В правительстве России – раскол: одни министерства предлагают ликвидировать накопительную часть ПФР, другие – сохранить. Кто должен определять размер пенсии: человек или государство? Имеют ли смысл долгосрочные накопления в условиях нестабильности рынков? Какой точки зрения придерживаетесь вы? Опрос E-xecutive.ru.

– What do you mean by virgin investors? – автор бестселлера How To Read The Financial Pages Майкл Бретт не скрывал недоумения. Наш диалог проходил в Лондоне, городе, жители которого обладают, если не “врожденной”, то приобретенной финансовой грамотностью. По крайней мере, вопрос о том, как заставить деньги работать, не застает врасплох представителей британского среднего класса, активно использующих банковские продукты, возможности фондового рынка, страховые накопительные пенсионные программы… Иное положение в странах с переходной экономикой: россияне в большинстве своем не знакомы с инвестиционными инструментами – вопрос “как вкладывать?” для них не актуален по причине отсутствия сбережений.

В 2002 году правительство РФ предложило жителям страны задуматься о “длинных деньгах”. Закон “О трудовых пенсиях в Российской Федерации” первоначально давал такое определение предмета: “пенсионные накопления – совокупность учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета средств, сформированных за счет поступивших страховых взносов на обязательное накопительное финансирование трудовых пенсий и дохода от их инвестирования”. Через некоторое время, по мере того как появился инструмент государственного софинансирования пенсий, в формулировку было внесено дополнение: “и взносов на софинансирование. Впрочем, по прошествии десяти лет, как показывают социологические исследования (см комментарий Людмилы Пресняковой), соотечественники проявляют небольшой интерес к пенсионным программам. Возможность самостоятельно накопить средства оценили по достоинству только представители среднего класса, для которых пенсия не является единственным источником средств в будущем, поскольку у них могут быть и иные активы, обладающие большей или меньшей рентабельностью. Что же касается менее состоятельных слоев, они предпочитают полагаться на авось или на государство.

Положение, при котором около 25% жителей заботятся о своем будущем, а 75% – нет, могло продолжаться и дальше, но в 2012 году в Пенсионном фонде России (ПФР) обнаружился дефицит в размере около 1,3 трлн рублей. В завязавшейся дискуссии о том, где взять деньги для его покрытия, ведомства заняли противоположные позиции. Министерство труда предложило профинансировать недостаток из средств накопительной части пенсий. Министерство финансов, а также Минэкономразвития расценивают отмену программ накопления как меру вредную, грозящую долгосрочными негативными последствиями. Противоречия между спорящими, активно обсуждаемые в деловой прессе и в социальных сетях, отражены в таблице.

Речь идет не только о техническом решении, позволяющем ПФР свести концы с концами, но и о выборе курса: должны ли россияне влиять на формирование будущих пенсий, или им предстоит как в былые времена всецело полагаться на государство? Первый вариант приводит к консолидации денег на индивидуальных счетах и в перспективе – к появлению прослойки людей, самостоятельно отвечающих за финансовое благополучие после окончания трудовой деятельности. Второй – к накоплению пенсионных прав, а не денег. Чем будут обеспечены законные требования граждан, достигших пенсионного возраста через пару десятков лет, – неизвестно. Впрочем, есть и иная точка зрения: накопление денег на счетах не имеет смысла, поскольку приводит лишь к надуванию пузырей на финансовых рынках, в период кризисов эти сбережения безвозвратно “сгорают”.

Накопительная часть пенсий: pro et contra

Аргументы в пользу ликвидации Временное улучшение баланса ПРФ: ликвидация дефицита
Доходность по пенсионным накоплениям в НПФ и управляющих компаниях зачастую оказывается ниже инфляции
Средства, идущие сегодня на финансирование накопительного компонента (6%) отвлекают деньги из системы, при том, что могли бы быть направлены на выплаты нынешним пенсионерам
При сохранении status quo невозможно поддерживать размер пенсии на социально приемлемом уровне
Для работников со средним и высоким уровнем дохода нынешняя система не привлекательна: их пенсия составит 10-15% от уровня зарплаты
В результате возрастает нагрузка на государство: возрастает размер бюджетного трансферт в ПФР
Использованы материалы выступлений депутата Госдумы Оксаны Дмитриевой и публикации Министерства труда РФ

Аргументы против ликвидации
Ликвидация уже имеющихся обязательных накоплений в размере ~2 трлн руб., в том числе 560 млрд руб. в негосударственных пенсионных фондах (НПФ)
Возврат к распределительной системе социального обеспечения времен раннего рынка
Ухудшение сбалансированности пенсионной системы в перспективе: распределительный компонент не захеджирован накопительным
Разрушение рынка негосударственных пенсионных фондов
Ухудшение развития финансовых рынков в целом: исчезновение “длинных денег”
Усиление риска политических кризисов: накопление “прав на пенсию” вместо денег может привести к протестам: права есть, а денег нет
Стимулирование финансового инфантилизма населения: неумения, нежелания планировать собственное финансовое будущее
Как результат всех названных факторов: удар по интересам среднего класса
Через несколько лет РФ будет вынуждена реализовать “жесткий” вариант реформы: повысить пенсионный возраст, ликвидировать досрочные пенсии и снизить объем пенсионных выплат как в странах Южной Европы
Использованы материалы выступлений экс-министра финансов Алексея Кудрина и Министерства финансов РФ

Обсуждаем тему с экспертами:

Владимир Мельников, независимый финансовый советник, член AIFAR: “Сейчас в правительстве готовятся предложения об изменениях в пенсионной системе. На сей раз, видимо, дело не в том, что кто-то решил обогатиться (хотя кто знает? еще посмотрим), а в том, что в ПФР образовалась дыра, она уже превышает 1 трлн руб. и продолжает расти, реформа буксует, сама пенсионная система стоит враскорячку: ни накопительная, ни распределительная, а просто подачки из госбюджета в пользу нищих.

Участвующие в прениях ведомства хотят и соблюсти приличия (не повышать пенсионный возраст), и как-то решить наболевшую проблему дефицита ПФР. Дело идет к тому, что накопительную компоненту (6%) у людей заберут и присоединят ее к распределительной. Как всегда самое интересное пока непонятно: отнимут всю накопительную часть, или не всю, отберут в будущем или пострадают даже те накопления, которые уже есть на индивидуальных счетах? То, что сейчас происходит, это, конечно, не реформа, а просто сиюминутное решение, но вектор развития пенсионной системы может измениться. Вариантов, полагаю, два: либо назад к уравниловке и к отмене даже тех немногих прав по управлению собственной пенсией, которые были предоставлены россиянам, либо… найдется другой выход, более рыночный, когда человек сам влияет на размер будущей пенсии. Но, видимо, возобладает первый вариант, скорее всего, в форме какого-то компромисса.

При помощи этой меры дыру, конечно, можно сократить, но временно. Несколько лет чиновники могут рассчитывать на улучшение отчетности о проделанной работе. Однако в принципе эта мера не изменит существующего положения вещей: пенсии маленькие, собственная активность населения в выращивании пенсии – низкая. Зато каждый третий человек у нас выходит на отдых не по возрасту, а по льготе. Средний возраст выхода- 48-49 лет (по данным Независимого института социальной политики). В реальности это означает, что часть населения прекращает работу в 55-60 (женщины и мужчины соответственно), а треть – значительно раньше. Чем мы в таком случае лучше Греции?

Кто выиграет, кто проиграет от отмены накопительной компоненты? Думаю, никто не выиграет. Проиграют те люди, у кого уже накопилась (или могла бы накопиться) значительная сумма на индивидуальном счете, если они не “молчуны”. Кроме того, может существенно пострадать вся система независимых пенсионных фондов (НПФ): должны уменьшиться притоки средств к ним в управление от частных клиентов – “не молчунов”. Это означает, что у управляющих компаний, которые распоряжаются активами НПФ, будет меньше средств. Соответственно меньше денег пойдет на фондовый рынок, больше – в госбюджет: видимо, ПФР будет больше закупать облигаций Минфина, вот и все.

Но я не вижу особого смысла следить за этим процессом – в нем нет практического смысла. Я знаю ситуацию в стране и не верю, что у меня даже теоретически может быть сносная госпенсия. Считаю более разумным тратить ресурсы на создание личного фонда, на который родное государство не сможет наложить лапу. Мой частный пенсионный резерв – за границей, я накапливаю и инвестирую сам, как обычный европеец. Я не бюджетник. Работаю в рыночной экономике, плачу зарплату сам себе. Смысл выбора такой занятости был именно в том, чтобы самостоятельно рулить всеми вопросами своей жизни, включая пенсионный вопрос. Был бы я “белым воротничком” – точно так же надеялся бы только на себя, потому что эта категория граждан государственную пенсию на достойный уровень никак поднять не сможет: от людей почти ничего не зависит. Бюджетникам не знаю что пожелать, наверное, удачи в льготах на пенсию. А занятым в рыночном секторе могу посоветовать следующее: шевелитесь сами, действуйте, не ждите. Все, на что вы можете рассчитывать – государственная пенсия по старости (если она вообще сохранится к моменту, когда вы завершите карьеру)”.

Ирина Агафонова, персональный финансовый консультант: “Рассуждать о пенсионной стратегии сложно в принципе, поскольку отраслевое законодательство запутанно и непрозрачно. И это неправильно. Оно должно быть прозрачным до такой степени, чтобы граждане сами могли осознать свои пенсионные права и понять зависимость размера будущей пенсии от заработка. Кто сейчас может сказать, что имея определенный доход, например, 30 тыс. руб. в месяц, он зарабатывает себе пенсионные права в размере, предположим, 20 руб. ежемесячной пенсии? Отработал месяц – будет пенсия 20 руб., отработал год – будет пенсия 20 * 12 = 240 руб., отработал 40 лет – заработал пенсию 240 * 40 = 9600 руб. в месяц. В реальности никто не знает будущих пенсионных прав, но все видят уравниловку, средняя трудовая пенсию – 8500 руб., а средняя социальная пенсия около 5900 руб. Человек, отработавший 40 лет, получает всего на 2600 больше, чем тот, кто вообще не трудился.

Какой смысл иметь белую зарплату и официальное оформление стажа с отчислением страховых взносов в ПФР? Никакого. Выгоднее работать за зарплату в конверте и получать больше на 13%. А жителям Москвы можно вообще не оформляться на “белую” зарплату, потому что, если ты живешь в этом городе, то гарантированно получишь свои 12 тыс., что гораздо больше средней пенсии. Это основное, что делает пенсионную реформу не интересной никому, кроме тех 40 млн, которые уже на пенсии. Убив на корню заинтересованность пользователей – будущих пенсионеров в пенсионной системе государство, ищет экспертов, которые смогли бы что-то придумать.
А что тут придумать? Увеличивать взносы не получится – по вышеизложенной незаинтересованности граждан в их уплате. Уменьшать размер пенсий 40 млн пенсионеров – чревато для власти: не хватает ей еще пенсионерских флешмобов. Раскручиваемая в СМИ борьба за накопительную часть – это вообще тактический вопрос. В том виде, в котором сегодня существует накопительный компонент, никто много не накопит. Одни – из-за предельного ограничения доходов, попадающих под страховые взносы. Вторые – из-за незначительности накопительной части по причине низких зарплат. Все вместе – из-за отсутствия госгарантий на сохранность и доходность накопительной части пенсионных средств.

Не могут в одной пенсионной программе быть застрахованы жители заМКАДья с зарплатой 10 тыс. руб. и жители внутриМКАДья с зарплатами от 200 тыс. руб. Наличие подобной уравниловки – первый признак профанации. А раз так, то почему бы и не использовать накопительную часть страховых взносов на текущие выплаты с целью покрытия дефицита бюджета. Чего боятся те, кто против траты накопительного компонента? Эти средства не чьи-то личные, вынутые из именного кошелька, эти 6% за всех платил работодатель, включая их в себестоимость, а значит, по большому счету, платила вся страна. Сейчас речь идет не об отмене накопительного компонента, а о борьбе двух ведомств за то, кто накопленное будет тратить: Минфин, меняя свои казначейские обязательства на длинные пенсионные деньги или ПФР, выплачивая из этих денег текущие пенсии. Для будущих пенсионеров накопленная накопительная часть пенсии все равно потеряна, поскольку основные вопросы по гарантии сохранности и доходности не решены, а перманентный мировой финансовый кризис гарантирует отрицательную доходность инвестиций.

О чем тогда речь? Как всегда – о политике, о возможности срубить дивиденды. Понятно, что на горячей теме можно в очередной раз пропиариться. Но тогда, ввязываясь в ведомственный, по сути дела, спор, думайте, что для вас лично составляет большую ценность: сохранение условий для достойной старости, чтобы быть стариком в стране вашего пребывания не стало еще более унизительно или техническая помощь горстке людей, временно исполняющих обязанности чиновников Минфина. Не лишним будет также помнить, что речь идет о “простых” гражданах, работающих в коммерческих структурах, потому что военные и федеральные чиновники получают совсем другие пенсии, гораздо выше, чем средняя по стране. И что самое приятное, получают пенсии, продолжая работать, а теперь еще и до 70 лет”.

Людмила Преснякова, кандидат политических наук, директор проекта ФОМ-ФИН: “Одна из причин недостаточной эффективности накопительной системы – низкая информированность населения о ней и о ее выгодах. Наши исследования показывают, что подавляющее большинство ее адресатов (людей, родившихся в 1967 году и позже) осведомлены только о ее существовании, но не о ее сути: 61% знает о накопительной части, 27% что-то слышали, 10% слышат сейчас впервые, 2% затрудняются с ответом. При этом ответы на вопрос “Знаете или не знаете, где сейчас находится обязательная накопительная часть вашей пенсии?” распределились так:

В Пенсионном фонде РФ – 49%
В негосударственном пенсионном фонде -14%
Я не знаю – 16%
У меня нет накопительной части пенсии – 8%
Не знаю, если ли у меня накопительная часть пенсии – 6%
Затрудняюсь ответить – 8%

Большинство респондентов ничего не предпринимало с накопительной частью своей пенсии. Только каждый десятый переводил ее из ПФР в НПФ, и всего по 1% – обратно в ПФР и между разными НПФ. То есть, и “молчуны”, и клиенты частных пенсионных фондов в большинстве своем удовлетворены тем, как они распорядились средствами. Поскольку люди не понимают сути накопительной системы, многие затрудняются сказать, выгодна ли она им (32%), или не видят разницы между ней и предыдущим вариантом (31%), в котором не было накопительной части. Выгоду для себя в накоплении увидели 25%, чаще ее отмечают клиенты НПФ. Люди, самостоятельно или с помощью работодателя включившиеся в процесс накопления пенсии, уже оценили выгоду. Именно они с неодобрением отнесутся к отмене этой системы.

Поскольку население не очень хорошо разбирается в сути обязательно накопительной системы, поддержка идеи превращения ее в добровольную связана скорее с раздражением от факта ее обязательности, нежели с пониманием ее недостатков или с готовностью взять ответственность за пенсионные накопления на себя. При этом, несмотря на поддержку идеи сделать накопительную часть добровольной, большинство граждан (54%) не готовы откладывать себе на пенсию. Всего 27% заявили о готовности копить на старость. Это, как правило, люди более образованные и обеспеченные – то есть те, что может позаботиться о себе и без участия государства. Таким образом, отмена обязательной накопительной системы может ударить не столько по среднему классу, который сам о себе готов позаботиться, сколько по более бедным слоям. Возникает риск получить широкую прослойку “бедных” пенсионеров, не сумевших ничего накопить к старости. Сейчас нет достаточной социальной базы для замены обязательной системы на добровольную. При существующих объективных социокультурных ограничениях для самостоятельного накопления перевод обязательного пенсионного накопления в статус добровольного преждевременен: значительная часть населения просто не сможет накопить себе на пенсию. Переходу от обязательного принципа к добровольному должно предшествовать развитие финансового рынка для долгосрочного инвестирования и повышение финансовой грамотности населения”.

Владимир Шевченко, генеральный директор портала FinNews.ru: “Дефицит ПФР давно уже перешел в хроническую стадию. Пока он погашается за счет средств федерального бюджета, но правительство периодически пытается найти варианты ликвидации разрыва. В такие моменты в печать просачиваются различные слухи о реформе пенсионной системы. Чаще всего звучит версия увеличения пенсионного возраста. В этот раз речь пошла о ликвидации накопительной части.

Почему возник дефицит ПРФ? Фундаментально – из-за падения рождаемости. Причины этого в принципе те же, что и в развитых странах: урбанизация страны, в результате которой в семьях не нужно большое количество рабочих рук. Изменение системы ценностей населения: вместо семьи и детей на первое место вышли карьера и “потреблятство” во всевозрастающих количествах. Значительную роль в уничтожении прежних классических ценностей сыграла реклама производителей товаров и банков, заинтересованных в росте своих продаж и прибылей. Это приводит к тому, что постепенно растет доля пенсионеров и снижается число работающих в населении страны. Поскольку солидарная распределяет между пенсионерами те деньги, что собраны в виде налогов с работающих, то уменьшающиеся с каждым годом средства нужно ухитряться выплачивать растущему числу получателей.

В России снижение рождаемости началось в 1960-х годах (также как и в США). Но в России к этим факторам добавились еще два. Первый широко известен. Это античеловеческие реформы 1990-х годов, когда в результате катастрофического обнищания населения оно перестало размножаться, дабы не плодить нищету. Но это только часть правды. Этот демографический спад наложился на вторую волну последствий Великой отечественной войны. В 2020 году, когда поколение начала нулевых начнет работать, положение в ПФР станет просто катастрофическим. Сначала правительство попыталось решить проблему по чилийскому варианту, введя накопительную часть пенсии. Суть ее в том, чтобы каждый сам копил себе пенсию. Идея интересная, но в чилийском варианте она работает только в том случае, когда население много зарабатывает. В Чили взносы в накопительную часть уплачивает не работодатель (принудительно), а работник (фактически добровольно). В результате в связи с недостаточностью заработков чилийцев даже на текущее потребление, эксперимент с накопительной пенсией фактически провалился.

В России взносы уплачивает работодатель. Но, в связи с тем, что до сих пор не изжита практика выплаты зарплаты в конвертах с целью минимизации налогообложения, часть населения точно так же, как и в Чили, вообще ничего не перечисляет на накопительную часть пенсии (или перечисляет сущий мизер). Но даже конвертная зарплата не настолько велика, чтобы можно было позволить себе делать из нее самостоятельные взносы в какой-либо пенсионный фонд. Ее с трудом хватает на текущее потребление. В результате у нас накопительная система будет точно также провалена, как и в Чили.

Есть у накопительной системы и еще недостатки. Очень подробно их осветила депутат Госдумы от “Справедливой России” Оксана Дмитриева (см таблицу). По ее мнению, проведенная в России пенсионная реформа с введением накопительной части привела к тому, что нынешним пенсионерам достается меньше денег, а будущим достается еще меньше. И это только часть доводов.

При этом мы еще не рассматривали вопрос с доходностью инвестиций. Рекламисты фондового рынка апеллируют к статистике: за 100 последних лет (с 1900 года по 2000 год) среднегодовая доходность акций в США составила 10,1% в номинальном выражении и 6,7% в реальном выражении (с учетом инфляции). Это очень красивая сказка. Непонятно только, почему акции должны расти быстрее, чем растет экономика страны? Получается, что с каждым годом за обладание 1 долларом прибыли предприятия инвестор должен платить все больше и больше денег. Это самая настоящая инфляция инвестиций. Вероятно, финансовая система в США устроена таким образом, что именно на фондовом рынке в основном стерилизуются излишки горячих денег. Поэтому потребительская инфляция в этой стране формально низкая. Однако, периодически пузырь на фондовом рынке лопается, сжигая тем самым излишки горячих денег.

Какое это имеет отношение к пенсионной системе? Самое непосредственное. Накопительную часть пенсии принято инвестировать с целью приращения капитала. Пока на фондовом рынке надувается пузырь, все замечательно. Но вот когда он сдувается, пенсионные накопления превращаются в растраты. Скажете, ничего страшного, потом все снова вырастет? Тогда ответьте на простой вопрос: когда начал получать прибыль от вложений в американские акции человек, купивший их в октябре 1929 года (перед самым кризисом)? Я подскажу – через 25 лет, в 1954 году. А когда начал получать прибыль от вложений в японские акции человек, купивший их осенью 1989 года? Я подскажу – никогда. С того времени прошло уже 23 года, скоро будет поставлен рекорд убыточных инвестиций в акции.

Предлагаете поставить над россиянами подобный эксперимент? Почему? Потому что последние несколько лет весь мир развивался по сценарию конца 1920-х годов. Те же пузыри на фондовом рынке и рынке недвижимости. Те же падающие процентные ставки от центральных банков. Та же первая волна кризиса, закончившаяся так быстро, что никто не успел даже толком испугаться. Те же победные реляции от политиков всего мира об успешном преодолении кризиса. И то же медленное, но верное ухудшение экономики всего мира. А раз никто не испугался, то никто никаких выводов и не сделал. И вот на фоне сползания всего мира в новую “Великую депрессию” нам предлагают инвестировать заработанные нами кровью и потом деньги в фантики. Которые ближайшие несколько лет будут преимущественно падать в цене.

В общем, накопительную часть пенсии действительно надо ликвидировать. И чем скорее, тем лучше. К чему это приведет? Снизится дефицит ПФР, и, следовательно, дефицит федерального бюджета. Скажете, сегодня бюджет профицитен? Ну, это только пока. Пока нефть стоит больше $100 за баррель. А когда она снизится до $50, федеральный бюджет просто рассыплется. Апологеты накопительной системы могут сказать, что в результате ликвидации этой системы из экономики исчезнут “длинные деньги”. А скажите, только честно – они разве были? Они сыграли хоть какую-нибудь значимую роль? Немного разогрели фондовый рынок, и все. Разве за их счет был построен хотя бы один новый конкурентоспособный на внешних рынках новый завод? Было сделано фундаментальное открытие в науке? Была внедрена в производство хотя бы одна инновация? Не было сделано ничего полезного. Лишь немного заработали офисные хомячки из инвестиционных компаний. Но все 17 лет существования российского фондового рынка убедительно показали, что эти хомячки абсолютно бесполезны для российской экономики. Они не приносят ей никакого добавочного продукта. Они его всего лишь перераспределяют. В основном в свои карманы. Поэтому после ликвидации накопительной системы пострадают только инвестиционные компании. Экономика в целом ничего не потеряет. ПФР и федеральный бюджет станут более сбалансированными. Обычные люди в близкой перспективе не заметят вообще ничего. В далекой перспективе пенсии не упадут до значения в 10% от средней зарплаты. Очень надеюсь, что они смогут вырасти до 40%, что считается нормой, зафиксированной в конвенции Международной организации труда”.

По какому пути пойдет правительство? Ждать осталось недолго: 1 октября 2012 года кабинет министров должен представить свои предложения президенту. 11 сентября первый вице-премьер Игорь Шувалов заявил: “Накопительная часть пенсии отменена не будет, это все слухи”. А какое решение на мести властей приняли бы вы?