Сегодня мы беседуем с замечательным человеком. Врач по профессии, политическая активистка, ратующая за свободу страны, просто красивая женщина и мама Ольга Павлова рассказала нам о беззаконных действиях силовиков во время сбора подписей за независимых кандидатов, «подводных камнях» местного самоуправления и особенностях скрытного пересечения границы с Литвой.

«Меня зовут Ольга Павлова. Я родилась и выросла в городе Минске. По профессии я врач-косметолог. Политикой раньше я сильно не интересовалась. В 2020 году я решила лично поучаствовать в процессе предвыборной кампании, чтобы понять, что мы делаем не так и что у нас не получается. Почему мы всегда голосуем за другого кандидата, а выигрывает один и тот же? На прошедших выборах больше всего мне нравился кандидат Сергей Тихановский. Я решила войти в его инициативную группу, а после того, как его не допустили до выборов, я вошла в инициативную группу кандидата в президенты Светланы Тихановской».

— Неприятности у Вас начались именно из-за Вашего участия в предвыборной кампании?

Не могу сказать, что неприятности начались из-за этого. Они начались намного раньше, поскольку у нас в стране правит хунта и творится беззаконие. Да выборов это пытались облечь в какую-либо законную форму, но не стоит забывать, что в правовом государстве должно быть верховенство законов, в первую очередь, Конституции.  А если перечитать множество из наших законов, то видно, что они противоречат Конституции, то есть являются юридически бессильными.

— Расскажите, как препятствовали процессу сбора подписей за независимых кандидатов?

Я поняла, что «всё плохо» ещё на первом этапе сбора подписей за кандидатов в президенты. Члены инициативных групп кандидатов не нарушали никаких законов, однако их периодически забирали и препятствовали процессу сбора подписей. А когда стало ясно, что подписи собраны, власть делала всё возможное, чтобы препятствовать сдаче подписных листов.

В тот момент из 119 районов, на которых собирались подписи, на свободе находились только 55 координаторов, которые могли подать подписные листы. Светлана Георгиевна лично взяла на себя этот груз и развозила подписные листы по районам, поэтому никакие действия хунты не смогли этому помешать, люди очень сильно хотели перемен.

В Брестской области нас «вели» сотрудники КГБ, в Могилевской — МВД и ГАИ.  В Кобрине нам подсылали провокатора, который пытался провоцировать людей на агрессию.

Я часто звонила на горячие линии. Общалась с Мкртчян Галиной Васильевной, на тот момент она была главным юристом Центризбиркома. Она трактовала законодательство так, как хотела с пользой для себя: в какую угодно сторону, только не в сторону Конституции.  Она бросала трубки несмотря на то, что она государственное лицо и в данный момент проходит горячая линия.

Наша инициативная группа из 36 человек отправила открытое письмо на имя Ермошиной, в котором потребовала объяснить, почему нарушается законодательство во время предвыборной кампании. В ответ мы получили отписку. Тогда мы направили аналогичное письмо Лукашенко, в котором потребовали сменить 6 членов Центральной избирательной комиссии. К этому письму мы приложили отписку Ермошиной и аудиозаписи разговоров с Мкртчян. Он ничего нам не ответил.

— А с чего началось именно Ваше преследование?

Я призывала армию встать на защиту населения. была запущена петиция, её подписало более 8000 человек. Я рассылала эту информацию и в МВД, и высший военный состав. Также я просто звонила воинские части и ставила военных в известность о том, что страна в оккупации.

Я начала заниматься КОТОСами (Коллегиальные Органы Территориального Общественного Самоуправления — Прим. Ред.), начала с того, что вместе с соседями инициировала переизбрание председателя своего КОТОСа. Также я ездила по дворовым инициативам и рассказывала людям, что мы можем взять порядок в свои руки с помощью самоуправления. Это возможно в нашей стране уже 10 лет, но некоторые люди об этом не знают.

У меня такое ощущение, что эта моя инициатива и стала последней каплей. Очень перепугался председатель администрации Первомайского района, собрав у себя всех председателей КОТОСов и приказав им в устной форме не идти на сотрудничество с гражданами, хотя по закону они обязаны это делать.

Меня обвинили по статье 342 Уголовного Кодекса (Участие в массовых беспорядках – Прим. Ред.). 1 ноября 2020 года во время «Марша на Куропаты» было задержано 300 человек, против 230 из которых были возбуждены уголовные дела. Я была одной из них. Из этих 230 посадили выборочно тех, кто «мешал».

— С какими проявлениями беззакония Вам довелось столкнуться?

Мне пришлось 4 месяца просидеть в тюрьме: месяц на Володарке и 3 месяца в Жодино. И это с учетом того, что по моему «делу» меня уже привлекали по административной статье и оштрафовали. Мы с моим адвокатом пытались оспорить штраф, но суд более высокой инстанции оставил все в силе.

Согласно материалам административного дела, «в 2 часа дня я находилась в Ленинском РОВД», а согласно материалам уголовного:«в 2:15 на проезжей части».

15 августа меня задерживали на Площади перемен, а 18 августа осудили по административной статье. Сотрудники подделали мою подпись, это обнаружилась на суде, но судья вместо того, чтобы завести уголовное дело за поддельные документы, просто отправил этот протокол на доработку. Такого не должно быть в правовом государстве.

Я попадала под пытки на Окрестина, которые происходили с 9 по 12 августа 2020 года. Я видела, как избивали людей. Меня саму били за то, что я требовала соблюдения своих законных прав. «Разговаривали» с людьми там исключительно матом. Написали в моей личной карте «змагарка» за то, что я разговаривала на беларусском языке.

Если человек, который сидит по уголовной статье, нарушает режим, то ему нужно нарушить его несколько раз, чтобы на него составили рапорт и посадили в карцер. Что касается политических заключённых, то сотрудники специально ищут поводы составить на них рапорт. Я и сама просидела в Жодино 17 суток в карцере, 10 из которых держала голодовку. В карцер меня посадили за то, что я отказалась здороваться с сотрудником, хотя здороваться по правилам я не обязана. Меня пугали начальником тюрьмы, очень долгое время искали, к чему придраться. В конце концов на меня составили рапорт из-за того, что у меня «пыль на кровати».

— Расскажите, почему Вы решили покинуть Беларусь?

Итогом всеобщих репрессий стал массовый выезд беларусов из страны. Люди приходили в СК, чтобы сообщить о пытках, а в ответ на них заводили уголовные дела. Государству и обществу можно принести больше пользы за рубежом, нежели отбывая срок. О том, что «кого захотят — того посадят», речи даже не идет.

Меня «пригласили» на суд в РОВД 15 июня 2021 года. Учитывая то, что у меня до этого прошел обыск, который санкционировал главный прокурор Первомайского района, я поняла, что ничем хорошим этот «суд» не кончится. Скорее всего, было бы новое уголовное дело. Я попросила знакомого, чтобы он съездил в суд Первомайского района и посмотрел расписание заседаний на 15 июня 2021. Знакомый сказал мне, что в списках меня нет. Тогда я собрала сумку и спряталась у людей, которые согласились меня принять.

Меня объявили в розыск. Из новостей я узнала, что судить будут также и Андрея Шарендо. Я связалась с ним (до этого мы были знакомы) и попросила взять меня с собой. Он в тот момент тоже был, скажем так, «не дома».

— Расскажите, как Вы с Андреем переходили границу?

Это было в ночь с 1 на 2 июля 2021 года. Сам Андрей родом из Брестской области. Он сказал, что переходить границу с Польшей не вариант, поскольку там стоит забор. Мы решили идти в Литву. Скачали оффлайн карты GPS, нас подвезли максимально близко к тому месту, где мы планировали переходить границу. Чтобы не привлекать внимания, мы шли в основном по окраине леса.

В GPS картах не написано, что в некоторых местах там болота, поэтому мы попали в болото и сообща выбрались из него. Во время перехода мы увидели беларусских пограничников, благо, было поле и высокая трава, в которой можно спрятаться, присев. Не заметить их было трудно. У них там горел костер, который я назвала для себя «сигнальным», чтобы нелегальным мигрантам было видно,куда подъезжать.

— Каков сейчас Ваш правовой статус в Европе?

Сейчас в Литве я ходатайствую для себя о статусе беженца. Учитывая то, что у меня была открыта виза в Польшу, 1 сентября меня перевозят в Польшу и вопрос о моём статусе будет рассматриваться уже там.

— Какие организации помогали Вам в этом нелегком пути?

Хочу выразить огромную благодарность Наталье Колеговой из «Дапамоги». Нам помогли с жильем. Я являюсь активистом «Страны для жизни», эта организация тоже мне помогла. Еще хотела бы выразить благодарность организации «Белорусский дом прав человека», которая также оказала мне помощь.

— Что нужно делать беларусам, чтобы приблизить народную Победу?

Необходимо участвовать в плане «Перамога», продолжать бороться всеми законными методами и не сдаваться. Работники госпредприятий должны объявить национальную забастовку. Людей не бросят и помогут, я это знаю. Беларусам ни в коем случае нельзя сдаваться. Мы должны продолжить борьбу всеми доступными методами и не давать себя запугать.

МЦГИ «Наш Дом» поздравляет Ольгу со спасением из лап бесчеловечной системы, желает ей поскорее найти свое место в Евросоюзе, чтобы максимально комфортно пережить период вынужденной релокации перед триумфальным возвращением домой среди тысяч других соотечественников.

А уже сегодня, 26 августа, состоится голосовой чат с Ольгой в ТГ-канале «Нашего Дома». Не пропустите, будет интересно!