25 марта политическая активистка решила отметить День Воли в своем родном городе. Праздник этой женщине омрачили бессовестные силовики, подведя под гражданское дело и огромный штраф. Мы по душам поговорили с этой замечательной женщиной. Беседа получилась, как всегда, интересной, насыщенной и вдохновляющей.

«Меня зовут Светлана Гарсевич. Мне 58 лет, я замужем, живу в г. Рогачеве Гомельской области. Я уже три года, как пенсионерка. До пенсии я работала в сфере торговли. У меня трое взрослых сыновей и шестеро внуков».

— Светлана, Вы всегда были политически активным человеком?

Около пяти лет тому назад к нам приезжал Владимир Непомнящих (Гомельский активист, в настоящее время находится под стражей по обвинению в оскорблении представителя власти. Признан политзаключенным – Прим. Ред.). Тогда на День Воли люди тоже выходили отпраздновать народный праздник. К нам приезжали журналисты «Белсата», я выступала на площади с речью. С тех времен я постоянно задумываюсь о политической ситуации в стране. Убеждена, что Лукашенко не прав в своих действиях по отношению к народу.

— С какими сложностями приходилось сталкиваться в жизни за время его правления?

Например, подняли пенсионный возраст. Поэтому я проработала лишние полгода. На предприятии, где я работала, я и еще несколько человек попали под сокращение, нас выгнали на улицу. Меня – за полгода до пенсии.

— Заплатили какую-либо компенсацию за сокращение?

Ничего не заплатили. Рассчитали за то, что отработала – и за ворота. А город у нас маленький, устроиться на работу очень сложно, тем более – перед самой пенсией.

— Это вечная проблема малых городов… 

У нас молодежи просто негде работать. Люди вынуждены ехать работать в Москву, а там и обманывают, и что похуже могут сделать. Были случаи, что люди приходили оттуда домой пешкомМои дети тоже вынуждены ездить на заработки. Потому, что в городе нет работы, а если какая и есть, то зарплата 300-400 рублей.

— Как Вы пострадали за свое несогласие с подобной жизнью?

25 марта я проснулась с той мыслью, что сегодня обязательно отмечу День Воли участием в акции: расклею по городу листовки. Я и раньше их клеила, но не попадалась. Наверное, суждено было: я с 10 августа принимаю участие в акциях своего города. Участвовала в маршах, брала с собой символику, но репрессии меня не коснулись. Как только я наклеила последнюю листовку, ко мне подъехала машина, из нее выбежали ко мне навстречу люди в штатском и спросили: «Что Вы делаете?»Налетели как коршуны, будто я какая-то злодейка (смеется).

— С пенсионерами они все герои…

Да. И самое обидное то, что меня остановила служба вневедомственной охраны, где работал до пенсии мой муж. Когда меня задержали, листовок при мне уже не было.

— Забрали в отдел?

Да, когда привезли в отдел, на меня стали морально давить человек 15 сотрудников.
«Зачем Вам это надо?», «Вы попали на штраф», «Кто Вам дал эти листовки?», «Давайте говорите, мы все равно добьемся от Вас правды», «Все равно скажете». Но их давление и крики мне были глубоко безразличны. Потом меня отвели к следователю, тот задавал те же вопросы. Я ответила: «Друг принес, нашла в почтовом ящике. А кто мой друг, я Вам не скажу». Меня еще вызывали к начальнику Рогачевского УВД, тот угрожал, что у меня отберут дом и в нем сделают детский сад.

После этих событий меня отвезли в Следственный комитет, со мной беседовала женщина-следователь. Она сказала мне, что боится прийти в магазин за хлебом, будучи одетой в служебную форму. Боится, что скоро ей хлеба не продадут. Затем у меня дома провели обыск. Я сама сказала, что дома у меня еще есть листовки, поэтому сотрудники ничего больше не пытались найти. Я отдала им те листовки, что у меня были, они сфотографировали их, составили протокол и повезли меня назад в отдел. 

Меня снова допрашивали, кричали на меня и довели до того, что у меня поднялось давление. Мне вызвали «скорую», которая отвезла меня в приемный покой. Мне оказали помощь, снизив давление, после чего отпустили домой. Придя домой, я подчистила следы на своем телефоне (в милиции я сказала, что у меня его нет). В тот же день, в половину десятого вечера, сотрудники снова пришли за мной со словами «Вы нам нужны».

Ночь я провела в камере. Перед этим меня раздели и обыскали. Сотрудники угрожали, что посадят со мной проституток и наркоманов, но обошлось, в камере я была одна.
Утром я отказалась от пищи, заявив, что объявляю голодовку.

Дважды водили на суд. В первый раз привели – и тут же отвели обратно, у суда времени на нас не было. Снова отвели на допрос к майору по фамилии Серебро. Он угрожал посадить меня на 15 суток и подвергнуть принудительной проверке на детекторе лжи, также, что, если будет штраф, то у меня «из пенсии будут вычитать».

Я снова ответила, что ничего не скажу, готова сидеть 15 суток и готова к вычетам из пенсии. А расклеивание листовок – это выражение моей личной политической позиции. Я голосовала за Виктора Бабарико, а Лукашенко видеть президентом своей страны больше не хочу.

В этот момент приехали журналисты местной провластной газеты в сопровождении какого-то подполковника. Меня попросили снять маску и сфотографировали. Журналистка задавала мне вопросы, но я молчала. Она пыталась задеть меня тем, что у меня «во дворе бардак, порядок навести не можете, а хотите в стране навести порядок».

— Какое же «наказание» назначил Вам суд?

Оштрафовали на 50 базовых по ст. 24.23 КоАП РБ (Нарушение порядка организации и проведения массовых мероприятий – Прим. Ред.)

— Наверное, это для Вас огромные деньги? Люди не оставили Вас в беде?

Пока что я еще ничего не платила. Мне оказал всестороннюю юридическую помощь МЦГИ «Наш Дом». Мой адвокат подал апелляцию в Гомельский областной суд. Хочу сказать «Нашему Дому» огромное спасибо!

— Осадок на душе, наверное, остался после такого обращения с Вами в милиции и гадкой статейки в газете?

Ничего, все хорошо! Ко мне приходят люди и советуют подавать в суд на газету за оскорбления и клевету. Все их инсинуации мне безразличны, люди меня поддерживают морально, говорят, что я молодец! Мне даже кажется, что наш Рогачев после этой истории «зашевелился». Я всколыхнула Рогачев, люди стали обсуждать мою историю и задумываться сами. Очень многие против этой власти, но они боятся и не могут действовать активно, как это делала я.

— Если бы Вас могла слышать вся страна, что бы Вы сказали беларусам?

Нужно бороться, нужно выходить. Говорить друг другу правду, так как провластные СМИ источают только ложь. Телевизор просто невозможно смотреть. Позабавили последние события, когда кое-кто придумал на себя «покушение». И, конечно же, хочу сказать: «Жыве Беларусь»!

Беларусы не перестают удивлять с хорошей стороны весь мир и друг друга! Смелую и гордую женщину не смогли морально сломить ни 15 человек «силовиков» с помощью давления и угроз, ни мерзкая статья местной газетенки. Журналист должен быть прежде всего честен перед самим собой и своими читателями, стараться узнать правду и донести ее до своей аудитории, какой бы горькой эта правда не была. 

МЦГИ «Наш Дом» выражает полную солидарность со Светланой Гарсевич. Мы будем следить за течением событий, помогать смелой женщине по мере наших возможностей и, конечно же, держать в курсе происходящего вас, наши дорогие читатели.

Фотографии и документы предоставлены героиней интервью.