Почему Белоруссия и Казахстан не спешат воплощать в жизнь проект Евразийского экономического союза

 В последние месяцы Россия, Белоруссия и Казахстан все больше напоминают лебедя, рака и щуку из известной басни. А в качестве воза с поклажей, описанного Крыловым, выступает Евразийский экономический союз, который должен был стать дальнейшим развитием Таможенного союза и прочих интеграционных инициатив Москвы. Он может так и не начать свою работу с 1 января 2015-го, как предполагалось ранее. По многим причинам Минск и Астана не горят желанием воплощать в жизнь этот проект евразийской интеграции. Хотя сам договор о новом союзе был подписан еще в конце мая, его ратификация национальными парламентами может затянуться.

26 сентября Госдума России практически единогласно ратифицировала договор о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС): решение поддержал 441 депутат, один воздержался.

Этот договор был подписан президентами России, Казахстана и Белоруссии 29 мая нынешнего года. Документ учреждает Евразийский экономический союз, в рамках которого обеспечиваются свобода движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы, проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики.

Как заявил глава профильного комитета Госдумы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками Леонид Слуцкий, ратификация договора — «событие исторического значения». «Это мощный проект в геополитическом смысле. О желании присоединиться уже заявляют ряд стран постсоветского пространства и не только», — отметил он. По словам депутата, ЕАЭС также станет «главным препятствием на пути построения однополярного мира».

«Россия становится одним из центров глобализации. Это хорошо», — уверен первый замглавы фракции «Справедливая Россия» Михаил Емельянов. «Это более высокая ступень интеграции, чем Таможенный союз», — сказал он, отметив, что новое объединение позволит преодолеть и некоторые ошибки при создании ТС.

Договор о Евразийском экономическом союзе должен вступить в силу с 1 января 2015 года. Однако если в России его ратификация прошла совершенно гладко, то в Белоруссии и Казахстане все сложнее. Так, еще летом руководитель нижней палаты белорусского парламента Владимир Андрейченко заявил, что договор о создании Евразийского экономического союза планируется внести в палату представителей Национального собрания Белоруссии не раньше ноября-декабря 2014 года. То есть прямо перед тем, как он должен вступить в силу, — а ведь ратификация может и затянуться.

«Что касается внесения в парламент этого документа, то он сейчас прорабатывается нашими министерствами и ведомствами. Это очень серьезный и объемный договор, — сказал он в интервью  государственному информагентству «БелТА». — Пока конкретные сроки его внесения сказать не могу, но думаю, что это будет не раньше ноября-декабря».

Александр Лукашенко неоднократно критиковал договор о создании Евразийского экономического союза, каждый раз заявляя, что он не учитывает экономических интересов Белоруссии. Критика из его уст звучала и 28 мая, прямо накануне вылета в Астану, где и состоялось подписание Договора о ЕАЭС. Тогда в очередном интервью белорусский президент заявил, что подготовленный к подписанию документ — «не тот договор, который хотела бы видеть Белоруссия».

Но, наконец, подписав его, Лукашенко перестал публично критиковать Евразийский союз. Однако экономические ведомства правительства Белоруссии продолжили пристально изучать все плюсы и минусы Евразийского экономического союза для страны. И, судя по всему, теперь официальный Минск готовится начать новые торги, стараясь получить от Москвы дополнительные экономические выгоды.

Вполне вероятно, что Лукашенко готов вновь начать шантажировать Кремль своим неучастием в ЕАЭС из-за нового «нефтяного конфликта» между Минском и Москвой. Дело в том, что 18 сентября правительство РФ направило в Госдуму законопроект о внесении изменений в Налоговый кодекс. В частности, они включают так называемый «налоговый маневр» в нефтяной отрасли, задача которого — отчасти возместить для российского бюджета на 2015 год возможные потери от изменений на нефтяном рынке. «Налоговый маневр» позволит России, в том числе, избежать и крупных финансовых потерь, связанных с исключением пошлин из торгового режима Евразийского экономического союза.

В рамках новой модели экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты резко снижаются, но одновременно столь же резко повышается налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ). По планам правительства, вывозные таможенные пошлины сократятся поэтапно: в 1,7 раза за три года на нефть, в 1,7–5 раз на нефтепродукты (в зависимости от их вида) с одновременным увеличением ставки НДПИ на нефть в те же 1,7 раза.

О том, что нефтяной маневр Москвы создаст сложности для ЕАЭС, заявил и Александр Лукашенко. Такой «налоговый маневр», в частности, сильно бьет по белорусским нефтепереработчикам (а через них — по белорусскому бюджету), так как увеличение НДПИ автоматически приведет к росту цены на сырую нефть.

Если Россия действительно увеличит ставку НДПИ на нефть, белорусскому правительству придется пойти либо на повышение цен на нефтепродукты на внутреннем рынке, либо на снижение прибылей нефтеперерабатывающих заводов. В первом случае власти получат явное недовольство электората, поскольку цены на бензин и так растут едва ли не каждый квартал. Во втором — заметно сократятся поступления в бюджет, а компенсировать их налогами с населения в предвыборный год проблематично.

Есть, впрочем, и другие мнения об истинных причинах поведения белорусской стороны. «Когда в мае три президента подписывали договор о ЕАЭС, международная ситуация была другой. В том плане, что тогда еще не было международных санкций против России, как не было и ответных санкций вроде продуктового эмбарго. Теперь же руководство Белоруссии, как и руководство Казахстана, опасается, что если договор о ЕАЭС вступит в силу, вследствие чего экономики этих стран сильнее интегрируются с российской, на них Запад также распространит свои санкции, — говорит в беседе с «Русской планетой» белорусский политик, глава гражданской кампании «Наш Дом» Ольга Карач. — Сейчас Беларусь только-только начала хорошо зарабатывать на взаимных санкциях между Россией и Западом, и Лукашенко совсем не с руки терять эту золотую жилу. Так что он, вероятнее всего, в союзе с Назарбаевым постарается отложить вступление в силу договора о Евразийском союзе на год-два. А там уже, как говорится, видно будет».

Александр Лукашенко вообще в последние месяцы старательно показывает, что Белоруссия вовсе не находится в такой уж зависимости от России. Сам он демонстративно дружит с Петром Порошенко, руководители Евросоюза прилюдно хвалят «батьку» за миротворчество в Украине, а белорусский премьер-министр Михаил Мясникович только что побывал в США, где договаривался с американскими бизнесменами об инвестициях в белорусскую экономику.

А в тот самый день, когда российские депутаты ратифицировали договор о ЕАЭС, Лукашенко встретился в Минске с первым вице-премьером Госсовета КНР, членом Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК Чжан Гаоли. «Ваша страна всегда являлась нашим надежным партнером. Развитие отношений с Китаем было и остается стратегическим приоритетом внешней политики Беларуси, — заявил китайскому гостю глава Белоруссии. — Если прежде были некие опасения по поводу интенсификации двустороннего сотрудничества, поскольку затрагиваются интересы разных сторон, то теперь эти опасения отошли на второй план. И нам, двум государствам — Беларуси и Китаю — надо более быстрыми темпами сближаться. Наш интерес заключается в том, что мы будем иметь очень мощную опору на такое гигантское государство, как Китай, без которого сегодня не решается ни одна проблема в мире. Поддержка Китая — это фактор независимости нашего государства».

Это заявление вполне можно назвать знаковым. До сих пор Лукашенко «фактором независимости» Белоруссии называл исключительно Россию и никого больше. Именно под этой маркой в прошлом году на белорусских аэродромах были размещены российские истребители, а в нынешнем году после обострения конфликта в Украине российская военная группировка в Белоруссии была усилена.

Вопрос о возможном затягивании Астаной процесса вступления в ЕАЭС начал активно обсуждаться в прессе в конце августа — после выступления Владимира Путина на молодежном форуме «Селигер». Тогда в своей речи он упомянул и о Казахстане, отметив, что до прихода к власти президента Нурсултана Назарбаева республика не была независимым и самостоятельным государством.

«Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев совершил уникальную вещь — создал государство на территории, на которой государства не было никогда. В этом смысле он для постсоветской государственности уникальный человек. (…) Он бы никогда не пошел против воли своего народа. Он это тонко чувствует, чего народ ждет», — сказал президент.

После этого в СМИ заговорили о встрече 26 августа Назарбаева с Порошенко, где президент Казахстана выразил украинскому коллеге свою поддержку соглашения об ассоциации Украины с Евросоюзом. Вспомнили и интервью Владимира Жириновского радио «Эхо Москвы», где он упоминал о культивации в республике «русофобских настроений» и о «антирусских настроениях» в казахстанских учебниках.

«Пока подождем. Давайте с Украиной разберемся», — добавлял политик, отвечая на вопрос, когда Москва предъявит территориальные претензии Казахстану.

Затем активно обсуждались слова Назарбаева о праве Казахстана в случае угрозы для интересов и суверенитета страны отказаться от вступления в Евразийский экономический союз. «Если не будут выполняться правила, описанные в договоре, Казахстан имеет право выйти из ЕАЭС. Я уже это говорил, и повторяю снова. Казахстан не будет входить в организации, которые угрожают нашей независимости. Независимость — это самое главное наше богатство», — отмечал президент.

В то же время, несмотря на недавнюю акцентуацию внимания прессы на заявления политиков, эксперты считают, что власти Казахстана не планируют «спускать на тормоза» вступление ЕАЭС. Так, казахстанский политолог Эдуард Полетаев считает, что даже если Астана и будет откладывать вступление в организацию, то только из-за каких-либо технических моментов.

«Никто не говорит о том, что Казахстан вдруг решил пойти на попятную. Основные знаковые моменты 2014 года — 20-летие идеи Евразийского союза, которую предлагал как раз Назарбаев в 1994 году, и подписание этого договора в Астане 29 мая — идут в противовес с разговорами о затягивании процесса», — отметил он.

На прошлой неделе законопроект о ратификации договора о ЕАЭС поступил в парламент Казахстана. 1 октября он был одобрен депутатами нижней палаты, а окончательное заключение по нему будет дано до 10 декабря 2014 года. 30 сентября документ поступил в Палату представителей Национального собрания Белоруссии, однако точная дата его ратификации пока не известна. Полетаев пояснил, что если в Москве ратификацию договора о ЕАЭС провели в ускоренном режиме, то в Астане, как и в Минске, этому процессу уделили особое внимания, отведя на выполнение этого шага больше времени.

«Этого говорит о том, что есть определенное желание наших стран сделать все без сучка и задоринки», — добавил политолог. По его словам, главы трех государств уже приняли системное решение, которому парламенты не будут противодействовать.

В то же время Полетаев подчеркнул, что возможные опасения по поводу втягивания Казахстана в международный конфликт вокруг Украины не имеют под собой оснований, поскольку сама организация основана на экономическом сотрудничестве, а не на политическом.

По мнению эксперта по странам Центральной Азии Александра Князева, заявление Путина — это результат не очень качественной работы его спичрайтеров. «Если это был экспромт, то очень плохой. И дело тут не в исторической объективности, а в том, что говоря подобное, следует ожидать и резонанса в казахстанском обществе по этому поводу, при этом достаточно отрицательного», — добавил он.

Говоря о возможном затягивании Казахстаном вступления в союз, Князев отметил, что эта тема, в первую очередь, была раздута прессой. А заявления Назарбаева, по его мнению, было сделано скорее для работы с антиинтеграционным крылом в казахстанском обществе.

«Кроме того, если процесс интеграции будет происходить так, как он происходит сейчас — исходя из политических интересов России, с расширением, совершенно не интересным другим участникам союза, — то может возникнуть ситуация, когда встанет вопрос об участии Казахстана в ЕАЭС. Потому что со стороны России политизация этого процесса во многом противоречит объективным интересам Казахстана, и это заставляет настораживаться и общество, и, наверное, политическое руководство. Но пока признаков какого-то поворота со стороны Астаны нет», — подытожил эксперт.

Источник информации: аналитический портал “Русская планета”