей, будут ставить на учет в милицию?” и как эта информация способствует обеспечению осведомленности аудитории о проблеме с домашним насилием и тем самым способствует началу новых позитивных изменений?

Почему опять “Домашнее насилие: “Мне причиняют добро”?

Следующий текст, подготовленный Фондом ООН в области народонаселения (ЮНФПА,
представляет собой разговор с психологом Натальей Удовенко, которую пригласили вести тренинг с консультантами горячей линии для пострадавших от домашнего насилия. Наталья, которая является детским психологом, специалистом по семейным отношениям, бизнес-тренером и консультантом по вопросам домашнего насилия совместно с ЮНИСЕФ
поясняет что “Добро” – это то, как видит свои действия агрессор. Как правило, домашний тиран не считает, что причиняет зло, вредит своим близким”, а пострадавшие “…чувствуют боль, испытывают злость и другие негативные эмоции”.

Далее психолог объясняет, что насилие обычно начинается с критики: “Критика, манипуляции, обиды, приступы злости – все это психологическое насилие. Мужчин и женщин среди пострадавших – 50 на 50. В последнее время очень много мужчин стало обращаться из-за психологического прессинга со стороны женщин”. То есть, жертвами психологического насилия являются не только женщины, но и мужчины – домашние тираны, которые тоже нуждаются в психологической помощи по корректировке поведения.

Но, к сожалению, эту тему психолог – консультант ЮНИСЕФ не раскрывает, хотя сегодня действительно существуют довольно эффективные советы, касающиеся того, как избежать насилия и все они касаются насильника, а не жертв.

 

Например, такие:

1. Не забывайте о том, что вы не можете заняться сексом с кем-то, пока этот человек не проснулся!
2. Носите с собой свисток! Если вы боитесь, что можете напасть на кого-то “нечаянно”, вы можете вручить свисток человеку, который находится с вами, чтобы свистеть в него, если это случится.
3. И всегда помните: если вы не спросили разрешения и не согласились с ответом с первого раза – вы близки к совершению преступления, вне зависимости от того, насколько, как вам кажется, это “понравилось” другой стороне.

Однако Наталья Удовенко расставляет акценты следующим образом. Приводя массу примеров, она говорит о том, что ответственность за причиненное насилие возлагается прежде всего на жертву (женщину), так как именно ей свойственно “виктимное поведение”: “жертва может провоцировать агрессора неосознанно”. Психолог дает свои советы как нужно не провоцировать агрессора и работать над собой. “От Преследователя можно уйти. Но статистика показывает, что в 90% женщина находит агрессора вновь. Не потому, что она плохая или недалекая: эта модель заложена внутри нее, поиск происходит автоматически. ” Психолог приводит следующее сравнение: ” Для жертвы ситуация насилия, как американские горки: постоянно дает адреналин. Цикл насилия, состоящий из трех фаз (нарастание напряжения, насилие, медовый месяц) – адреналиновый, и люди организовывают его вновь и вновь. И вот жертва уходит от тирана, а адреналиновая привычка – физиологическая – остается”. Но разве мужчина/домашний тиран не подсаживается на насилие, чувствуя свою полную безнаказанность?

Специалист АНО “Мужчины 21 века” Андрей Колпаков из Санкт-Петербурга, говорит о том, что муж может испытывать психологическое напряжение, “которое доходит до предела и завершается рукоприкладством. После чего он чувствует облегчение, наступает разрядка. Потом бывает период раскаяния. Муж извиняется, покупает цветы, подарки, клянется, что это было в последний раз, что он “себя не помнил”. Происходит примирение. После секса мужчина считает: все, проблема решена, она меня простила. А в душе женщины остается страх”. Дальше начинается новый цикл: “Мужчина подсаживается на насилие, как на наркотик, и уже не может без него обойтись. В конце концов, он может даже убить жену”.

Следовательно, текст интервью с психологом Натальей Удовенко, к сожалению, достаточно односторонне доносит до людей факты для “опознания” проблемы и для осознания ее серьезности. Иными словами, такой материал отнюдь не помогает людям четче видеть очертания проблемы, так как фокусируется только на “виктимном поведении”, а не на том, чтобы привлечь внимание общества к трагедии женщин, оказавшихся в ситуации насилия со стороны партнеров.

В заключении хотелось бы сказать, что я поддерживаю политику нулевой толерантности к домашнему насилию, у которого нет оправданий. И даже если женщина сама обвиняете себя в том, что происходит, однако ничто из того, что она делает или говорит, не может оправдать насилия против нее.

Насилие – это выбор и ответственность того, кто жестоко обращается с женщинами. Насилие может случиться в семье каждого, вне зависимости от социального положения, религии, национальной принадлежности, образования, возраста, пола, физических способностей или сексуальной ориентации. Но женщины должны иметь права жить в безопасности и пользоваться услугами имеющихся служб и судов.

Материал подготовлен в рамках компании «Осторожно, милиция!» ГК «Наш Дом»

n-europe.eu