Процесс по иску «колониального сидельца» Эмиля Островко к администрации колонии за присвоение звания «зековского героя» (злостного нарушителя порядка отбывания наказания) проходил для заявителя заочно.

Судья (Виолетта Закржевская) не обеспечила явку в суд истца.

Продолжение. Начало на сайте:
https://nash-dom.info/59636

Не знаю, был ли Эмиль оповещен о дате судебного заседания (секретарь в докладе судье о явке участников процесса об этом не упоминала).

Валерий Щукин и Юлия Островко

Представлять интересы истца пришлось матери — Юлии Островко.

Вид «поля боя» участников процесса — известная «картина маслом».

Хрупкая одинокая (т.е. без адвоката) невысокого роста мама напротив четырех крупных тюремных сотрудников в званиях от старшего лейтенанта до подполковника.

Еще два подполковника застыли в ожидании за дверью зала суда.

Отношение суда к участникам процесса наглядно продемонстрировала секретарь, которая демонстративно восседала спиной к маме (представителю истца) и лицом к ответчикам — караевским (милицейский министр) офицерам.

А отношение «колониальных» охранников к людям продемонстрировал подполковник Маслюков (начальник ВК-2).

Войдя в зал, злостно рявкнул: «Прекратить фотосъемку!». А от судьи потребовал назвать фамилии граждан, находящихся в помещении.

И это при том, что ни судья, ни находящиеся в зале представители общественности, никоим образом ему не подчинены.

Представьте, что творит сей милицейский деятель с подчиненными ему офицерами, младшими чинами, рабочими, служащими, а также с детьми, осужденными правящим режимом.

Подполковник зачитал главу 12 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений. Согласно которым осужденные обязаны беспрекословно выполнять ЗАКОННЫЕ требования представителей администрации (ст.57.5).

В частности, иметь короткую стрижку (ст.57.6). Только вот не назвал нормативный акт, регламентирующий «короткость». Сколько это: сантиметр, два, три или десять?

Невольно возникает вопрос о дискриминации Правил по половому признаку. Девчонок в тюрьмах под ноль не стригут.

Как заявила суду Юлия Александровна, ДИН (Департамент исполнения наказаний) лишил Эмиля амнистии по причине ее (материнских) жалоб во всевозможные структуры правящей власти о нанесении вреда здоровью сына.

Амнистия не предоставлена со ссылкой на пункт 2, части первой статьи 117 УИК (Уголовно-исполнительный Кодекс). А именно наличие трех взысканий: лишение законного права получать посылки и свидания.

Все взыскания наложены в воспитательной колонии (ВК-2) под руководством подполковника Маслюкова.

Маму чиновник этот, верный власть имущим, на полгода лишил возможности видеться с сыном.

Такие вот педагогические принципы воспитателя детей Сергея Маслюкова. Как и его понятия о гигиенических процедурах. По информации Юлии Островко на бритье сей милицейский начальник выделяет осужденным четыре минуты.

Достаточно ли этого времени не знаю, потому как сам-то я не бреюсь.

Исправительная колония (ИК-2), в которой ныне содержат Эмиля, дисциплинарных претензий к нему не имеет. Наоборот — поощряет.

С огромным удовольствием после завершения заседания назвал подполковнику Маслюкову свою фамилию.

Интересно, что он со мной сделает?

Валерий ЩУКИН,
«Наш Дом».

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.