Уж возьмутся, так возьмутся…

9 мая Александр Лукашенко заявил, что отныне государственная задача – поддерживать и развивать небольшие деревни.

«Их надо приводить в порядок. И если люди будут там жить, мы обязательно модернизируем, отремонтируем инфраструктуру для них, – сказал начальник Беларуси. – Мы будем делать это по всей стране… Будем все делать для того, чтобы эти деревеньки восстановить, подведём дороги».

Услышав это, я испугалась. Потому что, как и большинство белорусов, я хорошо знаю: когда государство за что-то всерьёз берётся – у этого «чего-то» возникают очень большие проблемы.

Вложить деньги в никуда

Напомню, что, по мнению президента, большие города в порядок уже приведены, в небольших – тоже всё более-менее в порядке (если не считать Оршу, Барань и Болбасово, которые нужно «поднимать из пепла»). В крупных сёлах – относительный порядок, а вот небольшие деревни – погибают. И в самом деле: достаточно проехаться по белорусской провинции, по действительно небольшим сёлам, чтобы увидеть: в них полно пустующих, разрушающихся домов – и практически нет нужной для современной жизни инфраструктуры. Замечу, правда, что и в крупных сёлах, и в агрогородках дела в реальности ненамного лучше. Просто их местные власти к приезду Александра Григорьевича приводят подведомственные поселения в порядок, проявляя при этом просто чудеса управленческого искусства. Жаль только, что президент один, и его на посещение всех сёл не хватит.

Вот так это и выглядит: шикарные поставновки на фоне убогих сельских домиков. Зато забор успели сделать новый – все-таки президент приезжает. Фото – Радио Свабода.

Но мне почему-то кажется, что заявление «приводить в порядок небольшие деревни» – из разряда красивых слов. Потому что «приводить в порядок» имеет смысл те места, где люди живут. А таких мест в Беларуси, увы, всё меньше. И в правительстве это, кстати, отлично понимают. Вот одна из картинок, которые я часто использую в качестве иллюстрации.

Знаете, откуда она? Из доклада Министерства экономики, представленного весной 2013 года. Этот доклад готовился под руководством тогдашнего министра экономики Николая Снопкова – и мы видим, что он отлично понимает демографическую проблему белорусской провинции. Сегодня Николай Снопков – замглавы Администрации президента, курирующий вопросы экономики. Я знаю его как очень умного и прогрессивно мыслящего человека. Явно не он подсказал Александру Григорьевичу идею «реновации малых деревень». Но тогда кто?

В любом случае, декларированная президентом поддержка небольших, полупустых деревень не переломит главную демографическую тенденцию. Суть которой в том, что белорусы, наоборот, стараются переехать из сельской местности в города. Не только в столице, но и в областных и районных центрах с каждым годом отмечается рост населения.

«За последние 10 лет активно «прирастали» Брест и Гродно, а также районные центры: Пинск, Барановичи, Полоцк, Новополоцк, Мозырь, – говорит эксперт онлайн-журнала «Ідэя» Антон Родненков. – И эта тенденция абсолютно нормальная. С этим ничего не поделаешь, как эти деревни ни развивай. В городах больше продолжительность жизни, там получают более высокую зарплату, имеется больше социальных услуг».

Именно поэтому правильнее всего было бы сконцентрировать внимание на управлении теми городами и крупными сёлами, где есть сейчас какая-то экономическая активность. А для этого необходимы продуманные стратегии развития именно этих районов и локаций. И напротив: вложение денег в небольшие деревни закончится тем, что деньги-то будут освоены, но результат будет, как и при строительстве агрогородков. То есть средства потрачены огромные, а особого эффекта нет, «благоустроенные коттеджи для сельских труженников», которыми президент так любит хвалиться перед российскими журналистами, стоят пустые или населены ссыльными алкголиками.

Здесь человек жил еще совсем недавно. Но он уже не поедет в агрогородок. Фото dmitrij-kr.livejournal.com

Получается, что перед чиновниками поставлена задача помогать не людям (люди всё равно из деревень уезжают или просто умирают от старости), а абстрактным населённым пунктам. Понятно, что так проще осваивать бюджетные средства, да и отчитываться перед начальством проще. Но смысл?

Понять деревню

Чиновникам, которые подсказали Лукашенко идею «возрождения малых деревень», сперва следовало бы самим обратиться к социологам и даже этнографам, чтобы понять – что такое современная малая деревня?

Недавно я прочитала мнение по этому поводу экономиста Михаила Залесского, который изучает проблему малых деревень с 1972 года и защитил по этой теме диссертацию. Вот что он, в частности, говорит:

«Когда я начинал заниматься изучением деревень, у нас в стране было полмиллиона хуторов и огромное количество малых деревень, в которых было до 10 дворов. Эти дворы – отдельные частные крестьянские хозяйства. Мы можем поставить, например, в поле 5-этажный дом со всеми условиями – будет это считаться деревней? Нет. Во-вторых, деревня – это социальное образование, то есть люди, которые в ней живут. Сегодня основное население малой деревни составляют старики, что объективно ведет к её вымиранию. А чтобы деревня зажила и имела надежду на существование, надо, чтобы средний возраст населения в ней был ниже 45 лет. Иначе никакая социальная инфраструктура не поможет. Вот вы давно покупали себе новые джинсы? Недавно? А я 20 лет назад. Потому что я старый и мне не нужны новые джинсы. Я не буду чинить забор, ремонтировать хлев, не буду разводить скотину, возделывать новую землю, потому что мне уже ничего не надо. Мне бы дожить. Так думают и те люди, которые всю жизнь ишачили в колхозах».

При этом малые деревни – это отдельный социум, в котором люди объединены вокруг занятия сельским хозяйством и повязаны родственными связями. Туда нельзя просто завезти и поселить людей – они будут чужими и чуждыми этому месту. Ещё хуже – если, как часто предлагают социальные службы и местные власти, начнут переселять в деревни городских алкоголиков, а также просто опустившихся на дно людей – например, злостных неплательщиков по коммунальным услугам. Если человек был таким в городе, то переезд в деревню его сущность не изменит.

Что реально можно сделать?

Для начала вернусь к цифрам. Сегодня доля сельского населения в Беларуси – 22,1%. А 20 лет назад – 31,9%. То есть тенденция очевидна, и переломить её очень трудно. Но это не значит, что не нужно ничего делать. Вот что я предлагаю:

• Перестать бояться. В Европе процент деревенского населения ещё намного ниже, чем у нас – и ничего, никто не бьёт тревогу.

•• Не делать из «возрождения деревни» некую самоцель, оторванную от общего контекста развития страны. Проще всего – вбухать деньги в некие формальные действия по «упорядочиванию» деревень. Намного сложнее – сделать так, чтобы эти деньги не оказались потрачены зря. А для этого их надо тратить не на деревни, а на конкретных людей. На тех, кто хочет не уехать, а остаться в деревне. Поверьте, они сами из своей деревни конфетку сделают, главное – не руководить ими.

••Ключевой момент – частная собственность на землю. Иначе говоря, чтобы вернуть людей в деревни – вернуть по их доброй воле – необходима земельная реформа. И только когда она будет проведена, можно говорить о будущем деревень. Вот когда будет в полном объёме возвращена частная собственность на землю, в тот момент и начнется возрождение, малых, средних, больших, любых деревень.

•••• Государство должно стимулировать развитие в районных центрах не только малого и среднего бизнеса, как такового, но прежде всего – частного бизнеса по переработке сельхозпродукции. Его развитие автоматически вдохнёт жизнь в окрестные деревни – появится платежеспособный спрос на продукцию частных подворий, люди увидят, что на земле можно заработать. И что выгоднее работать на земле в деревне, чем «куковать» в уездном городке с неработающими предприятиями.

“Наш Дом”