МЦГИ «Наш Дом» неоднократно освещал беззаконие, которое допускалось и допускается сегодня в отношении интеллигенции Беларуси: врачей, преподавателей, ученых, программистов, специалистов IT, духовенства и многих, многих других.

Холопы нелегитимной власти прекрасно осознают: люди, двигающие планету вперед, вполне могут вдохновить народ смести беззаконную хунту поганой метлой на задворки истории раз и навсегда. Поэтому к ним применяются репрессивные механизмы зачастую гораздо более изощренные, нежели к «простым» людям. Дуболомы и каратели стараются посеять страх в самых острых умах страны. Но безуспешно. Метла уже готова и ждет своего шумного звездного часа.

Сегодня мы беседуем с очень умной и дальновидной женщиной Мариной Р., историком по образованию. Ее мужа, архитектора и новатора, подвергли насилию и заключению за то, что он имел мужество смело и решительно заявить свою гражданскую позицию против обмана, насилия и убийств в Беларуси.

*В целях безопасности героини ее имя изменено

Я из Минска. По образованию историк. Закончила истфак БГУ. Но работаю на данный момент в сфере обслуживания. У меня две дочери, 11 и 4-х лет. Уже много лет увлекаюсь кондитерским делом и выпечкой хлеба, а также делюсь своими знаниями в этой области. Со студенчества интересуюсь историей, этнографией и культурой Беларуси. Восхищаюсь анимацией Хаяо Миядзаки и творчеством пианиста и композитора Фазыла Сая.

— Расскажите, какое несчастье постигло Вашу семью?

Мой муж архитектор из Минска. Всё годы, что я его знаю, он стремился к улучшениям в своей сфере, хотел, чтобы Минск был современным городом по архитектуре, но постоянно натыкался на сопротивление этому со стороны системы. К этому добавлялась неудовлетворенность теми условиями для среднего и мелкого бизнеса, которые создала эта же система.

Когда появились дети, стал понятен огромный провал системы в сфере здравоохранения, и особенно в сфере образования. Из этого вполне естественным стало его желание перемен. Хотелось жить в своей стране и быть уверенным, что у детей есть будущее именно здесь.

Сперва робкая надежда на честные выборы, затем ужас от насилия после 9 августа и, конечно же, смерть Романа Бондаренко — всё это привело его 15 ноября на Площадь Перемен, рядом с которой он был избит людьми в гражданском (что это ГУБОПИК — узнал, когда был доставлен в Центральный РУВД после нескольких часов избиения). Он прошел весь известный маршрут насилия и несправедливости: Центральный РУВД — БСМП — Окрестина — Жодино (сперва тюремная больница, затем обычная камера) — Володарского. Обвинения по статьям УК 342 (Грубое нарушение общественного порядка – Прим. Ред.), 293 (Массовые беспорядки – Прим. Ред.), 296 и 14 (Покушение на незаконные действия в отношении холодного оружия – Прим. Ред.), а также 23.47 КоАП РБ (Незаконные действия с холодным оружием – Прим. Ред.)

В итоге — 3 года лишения свободы с направлением по 342 УК и штраф по 23.47 КоАП. Ни по одной статье муж вину не признает. Сейчас в стадии обжалования приговора по УК.

— Нарушались ли права Вашего мужа во время предварительного заключения?

17 марта мужа освободили в здании суда, заменив арест на подписку о невыезде до получения направления. В тот день я впервые смогла обнять мужа после 15 ноября. До этого видела его только за решёткой в зале суда на трех судебных заседаниях.

Про содержание в заключении много не рассказывает, но из того, чем поделился: пыток и избиений в СИЗО не практиковали, быт, мягко говоря, скромный. Содержание на Жодино и Володарского отличается, как и отношение. Больше всего угнетал информационный вакуум на Жодино: письма месяц не передавали.

Там же с 6.00 до 22.00 постоянно была включена радиоточка, которая передавала только 4 песни по кругу без перерыва. Из репертуара тюрьмы №7 он запомнил «Саша останется с нами» остальные 3 в том же стиле. Отношение со стороны работников различное: от нормально-безразличного до истерично-унизительного. С сокамерниками ему «везло», поэтому 4 месяца заключения без серьёзных проблем.

— Каковы были результаты поданных апелляций?

Да, поданы были 2 апелляции. По административной статье городской суд оставил без изменений. По уголовной ещё заседание не назначено.

— Как и кто Вам помогал во время всей истории с арестом, судами, заключением?

Пережить всё это мне помогла, в первую очередь, поддержка и моральная, и финансовая. Благодарна каждому и каждой. Те, кто оказывал финансовую помощь, просили не озвучивать их по понятным причинам. В МЦГИ «Наш дом» я обратилась, когда возникли проблемы с оплатой адвоката. Сейчас я собрала пакет необходимых документов и очень рассчитываю на эту помощь.

— Как Вы считаете, что сегодня происходит в Беларуси?

Я считаю: несмотря на то, что сейчас страна захвачена ОПГ и настал правовой дефолт, мы живём во время появления новых героев, время, когда каждый может проявить себя через солидарность, взаимоподдержку и любовь к ближнему.

МЦГИ «Наш Дом» всегда поддерживал людей, пострадавших за свои позиции, взгляды и стремления и обязательно продолжит делать это. У незаконной власти осталось всего два ненадежных и подлых союзника: это страх и насилие. В то же время рядом с нами, людьми, борющимися за свободу и достойное будущее поколений, всегда шагали рядом Воля, Разум, Добро и Свет.