В Витебске по инициативе Гражданской Кампании «Наш Дом» прошла встреча с бывшими малолетними узниками нацизма. Встреча была приурочена к Международному дню освобождения узников фашистских концлагерей, который отмечается 11 апреля, сообщает Витебский курьер.

Активисты «Нашего Дома» пытаются донести ценнейший опыт жизни малолетних нацистских узников, который учит главному вне зависимости от преходящей идеологической конъюнктуры. Это главное заключается в том, чтобы любить каждое мгновение жизни, зная ему цену и понимая, как легко его можно оборвать.

Три замечательных человека – Зинаида Яковлевна Стреленко, Вацлава Ивановна Лаппо и Нина Степановна Степанова (на фото ниже – справа налево) – объединили собравшихся своими историями, явив пример действительно мудрых женщин, которых не коснулась озлобленность.

Их внутренняя боль была преобразована в достоинство человеческого сострадания, в котором так нуждаются наши более молодые современники. Судя по реакции присутствовавших молодых людей, они восприняли это послание человеческой души, которое останется в них навсегда и не даст вовлечься в тлетворную и размывающую человеческое достоинство государственную ложь, ибо алмаз, находящийся в грязи, все же сохраняет природу алмаза.

Предатели

Мы должны отдавать себе отчет, кто главный предатель – как бывших малолетних узников нацизма, так и современных узников совести в Республике Беларусь, власти которой переняли самые худшие черты советской государственности.

Предателем является тоталитарное государство. В русле присущих современным белорусским чиновникам технологий управления, главное для них – что сейчас «интересует народ». «Что интересует» – означает «как управлять и забивать головы людям всяким псевдопатриотическим мусором».

И вот, по отзывам некоторых бывших малолетних узников нацизма, определенные представители областной административной власти называют «предателями» именно их, узников – по причине взаимодействия с «Нашим Домом». Хотя участники «Нашего Дома» всегда придавали особое значение патриотической части своей работы. Так, группой людей во главе с Ольгой Шпаковской, готовится к выпуску уже вторая часть книги «Дети войны», которая является неоценимым документальным источником, призванным навеки сохранить историческую память.

Но для чиновников важнее создание их собственного образа как единственных носителей традиций национального самосознания. А на деле они лишь углубляют рабство, преследуя корыстные интересы. Об этом своекорыстии шла речь на встрече, организованной «Нашим Домом».

Выступает Ольга Шпаковская

Во вступительном слове активистка Гражданской кампании «Наш Дом» Елена Николаевна Борщевская (на фото ниже) рассказывала, как на месте действительного захоронения узников, а это возле территории бывшего 5-го Полка, начали строить жилые дома. Корпуса ставили прямо на участках, откуда ранее извлекали останки людей, и никто из лиц, облеченных властью, не задавался вопросом, что же с ними делать?

«Наш Дом» пытался противостоять варварству. Как отметила Елена Николаевна, «это очень грустно, и это еще одна иллюстрация к тому, как относятся к памяти в эшелонах власти».

Показательно, что отцы двух выступавших узниц были репрессированы еще в довоенные годы. То есть жизнь их самих в первый раз подверглась опасности еще до войны. И во второй раз – во время нацистской оккупации. А в третий раз – когда власть, посредством административного давления заставляла их с юного возраста замалчивать свое пребывание в лагерях. Это и есть окончательное предательство со стороны собственного государства. Но слишком рано полученный опыт внутреннего сопротивления помог выстоять, сохранить человечность и передать ее потомкам.

Во время встречи

Страх

С особым напутствием к молодым участникам встречи обратилась Зинаида Яковлевна Стреленко: «Я хочу сказать молодым, нашим деткам и внукам: запомните нас ребята. Страшное время мы пережили».

Она говорила о том бессознательном страхе, который дает возможность запомнить, что происходило, несмотря на очень ранний возраст. В памяти предстает барак, в котором содержались узники… Железные сетки на первом ярусе… Зинаида Яковлевна вспоминает женщину-блондинку, которая ходила и пересчитывала их. При этом в руках у нее было что-то похожее на плеть. Помнит вышку, стоявшую на горке, откуда обозревался лагерь.

Теперь все воспринимается, как происходившее во сне… Ибо память оказалась во многом подавленной: после войны родители запрещали говорить об этом лагерном прошлом, потому что «не вступите в пионеры, не вступите в комсомол, нигде вас не примут учиться». И сами родители боялись рассказать что-либо в подробностях.

Зинаида Яковлевна вспоминает, как во время оккупации старших брата и сестру, а после и ее саму, то и дело уводили в немецкий госпиталь: «Вот раненых привезут, и нас туда всех таскали. Напрямую так укладывали и солдату кровь напрямую переливали».

А в конце оккупации, когда происходило масштабное наступление Советской Армии, всех узников лагеря вывезли в лес на произвол судьбы. По дороге, если дети кричали, их отбирали у матерей и убивали оружейными прикладами. Территория вокруг вывезенных узников была заминирована. Они обустраивались, как могли, строили шалаши, но все равно умирали от холода и голода. Было вывезено двенадцать тысяч человек, а к приходу Советских войск выжило лишь восемь тысяч. К тому же, видя советских солдат, многие бросались к ним через минное поле и погибали.

Боль

Открывая встречу с узниками, Елена Николаевна Борщевская, у которой мать также была малолетней узницей 5-го Полка, говорила: «Память эта болью отзывается в сердце каждого из нас… У нас есть такая расхожая фраза: «Лишь бы не было войны». Но фраза эта, по-моему, обесценивается. Ее просто повторяют как привычный афоризм. А ведь это очень значимо для тех людей, которые эти годы войны ощутили на себе в малолетнем возрасте. Сейчас, к сожалению, жизнь уводит от нас тех, кто был на фронтах. Их становится все меньше. А тем, кто детьми приняли на себя тяжесть войны, я боюсь, едва ли не тяжелее было… Они потеряли детство, многие из них потеряли родных. И потому эта память должна быть с нами».

Вацлава Ивановна Лаппо вспоминала, как только один раз в день в лагере «давали какую-то баланду», и от страха все «как мыши, сидели в норке».

В.И. Лаппо

Дети, опухшие или высохшие от голода… Ее мать, вынужденная сразу после войны отдать сына в детский дом, где обеспечивали хоть каким-то питанием, благодаря чему он остался жив… Лишь спустя два года она смогла его забрать опять к себе.

А Нина Степановна Степанова, которой пришлось побывать в нескольких лагерях и удалось выжить, рассказала, как уже после войны, будучи ребенком, ей пришлось ходить в школу в ботинках 41-го размера: «Нечего было одевать вообще». В таких условиях голода, холода, морального унижения и оставленных войной глубоких внутренних ран, которые не излечивались Советской властью, стыдившейся даже детей, побывавших в плену, оказались малолетние узники нацизма.

Н.С.Степанова

«Но, несмотря на все, как хотелось жить!.. – резюмировала свое выступление Зинаида Яковлевна Стреленко.Потом мы ходили в школу, уже переростками были, но были такими довольными… И с какими трудностями мы сталкивались… Работали и учились. И вот до сих пор дожили, слава Богу. Мы рады, что остались живы. Так что, ребята, прошу, запомните нас, что мы были все-таки. Вы молодые. Историю нашу не искажайте. Историю нашу продолжайте, пожалуйста… Мы работали, учились, жили, замуж повыходили, детей нарожали, внуки есть, ну вот как живем…»


Прощение

Прощение – важный признак эволюции человеческой души. Нынешняя правящая власть в Беларуси занята созданием все новых образов врага, якобы снова угрожающего нам с Запада. Это якобы должно отвлечь граждан от причин насущных социальных и экономических проблем в собственной стране. Выступавшие узники дали обратный пример душевной чистоты. Она исходит из опыта обретения жизненной мудрости через испытания, заставившие с малолетнего возраста ощутить всю тяжесть подлинной, а не вымышленной угрозы со стороны тоталитарных государственных механизмов давления, всегда готовых измельчить человеческое существование в пыль.

Пришедший на встречу Александр Владимирович Маслюкевич рассказывал, как под Невелем у него и таких же, как он, маленьких сверстников, брали кровь для немецких солдат. Страшная память… И в то же время он поведал всем обратную по своему смыслу историю, раскрывающую, что даже в безжалостные военные годы находилось место для гуманизма. В том числе и со стороны тех, кто являлся, казалось бы, врагом.

А.В. Маслюкевич

Будучи в оккупации, совсем еще мальчиком, он случайно опрокинул на себя кипяток и получил очень сильный ожог руки. Была серьезная опасность заражения. Мать, до войны работавшая на железной дороге, подошла к немецкому санитарному поезду и попросила врача о помощи… Три раза ее сыну делали перевязки, и ожог стал заживать. «Ведь были люди и у них», – заключил Александр Владимирович. Немецкий хирург сделал доброе дело, хотя мог и отказать.

Слова Зинаиды Яковлевны Стреленко также явили собой пример этого достоинства человеческого прощения: «Если бы остался какой-нибудь немец из тех, кому переливали кровь, живой в настоящее время, или его потомки, которым он рассказывал о пребывании в Витебском госпитале, интересно было бы поговорить по душам… Когда уже подошел такой возраст, вот поверьте, что я не жалею о произошедшем, ведь солдаты немецкие тоже хотели жить. Большинство из них все-таки заставляли воевать. Это приказ был, от которого никуда не денешься, военный человек ведь… Я так вот понимаю, в этом возрасте уже… У меня нет сейчас злобы к этим людям».

 

О подлинном и мнимом патриотизме

Мы задали организаторам и участникам встречи вопрос: «Чем патриотизм отличается от патриотического официоза?»

Татьяна Владимировна Яковлева, член ОГП, координатор Гражданской кампании «Наш Дом» в Витебске: «Я думаю, что именно такой вот контакт с живыми людьми, такая вот встреча с ними, когда у выступающих дрожит голос и на глазах выступают слезы, и те же чувства испытывают все присутствующие, порождает подлинное сопереживание. Картины прошлого, описанные малолетними узниками, входят в сознание, и все, о чем было рассказано, зримо предстает перед нами. Именно такое конкретное общение и обладает огромной ценностью. Как отмечала сегодня молодежь, подобные личные встречи, организованные «Нашим Домом», очень многое дают, когда возможно напрямую прочувствовать переживания людей и время, в котором они жили. Это не формально написанные книги и организованные властью митинги и собрания. Личный контакт – большое дело, и очень хорошо, что в «Наш Дом» приходят, готовы с нами встречаться как пожилые люди, так и молодежь. Я рада, что сегодня пришло так много людей, и это приятно».

Т.В. Яковлева

Александр Владимирович Корнышев, член ОГП, активист Гражданской кампании «Наш Дом»: «Можно, конечно, вспомнить известную фразу: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев». «Наш Дом» не злоупотребляет этим понятием, но делает все по совести, не забывая радостные страницы нашей истории и помня о наших противоречивых и горьких исторических событиях. Это все наша история, мы не забываем ее, мы помним людей, которые были, мы с уважением относимся к пожилым людям, ко всем, кто пострадал и от одной власти, и от другой. И вообще – от власти как таковой на Земле, ибо власть эта, к сожалению, не от Бога, она вторгается в жизнь людей, не позволяя существовать достойно. Понятно, что это не анархистское утверждение. К сожалению, таково объективное положение дел, именно поэтому мы должны быть вместе. Мы хотим жить по законам в нашей стране, в соответствии с нормальными, общечеловеческими ценностями».

Сергей Николаевич Яковлев, председатель Витебской городской организации ОГП: «Патриотизм – это, все-таки, хорошее слово, предполагающее любовь к своей Родине. Официальный патриотизм, к сожалению, у нас мало с этим связан. Сейчас он означает – любить одного человека, который находится на вершине политической власти. А Родина остается в стороне. В этом и есть главное различие патриотизма «Нашего Дома» и чиновничьего аппарата, внушающего раболепие перед правящей властью».

Ольга Николаевна Королёва, член партии «Справедливый мир», активист Гражданской кампании «Наш Дом»: «Отличается честностью прежде всего. Болью души за свой народ, стремлением оказать искреннюю помощь людям в их насущных проблемах. Мы не забываем тех малолетних узников, многие из которых рассказывают о том, что о них забыло государство. В проводимой сегодня работе, конечно же, огромная заслуга Ольги Карач, которая руководит нашей деятельностью и направляет ее в нужное русло. При наличии какой-либо конкретной проблемы у человека, он всегда знает, что может обратиться в «Наш Дом». Хочу сказать и о «Витебском курьере», который является очень нужной газетой, из нее люди получают важную социальную и правовую информацию».

Елена Николаевна Борщевская, член ОГП, активист Гражданской кампании «Наш Дом»: «Дело в том, что Гражданская кампания «Наш Дом» нацелена на пробуждение в каждом человеке осознания того, что он не есть бессловесная единица, но имеет право полноценного участия во всех общественных процессах. Если касаться проблемы узников, которая сегодня так актуальна, важно показать, что они могут оказывать влияние на сохранение исторической памяти о происходившем на территории 5-го Полка. Нормальной, человеческой памяти, чтобы каждый, кто был причастен к истории лагеря, не был забыт. Чтобы каждому, кому это еще возможно, было хотя бы сказано хорошее слово. Для меня эта история очень важна и с позиции сохранения памяти семейной. Моя мама также была узницей в 5-ом Полку. Потому, если говорить о патриотизме, он заключается в том, что каждый должен осознавать себя частью этой Беларуси, ее истории, и помочь человеку это осмыслить через конкретные дела во имя сохранения народной памяти, не просто на словах…

А городские власти строят жилые дома, под которыми находятся могилы узников. Когда Гражданская кампания «Наш Дом» вмешалась в строительство, оно было временно заморожено. Мы боролись с этим, приглашали председателя облисполкома Александра Косинца, говорили ему: вы же медик, вы же видите, что выкапывают человеческие кости, но в итоге строительство возобновилось. И вот в настоящее время заложен еще один дом.

В первой книге «Дети войны» есть воспоминания одной женщины, она медик, и она говорит, что нельзя жить там, где лежат эти кости. Даже не с точки зрения каких-то мистических сил, а по причине воздействия биологических факторов: будет оказываться негативное влияние на дом. Но никто из представителей областной и городской администрации не хочет этого понять. Вот, опять же, возвращаясь к проблеме патриотизма: людей заставляют жить на человеческих костях. Показательное отношение власти к гражданам нашей страны».

11 апреля в 14.00 в Витебске на территории бывшего концлагеря «5 Полк» у мемориального комплекса состоится митинг, посвященный Международному дню освобождения узников фашистских концлагерей.

Автор: Георгий Корженевский
Источник – Витебский курьер


  • Бомба,старинно? искал!Спасибо))