Очередной позорный приговор был вынесен 10 марта в Бресте. Беззаконный суд отправил за решетку на четыре года отца и сына, Виталия и Егора Прокопчук. Просто за то, что они оказались «не в то время и не в том месте».

Нам удалось связаться с матерью Егора и женой Виталия Светланой Прокопчук. Она рассказала нам, как бездушная система нанесла удар по их семье.

— Светлана, расскажите о своей семье в двух словах.

Меня зовут Светлана Прокопчук, с моим мужем Виталием я в браке 22 года. Наша семья из пригорода Бреста. Я работаю бухгалтером, мой муж работал до ареста слесарем, сын только получил специальность газоэлектросварщика и уже месяц как работал. Еще у меня есть одиннадцатилетняя дочь. У нас обычная семья, жили столько лет, нажили кое-что. И вот с нами случилась такая беда…

— Расскажите, что произошло с Вашими мужем и сыном?

За моим сыном пришли 19 августа 2020 года с утра. Мы все собирались на работу. Пришли люди в гражданском со словами «Мы пришли за Вашим сыном». Я не понимала, что случилось и кто они.
Они заявили, что мой сын был замечен в массовых беспорядках 10 августа в Бресте. Они обещали забрать Егора ненадолго в следственный комитет и отпустить. Также они попросили поехать моего мужа. Я поехала вслед за ними где-то через 15 минут, мужа позже отпустили, обещали отпустить и сына, так как, по их словам, «еще не было допроса».

Мы с мужем уехали домой, и я стала искать Егору адвоката. Ближе к середине дня мне снова позвонили домой и попросили, чтобы мой муж подъехал в РОВД. После этого я их видела только на свиданиях.

Их обвинили по ч. 2 ст. 293 УК РБ (Участие в массовых беспорядках – Прим. Ред.), через 10 дней перевели из ИВС в СИЗО г. Бреста, где они по сей день и находятся. 10 марта был приговор, им дали по четыре года усиленного режима.

Я всегда верила, что хоть какая-то справедливость должна торжествовать, но ее я по сей день не вижу. Почему забрали моих близких и судят ни за что? Никто не подумал, что я осталась одна с дочерью, просто осудили ни за что.

— А что случилось на самом деле?

В тот день, 10 августа, мой муж Виталий и сын Егор ехали к брату моего мужа через центр Бреста. Они оказались в центре проходящей акции и не понимали, что там происходит. Пошли посмотреть и узнать, что происходит – и оказались в центре окружения силовиков, откуда уже не могли ни выйти, ни выехать. Как они потом выбрались, я не знаю. Поехали в гости, а попали в тюрьму.

— То есть они даже не планировали участвовать в проходящей протестной акции?

Да, они случайно там оказались. «Попали под раздачу», назовем это так.

— А какие доказательства вины Ваших близких были у Следственного Комитета, Вы знаете?

Я не проходила по их делу как свидетель, но мне удалось понять, что им инкриминировали сговор с людьми на акции, хотя никого там не знали и были только вдвоем. Они неоднократно говорили об этом на суде. 

— Что Виталий и Егор рассказывали на свиданиях о своих условиях содержания под стражей?

На бесчеловечное обращение они мне не жаловались, но я знаю, что мой сын Егор был в одиночной камере в ИВС первые три дня заключения.

— Их адвокат рассказывал Вам о содержании материалов дела?

Адвокат ничего не говорили мне, так как он под подпиской о неразглашении. Никаких материалов дела я не видела.

— Вы будете подавать апелляцию?

Да, конечно. Я считаю, что такой приговор – это несправедливость. Через несколько дней подадим апелляцию.

— Раньше Вы интересовались политикой? Замечали что-то неладное в стране?

Если честно, я больше аполитична. Меня не интересовала политика, больше «работа-дом-дети». Никогда не интересовалась подобным, но сейчас меня возмутил тот момент, что забрали моих родных. Я знаю, что они не виновны, это сто процентов. Я надеялась на справедливость, забрали двоих моих близких, и я надеялась, что хоть кого-то вернут домой.

Внутренне была согласна даже на какую-то «химию», хотя и это неправильно. Да, меня не интересовала политика, пока не забрали моих родных. Я считаю, что все произошедшее – неправильно, моих мужчин должны были отпустить. Они оба работали, и их место – на своей работе, а не в заключении.

— Какие-либо правозащитные организации помогали Вам?

Да, «Наш Дом» помог нам с оплатой адвоката. Большое им спасибо!

— Что бы Вы хотели сказать людям, также пострадавшим от репрессий?

Хочу сказать, что мы вместе, мы рядом. Все в любом случае поменяется и все будет хорошо. Мы будем дома с нашими семьями. Мы их ждем и будем бороться за них до конца. Им хуже, чем нам. Мы можем выйти на улицу, пообщаться с кем-то, а они сидят в этих застенках. Я знаю, что они встают в 6 утра и до 10 вечера просто сидят в замкнутом пространстве. Пусть они знают, что мы рядом, что мы в курсе этих событий и будем бороться за их свободу.

События последних месяцев показывают, что беззаконная система не щадит никого. Им не важны Ваши политические предпочтения, профессия и образ жизни. Они не считают Вас за личностей и граждан, все, что им нужно – внушить страх и посеять сомнения в душе. Но бояться нужно не честным людям. Бояться стоит тем, кто выносит беззаконные приговоры, применяет к людям пытки. Тем, кто бесчеловечно старается сломать дух людей. Каждого из них в конечном итоге настигнет справедливая кара согласно закону.

МЦГИ «Наш Дом» продолжит помогать семье Прокопчук и продолжит борьбу за достойное будущее наших потомков.

Фото предоставлены героиней интервью.