После начала народного сопротивления в августе 2020 года, город Брест и Брестская область стали одним из оплотов массовых протестов. К сожалению, и массовые репрессии не обошли стороной тысячи смелых граждан, живущих в этих регионах.

Именно в Бресте против мирного народа было открыто одно из самых крупных политических дел в новейшей истории Беларуси – «Хороводное дело». Люди были привлечены к различным видам ответственности за мирную акцию в родном городе.

Четырнадцать фигурантов «Пинского дела» получили реальные сроки за отпор преступникам, позволившим себе избивать мирный народ.

Сегодня нашим героем стал Андрей Шарендо, брестский гражданский активист и предприниматель. В данный момент он находится под домашним арестом, а суд над ним должен состояться сегодня — 28 июня 2021 года. 

«Меня зовут Андрей Шарендо. Я родился ещё в СССР, на Дальнем Востоке, в семье военного. Мои родители беларусы, когда Беларусь стала независимой, наша семья решила вернуться на Родину. Большую часть своей сознательной жизни я прожил в Бресте. Я закончил университет в Польше и некоторое время работал там. Последние 12 лет я живу в Беларуси. У меня есть жена и дети, у нас женой небольшое совместный бизнес. Занимаемся переводами с польского языка, также моя жена работает репетитором польского языка».

— Расскажите, как начался Ваш путь борьбы?

Я очень давно интересуюсь политикой. Мы с женой — политические активисты. Мы решили, что в августе 2020 года будем в первых рядах. Я не могу назвать то, что было, избирательной кампанией. Скорее, это было начало движения по освобождению Беларуси.

Мы помогали со сбором подписей кандидату в Президенты Светлане Тихановской. Мы организовывали пикеты, помогали с доставкой аппаратуры. Несмотря на то, что у нас женой двое маленьких детей, мы активно участвовали в протесте. К сожалению, и я и моя жена неоднократно задерживались сотрудниками милиции. Мы успешно влились в эту борьбу, и борьба продолжается дальше. 

— Можно чуть подробнее об административных задержаниях?

Меня и жену неоднократно задерживали на маршах. Ее два раза, один раз нас задержали вместе.
Я задерживался трижды, и в общей сложности просидел более 45 суток. Все свои административные аресты я отбывал в изоляторе города Бреста. 

— Про этот изолятор в народе уже ходят легенды. Можете описать его изнутри?

Брестский изолятор — это полуподвальное помещение, там, кажется, 12 камер. Все эти камеры с разными условиями содержания. Есть камеры с хорошей отделкой, а есть с отсутствием ремонта и полной антисанитарией.

Сотрудники изолятора любят создавать так называемый «контраст». Например, в один из эпизодов моего пребывания там меня постоянно перекидывали из камеры в камеру. За 15 суток я поменял восемь или девять камер.

В некоторых камерах были даже клопы, сотрудники сажали туда людей «в наказание». Планировка камер такая, что дневной свет практически не проходит, очень сложно ориентироваться в сменах дня и ночи. В изоляторе очень много мышей, заключённые от скуки их подкармливают, и поэтому их приходит все больше и больше в те камеры, где им дают еду. 

— Какие «обвинения» Вам выдвигают по уголовному делу?

Сейчас меня обвиняют по ст. 361 УК РБ (Призывы к действиям, наносящим ущерб национальной безопасности Беларуси – Прим. Ред.) и ст. 368 УК РБ (Оскорбление президента – Прим. Ред.). В конце марта я дал интервью «Хартии 97». Из-за этого интервью на меня завели уголовное дело. Следствие посчитало, что некоторые мои высказывания в этом интервью «нарушают закон». 

Я считаю, что никаких нарушений там не было, это были простые человеческие слова. Из-за них мне теперь угрожает тюремный срок.

Сейчас людей судят даже не за комментарии, а за смайлики. И дают за это реальные сроки. За любые не понравившиеся слова в адрес так называемого «президента» на людей заводят уголовные дела. 

— На какой стадии «следствие»?

Следствие закончено, дело вот-вот будет передано в суд. Мне уже предъявлено обвинение. 

— Вы можете рассказать о том, как вместе с Вами боролась Ваша жена?

Помню, меня задержали 29 декабря 2020 года, перед самым праздником. Сотрудники милиции выбили у меня дома двери и провели обыск. Мою жену сразу схватили под предлогом того, что она препятствовала проведению обыска. Впоследствии ей были выдвинуты обвинения сразу по нескольким статьям: ст. 364, 368 и 369 УК РБ (Сопротивление сотруднику органов внутренних дел, Оскорбление президента Республики Беларусь, Публичное оскорбление представителя власти в связи с выполнением им служебных обязанностей – Прим. Ред.).

9 июня 2021 года Полина Шарендо-Панасюк приговорена к 2 годам колонии общего режима – Прим. Ред. 

— Как вы видите дальнейшее развитие событий в Беларуси? 

Те события, которые начались 9 августа 2020 года, имеют необратимые последствия. Крах этой власти — всего лишь вопрос времени. Диктатор сейчас держится только за счёт того, что раньше собрал какие-то запасы: средства, валютный бюджет. Плюс ему помогает Россия.

Последние полгода он занимается тем, что лопатой гребет золотовалютные резервы. И пока всё выглядит неплохо: ему удалось на время заглушить протесты. Цена этому – сотни, может быть, даже тысячи политзаключенных. Протест сейчас перешёл на кухни и формат партизанских действий.

Но как только его лопата начнёт «скрести по дну», лязг металла отзовётся пониманием того, что «король-то голый». Когда активно подключиться экономический фактор, события будут развиваться стремительно. Вот тогда всё и решится. 

— Андрей, расскажите, как наша организация помогала Вашей семье?

«Наш Дом» помогал моей жене, пока я сидел в изоляторе. Сейчас мы обратились за юридической помощью в «Наш Дом», она была оказана. Хочу сказать сотрудникам «Нашего Дома» огромное спасибо! 

— А какие выводы Вы смогли сделать для себя после того, как Вы и Ваша жена были подвергнуты репрессиям?

Сейчас страна раскололось надвое, и чётко видно, что является злом, а что — добром. Если взять мою ситуацию, то очень хорошо видно, насколько в беларусах развита солидарность. Это не сравнить с событиями 2010 года, когда люди оставались предоставленными сами себе.
Люди стараются поддерживать друг друга, помогать друг другу, и если ты один, то в беде не останешься точно!

Эта солидарность помогает бороться дальше и даёт понять, что нас большинство и правда на нашей стороне! А те, кто сейчас участвует в репрессиях, совершают преступления, за которые рано или поздно будут отвечать. Думаю, что это случится довольно скоро. 

— Все эти испытания сделали Вашу семью только сильнее?

Конечно. Думаю, что очень скоро мы воссоединился со своей семьёй и всё будет хорошо. 

— Что вы можете сказать нации беларусов?

Скажу, что все мы ждём перемен. Но перемены можно просто ждать, можно ждать каких-то событий, которые сделают нас свободными. А можно самим участвовать в переменах.
Я призываю всех по мере своих возможностей приближать момент нашей Победы. Нужно бороться каждый день, каждый час — и перемены настанут!

Жена Андрея, Полина Шарендо-Панасюк, открыто заявила на «суде», что не считает процесс над собой законным и справедливым. «Тройка НКВД, полевая жандармерия, но не суд», — открыто заявила смелая женщина.

И, по сути, она права. Все, кто был привлечен к ответственности по административным и уголовным делам, не являются правонарушителями и преступниками. Они – борцы за свободу и пленники незаконной оккупационной власти.

МЦГИ «Наш Дом» категорически осуждает уголовное преследование Андрея и Полины Шарендо, требует немедленного прекращения их уголовного преследования с правом полной реабилитации.

Мы продолжим следить за судьбой гражданских активистов и будем оказывать им всевозможную поддержку, как и раньше.