При внимательном изучении оказывается, что в Беларуси нет органа, который бы может проводить квалифицированную судебную экспертизу по «экстремизму»

Орган, что выдает заключения для судов, является незаконным даже по белорусскому законодательству. Соответственно, все заключения «экспертов» на предмет «экстремизма» являются незаконными и носят явно политически мотивированный (в большинстве случаев – карательный) характер с целью расправы и репрессий с оппонентами власти. Хотя, возможно, это просто игра в умных людей.

Введение

В стране отсуствует опубликованная статистика по точному количеству проведенных экспертиз, но есть неподтвержденные данные, что с 2015 года общее число составило около 500, и в более 120 было обнаружено наличие признаков «экстремизма».

На сайте МВД РБ отсутствуют статистические данные по административным правонарушениям за 2017-2018 год непосредственно по ст. 17.11 ч.2 КоАП (Распространение, изготовление, хранение, перевозка информационной продукции, содержащей призывы к экстремистской деятельности или пропагандирующие такую деятельность). Статистка же по уголовным статьям дается общим количественным показателем и с привязкой к региону. Официальная статистика молчит, постановления по этим статьям выносятся, но если нечего скрывать и все честно – зачем скрывать?

Определение

На сегодняшний день существует несколько проблем, связанных с определением «экстремизма» в Беларуси.

Как и во многих других случаях, в белорусском законодательстве нет четкой и однозначной формулировки «экстремизма» и «экстремистских действий», что дает широкие возможности для белорусской власти трактовать как «экстремизм» любую мирную критику действий власти или любую мирную негосударственную деятельность, связанную со свободой слова и выражения, а затем карать за несогласие с теми или иными действиями власти. Определение экстремизму дает в первую очередь Закон Республики Беларусь «О противодействии экстремизму» в своей первой стать, но она насчитывает 18 абзацев, и в каждом абзаце заключено одно или несколько противоречащих друг другу определений. Термины изобилуют расплывчатыми формулировками, такими как «либо иной социальной вражды», «иное содействие в ее осуществлении…», «организация, осуществляющая экстремистскую деятельность, либо признающая возможность ее осуществления» и т.д.

Мало того, по состоянию на 15 февраля 2019 года готовится ко второму чтению законопроект «Об изменении законов Беларуси по вопросу усиления борьбы с пропагандой нацизма и экстремизма». В частности, прозвучала инициатива распространить действие закона на символику, схожую с нацистской. Обычно белорусская власть приравнивает любую национальную символику (например, бело-красно-белый флаг) к нацистским символам, поэтому вопросы «схожести» той или иной символики вызывают большую тревогу.

Экспертиза

Все экспертизы по оценке информационной продукции на предмет наличия (отсутствия) признаков экстремизма проводит государственная Республиканская экспертная комиссия (РЭК). В данной комиссии нет ни одного аттестованного эксперта, включая председателя комиссии. Большинство из них или специализируются на вопросах, далеких друг от друга (например, «экстремизм» и «скрининг рака шейки матки») или занимаются псевдонаукой.

Проблемы с РЭК

Согласно Постановлению Совета Министров Республики Беларусь №36 от 16 января 2017 года, в Республиканскую экспертную комиссию по оценке информационной продукции на предмет наличия (отсутствия) в ней признаков проявления экстремизма входят 21 человек. Из них:

Председатель комиссии – Иванова Елена Витальевна. Образование высшее – библиотековедение и библиография, научные работы и звания отсутствуют, публикации по теме экстремизма отсутствуют, не является аттестованным экспертом ни в одной области экспертизы. Тем не менее проводит самостоятельные экспертные исследования и готовит проекты экспертного заключения.

Член комиссии Гатальская Галина Викторовна – доцент кафедры дополнительного педагогического образования Института повышения квалификации и переподготовки учреждения образования «Белорусский государственный педагогический университет имени М.Танка», кандидат педагогических наук, доцент по специальности «Психология». Нет ни одной научной работы или газетной статьи, посвященной проблематике, т.е. экстремизму. Нет подтвержденной аттестации в качестве эксперта по экстремизму. Сфера интересов: социально-психологические факторы, определяющие благополучие в юности, проблема национальной идентичности белорусской молодежи, психологические особенности белорусского национального характера, модели психологической помощи взрослым детям алкоголиков. Скандал с экспертным заключением и возможной подделке документов по «делу публицистов». Ведет сомнительные тренинги по телесно-ориентированной психотерапии. Участвует в белорусско-итальянском пилотном проекте по скринингу рака шейки матки.

Кирдун Алла Анатольевна – начальник научного отдела речеведческих, криминалистических и экономических исследований государственного учреждения «Научно-практический центр Государственного комитета судебных экспертиз, кандидат филологических наук. Уволена с должности во время процесса по «делу публицистов» из-за скандала с экспертным заключением и возможной подделке документов. На сегодняшний день начальник управления воспитательной и идеологической работы научно-методического учреждения «Национальный институт образования» Министерства образования. Ссылки на статью и методические рекомендации.

Лазаревич Анатолий Аркадьевич – директор государственного научного учреждения Институт философии Национальной академии наук Беларуси, кандидат философских наук, доцент. Сфера интересов: эпистемология, современные проблемы техногенной цивилизации, философия постинсдустриального и информационного общества. Публикации.

Агеенкова Екатерина Кузьминична – доцент кафедры клинической и консультативной психологии Института психологии учреждения образования «Белорусский государственный педагогический университет имени М.Танка», кандидат психологических наук, доцент. Преподаваемые дисциплины: Физиологические основы поведения, Психофизиология и нейропсихология, Медицинская психология, Психолингвистика и Психологический тренинг. Сфера интересов: психосоматика, психология религий, психология творчества, проективная психодиагностика. Публикации. Единственный член комиссии, обладающий хоть какой-то минимальной квалификацией в узких рамках своей научной деятельности (религия и ислам), правда, также не аттестована в качестве эксперта.

Остальные члены комиссии обладают просто высшим образованием и государственной должностью в различных госструктурах: Министерство информации, Министерство культуры, Министерство образования, Следственный комитет, Комитет государственной безопасности, Государственный пограничный комитет, Государственный таможенный комитет, Министерство внутренних дел, Генеральная прокуратура, Администрация президента Республики Беларусь.

Как они работают?

Данная комиссия действует на общественных началах (п. 10 Положения о Республиканской экспертной комиссии), а серьезная экспертность невозможна на волонтерских началах, потому что эксперты должны повышать уровень и развиваться.

У данной комиссии отсутствуют научные методики проведения экспертизы. Отсутствие соответствующей экспертной аттестации и методик проведения экспертизы подтвердила и председатель республиканской экспертной комиссии Елена Иванова в ходе судебного заседания по «делу публицистов» 22 декабря 2017 года, и председатель Государственный Комитет Судебной Экспертизы (ГКСЭ) Андрей Швед в ходе своей пресс-конференции 20 апреля 2018 года

У данной комиссии нет не только методики проведения психолого-лингвистических экспертиз, но и аттестованных экспертов в этой области ни в Республиканской экспертной комиссии, ни в Государственном комитете судебной экспертизы. Данная комиссия перестала проводить такие экспертизы после общественного резонанса во время суда и вынесения обвинительного приговора по «делу публицистов».

Согласно Указа Президента Республики Беларусь №458 от 1 сентября 2010 года «О лицензировании отдельных видов деятельности», в главе 41 , хотя и с оговорками, говорится о том, что судебно-экспертная деятельность является лицензионным видом деятельности. Лицензирование осуществляется Государственным комитетом судебных экспертиз, т.е. свидетельство о присвоении квалификации судебного эксперта – выдаваемый Государственным комитетом судебных экспертиз документ, подтверждающий, что указанное в нем лицо соответствует требованиям, установленным данным Комитетом, и обладает знаниями и профессиональными навыками, необходимыми для осуществления судебно-экспертной деятельности по одному или нескольким видам (подвидам) судебных экспертиз, перечень которых определяется Государственным комитетом судебных экспертиз. Ни один из членов Республиканской экспертной комиссии не обладает таким свидетельством, т.е. выдавая заключение без соответствующей лицензии, они нарушают Указ Президента.

Кстати, Перечень судебных экспертиз не включает в себя такое экспертное направление как выявление наличия (отсутствия) признаков экстремизма в информационном материале.

И еще, Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь, статья 61 «Эксперт», также характеризует область деятельности эксперта и требует наличия документа, подтверждающего экспертность. Такие документы у данной комиссии отсутствуют.

Самозванцы?

Возникает вопрос о правомерности и законности вынесенных ранее решений суда, основанных на мнимых экспертных заключениях, которые по факту являются субъективным мнением группы людей, а чаще одного человека (т.к. проект заключения готовит 1 человек), действующих на общественных началах.

Кроме того, эксперт, а точнее член группы РЭК, по закону не несет никакой личной ответственности за свою деятельность, заключения комиссии не доводятся до авторов публикаций. Ситуация еще более усугубляется тем, что существуют областные экспертные комиссии, которые также делают псевдоэкспертные заключения, на основе которых областные и районные суды выносят свои решения, но экспертный уровень этих комиссий, судя по всему, еще более удручающ. Выходит, «экспертами по экстремизму» назначены лояльные режиму люди, без профильного образования, без заметных научных трудов по данной теме, которые активно участвуют в политических репрессиях. И вряд ли они понимают свои перспективы стать фигурантами дел в судах, для которых они пишу сейчас, в случае смены политического режима.

Другой путь?

В Беларуси отсутствует законодательная возможность проведения независимой экспертизы по оценке тех или иных материалов на «экстремизм», да в общем-то, суды и не обязаны учитывать независимую экспертизу, даже если она сделана серьезными экспертами, чья экспертность подтверждена.

Примеры

Отсутствие экспертной квалификации и методики проведения экспертизы по выявлению признаков экстремизма, отсутствие независимой экспертизы в Беларуси объясняет, каким образом в республиканский список экстремистских материалов попали:

СDR диски «Урок Беларускай мовы» – документальный фильм польского режиссера Мирослава Дембиньского (Mirosław Dębiński), 2006 года о президентских выборах и учениках изгнанного Колосовского лицея. Фильм получил 19 международных наград различных конкурсов и фестивалей. Показан по «Белсату» в 2011 году;

«Канцэрт ”Салідарныя зь Беларусьсю“ на рынкавай Плошчы Новага Горада у Варшаве 12 сакавіка 2006». На диске записи польских и белорусских музыкантов. Беларусы исполняли польские хиты 1980-х. Все материалы при этом находятся в свободном доступе, музыкантов никто не наказывал;

Альбом «Прэс-фота Беларусi 2011»;

Изображение размером 594х840мм, содержащее копию фотографии, на которой на переднем плане наклонена красная тележка с навозом и плакатом, пронзенными вилами (Акция «Навоз для президента» к 5 годовщине правления Лукашенко (1999 год) Цель акции – протест против референдума 1996 года, где было принято решение проводить выборы президента в 2001 году);

и т.д.

Зато по подходу к формированию этого своеобразного списка становится ясно, что в Беларуси экстремизмом принято считать любую критику, направленную против Лукашенко и его власти.

И?

Какой вывод из вышесказанного можно сделать? В Беларуси нет методики проведения экспертизы по выявлению экстремизма, но печатная и информационная продукция признается «экстремистской» странным псевдоэкспертным и незаконным образованием РЭК при Министерстве Информации.

Суды выносят решения о признании тех или иных материалов экстремистскими на основе этих решений (читай – «политического заказа») и при отсутствии экспертов, а материалы на основании решения суда вносятся в республиканский список экстремистских материалов.

Налицо попытка делать «умное лицо» (чтобы все как у людей), но как именно это делать – никто не знает.

А пока нет внятных правил, белорусские органы власти, прикрываясь такими словами как «экстремизм» или «распространение экстремистских материалов», на самом деле преследуют инакомыслящих граждан, против которых можно применить и ст.17.11 КоАП (Распространение, изготовление, хранение, перевозка информационной продукции, содержащей призывы к экстремистской деятельности или пропагандирующие такую деятельность) и ст. 130 УК РБ (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни).

К сожалению, эти действия не имеют никакого отношения к реальной борьбе с экстремизмом.

А ведь Беларусь может столкнуться и с этим реальным вызовом.