Что приходит в голову, когда мы слышим аббревиатуру ЛТП? Невзрачные постройки, между которыми вяло слоняются сгорбленные фигуры в застиранных ватниках. Мятые лица и выцветшие глаза, принудительный труд и скудная пища. Щемящее одиночество и разрушающая тоска от потерянных надежд и несостоявшейся жизни.

Этот уродливый пережиток СССР до сих пор жив у нас на Родине благодаря «стараниям» безграмотного деда, недоразумением попавшего на пост Президента и уже несколько лет пребывающего в маразме. Если антураж ЛТП еще можно угадать, то с его пленниками не все так просто. Далеко не каждый из них – антисоциал и алкоголик.

Мы предлагаем Вашему вниманию до боли грустную и страшную историю многодетной семьи из города Кобрина, что в Брестской области. Главу семейства упрятали в ЛТП, что называется, «по беспределу». За то, что посмел обжаловать беззаконные действия милиции и открыто выразить возмущение фальсификацией выборов 2020 года вместе с миллионами людей в Беларуси.

Мы связались с женой пострадавшего, честной и сильной женщиной. Сейчас она осталась одна с четырьмя детьми на руках, но несмотря ни на что, не упала духом и продолжает бороться за своего мужа, брошенного в застенки волей преступников.

— Маргарита, расскажите в двух словах о Вашей семье. 

Меня зовут Маргарита Кособуцкая, моего мужа – Виталий Жук. Мы – многодетная семья, у нас четверо несовершеннолетних детей. Старшему ребенку 9 лет, младшему зимой исполнился один год. Муж был официально трудоустроен и работал в Минске. Я сама сейчас в декретном отпуске, работаю оператором связи в Белпочте. Политикой мой муж начал интересоваться не так давно, смотрел видеоролики в YouTube, изучал информацию, а 9 августа 2020 вышел на акцию протеста у нас в Кобрине.

— Ваш муж никогда не вел асоциальный образ жизни и попал в ЛТП только за политические взгляды?

Я уверена, что именно за свои взгляды и свою позицию. В 2018 году, у него был конфликт с заместителем начальника РОВД Косяк А. М. Была такая ситуация, что муж отдыхал со своим знакомым в ночном клубе, ненадолго вышел, а его задержали сотрудники, записав в протоколе, что он был задержан на улице в нетрезвом состоянии и неопрятном виде. При этом в протоколе даже улицу написали другую. Он написал жалобу на этих сотрудников; после этого его стали преследовать в городе и составлять на него административные протоколы.

— Как развивались события в августе 2020 года?

Мой муж выходил на акции 9 и 10 августа 2020. 9 августа ОМОН опустил щиты, а 10 моего мужа и его знакомого начали забрасывать дымовыми шашками. Он приехал домой на эмоциях и на следующий день написал пост в Интернете, где обратился к Лукашенко напрямую, высказав все, что думает о нем и его системе.

Практически сразу после этого нашей семьей начали интересоваться непонятные люди в гражданском, приезжать к нам домой. Однажды, когда Виталия дома не было, приехали люди без формы и задавали вопросы. Потом его начали искать активнее, задержали прямо на глазах у детей, надели наручники и привлекли к ответственности по ст. 23.34 КоАП РБ (Нарушение порядка проведения массовых мероприятий – Прим. Ред.). Он отсидел двое суток, затем суд назначил ему штраф. Он вернулся домой, начал снова работать. Мы стали замечать нездоровый интерес органов к нему.

В ноябре в наш деревенский дом приехали неизвестные в гражданском и масках, начали ходить по двору. Муж был дома, но не открыл. После этого он сбежал и был вынужден прятаться. Его долго искали. За домом была установлена слежка. За мной и детьми тоже следили. Муж уехал работать в Минск, а в это время у нас дома начали проводить обыски. Сначала приехали сотрудники уголовного розыска, провели обыск, ничего не нашли и уехали. Потом был второй обыск, конфисковали мой телефон. Это уже было по делу об «оскорблении президента».

Третий обыск был в феврале, ничего не конфисковали, но Виталия задержали в тот же день в Минске. Его задерживал начальник нашего Кобринского угрозыска и еще какой-то сотрудник; мне при этом сказали, что его будет задерживать участковый для отправки в ЛТП.

— Какую формальную причину нашли для отправки Виталия в ЛТП?

В 2019 году над ним уже был суд для отправки в ЛТП — него было составлено несколько административных протоколов. Формулировки в протоколах были стандартные: «задержали где-то пьяного в городе». В решении суда тоже были стандартные формулировки: «злоупотребляет спиртным», «ведет антиобщественный образ жизни», «нарушает общественный порядок». Хотя все это неправда и написано по шаблону. Все это – последствия давнего конфликта с замначальника РОВД по фамилии Косяк, когда муж написал жалобу на сотрудников, его подчиненных, которые незаконно его задержали.

— Сколько уже Виталий находится в ЛТП?

С 8 февраля. Его задержали в ночь с 4 на 5 в Минске. Участковые «прошли» за него медкомиссию (пробежались по кабинетам, штампы поставили). При этом он жаловался на боль в почке. Его должны были обследовать на предмет заболеваний и противопоказаний к ЛТП, но на его жалобы никто не посмотрел. Нарколог не хотела ставить его на учет, но участковый попросил Виталия выйти и о чем-то разговаривал с ней наедине несколько минут. После этого его поставили на учет у нарколога. У нас все так делается…

— А Вы много раз сталкивались с тем, как «оно делается» за последнее время?

Сталкивалась с этим на работе. Нас заставляют выписывать газеты и журналы – «или увольняйтесь». Сократили ставку, зарплату не платят – «или увольняйтесь».

— Сейчас Вы пытаетесь вызволить мужа оттуда? 

Да, у него подозрение на онкологию, мы будем добиваться прохождения повторной медкомиссии. Ему нужна компьютерная томография, а там это очень долго делается, с паузами в неделю. Я не могу ее добиться. Звоню в больницу – там отправляют к терапевту в ЛТП. Звоню туда – отправляют в больницу, «должен врач направление дать». Все, что нужно – это томография, и чтобы ее посмотрел онколог.

Они специально тянут время. Были случаи, когда люди выходили через год и ничего уже нельзя было сделать. Были случаи, когда люди умирали там, у них есть свое кладбище на территории, где их хоронили. Родственники через какое-то время начинали искать, а их ставили перед фактом: «уже похоронили, ничем помочь не можем».

— Вы обращались к правозащитникам с Вашей бедой?

Я обращалась в «Вясну», но Владимир Величкин вынужден был уехать из-за репрессий в Бресте; Владимир Малей перестал выходить на связь после того, как его вызвали к следователю, поэтому там помощи пока не было.

«Наш Дом» оплатил мне адвоката, инициатива INeedHelpBY помогла мне с продуктами.

— Как Вы оцениваете то, что произошло с Вашей семьей?

Некоторые наши знакомые и родственники не согласны с позицией мужа. Мой муж говорит: «Если я сейчас ничего не буду делать, то потом так будут преследовать моего сына или дочь. Я этого не хочу».

Изначально я была настроена «никуда не вмешиваться», но, видя это насилие и беспредел, противозаконное ко всему отношение, я понимаю, что мне нужно становиться на защиту мужа и семьи. Стараюсь делать все, что могу. То, что происходит – ненормально. Уровень происходящего насилия – это страшно: нас шантажировали детьми, угрожали СОПом и изъятием детей. Я не хочу, чтобы мои дети жили в таких условиях, как сейчас. Все идет к тому, что люди – рабы, ничего ни выразить, ни высказать не могут. Никакого мнения, никакой своей гражданской позиции.

В ЛТП – за обжалование беззаконных действий преступников в погонах. Изъятие детей – за политическую позицию. Детьми в нашей стране уже шантажировали в 1941-44 годах. Что нас ждет дальше? Карательная психиатрия? Суды «троек», в которые будут входить трое прикорытников в погонах? А может, создание «полиции мыслей», как во вселенной «1984» Оруэлла? Вам кажется это нереальным? Уже сейчас начинается преследование людей, изучающих польский язык, как неких «врагов народа», информация о них запрашивается открыто и официально. Кто может быть уверен, что не будет избит, задержан и посажен без вины? По дороге домой с работы просто потому, что кому-то этого захочется? И потому, что этому «кому-то» никто не сможет помешать?

МЦГИ «Наш Дом» в очередной раз открыто заявляет: не нужно бояться репрессий и преследований. Бояться должны те, кто их осуществляет. Беларусы состоялись как нация — мы будем бороться за каждого, кто был подвергнут репрессиям и притеснениям, будем помогать каждому «всем миром». А тех, кто сегодня бесчинствует на нашей земле, ждет суровый и справедливый суд.

«Наш Дом» обязательно продолжит следить за судьбой Виталия Жука и его семьи, а также оказывать им любую возможную помощь. Следите за публикациями на нашем сайте.

Фото и документы предоставлены героиней интервью.