Когда главный в СССР человек, М.С. Горбачев, провозгласил, что жилищная проблема будет решена до 2000 года, ему, наверное, мало кто верил. Хотя программа вполне могла стать реальностью. При одном непременном условии, когда со всей строгостью соблюдались бы законодательные статьи. Но в ряде случаев подобного не произошло. Безобразия тогда творились повсеместно. Печально, что к ним наряду с отдельными столоначальниками и прочими прохиндеями, нередко были причастны и юристы.
То «поощренный» нотариус не заметит явной сомнительной сделки, то суд пойдет на поводу у лжесвидетелей, а порой – сникнет перед «телефонным правом», то сама прокуратура, этот заслуженно уважаемый страж кодексов вдруг перестанет четко «выговаривать» целый ряд букв закона.
Особенно плохо с «дикцией» становится у законников, когда речь идет о представителях прокурорского корпуса, сослуживцах. Тут уж советникам юстиции не до справедливости. Их тогда закон превращается в дышло: как повернешь, так и вышло...
«Общак» для прокурора.
Когда прокурор Дубровенского района Виктор Серболин потерял высокую должность и был переведен с понижением в Городок, у него на прежнем месте остался переписанный на жену особняк площадью более 100 квадратных метров. Если бы Серболин освободил коттедж, то имел бы все основания получить в Городке жилье через 6 месяцев после постановки на льготную очередь, как это было тогда, в 1993 году, предусмотрено законом о прокуратуре.
Но Виктор Леонидович свое право реализовывать не спешил, безропотно жил на частной квартире. Вскоре дубровенская недвижимость была приватизирована, а затем Городокский райисполком взял Серболина с семьей на учет нуждающихся в первоочередном новоселье. При этом никто не обращал внимания на существенную деталь: Серболин в ту пору в Городке не был прописан.
Конечно, зампрокурора мог бы продать выделенный ему в Дубровно и уже ставший собственностью особняк и купить в Городке отличную квартиру. Но он пошел другим путем. Однажды прокурор района В. Струков посылает на три местных предприятия письма с просьбой оказать его службе финансовую помощь. Согласие не заставило себя ждать. Птицефабрика, райпо и комбинат кооперативной промышленности перечислили соответственно 70, 10 и 4 миллиона рублей. Тогда были немалые деньги, но не прокуратуре (это бы уж слишком бросалось в глаза, особенно, главному борцу с коррупцией А. Лукашенко), а райсельхозпроду. Последний стал ждать подходящий «товар». Дождался: гражданка С. Смагина объявила о продаже трехкомнатной квартиры.
Тут бы райсельхозпроду и подсуетиться. Но был предусмотрен иной, более «изящный» вариант. Квартиру Смагиной «вдруг облюбовал житель горпоселка Езерище А. Иванов, брат жены Серболина. Он-то, расплатившись со Смагиной, и стал владельцем жилья в Городке, а через 6 дней квартиру выкупил у него райсельхозпрод. За те 84 миллиона рублей, которые, скинувшись, пожертвовали прокуратуре щедрые предприятия (одно даже уточнило в платежном поручении «за услуги, оказанные прокуратуре» (?!)). Видать богатые хозяйственники были, или же «висели на крючке» у блюстителей закона? Иначе как понимать такое пожертвование!
На приобретенной в складчину площади поселился Серболин с домочадцами.
Но вот что удивило. Сделка купли-продажи между Ивановым и райсельхозпродом, оформленная у нотариуса, повисла в воздухе, потому что не была зарегистрирована предприятием технической инвентаризации. Никто в ОПТИ с такой просьбой не обращался. Значит, райсельхозпрод собственником квартиры не стал. Следовательно, не стал им и Серболин. Он живет с семьей в личных владениях шурина. Ну, а шурин, Иванов – там, где и привык, в Езерище.
Прокуратура Витебской области, изучив историю квартиры «Иванова-Серболина», не нашла ничего предосудительного. Витебские советники юстиции сочли нормальным и постановку на жилищную очередь человека без определенного места обитания, имеющего пятикомнатный дом, и складчину предприятий и т.д.
Вообще вся эта авантюра «невкусно пахнет». Материал для публикации предоставил бывший заместитель начальника Городокского РОВД подполковник милиции Прищепов, которого не без помощи райпрокуратуры досрочно «ушли» на заслуженный отдых.
Кстати, в настоящее время Виктор Серболин работает в Городокском райисполкоме юристом. Именем закона бдит юриспруденцию...
В народе говорят о некоторых типах: дай ему палец – он всю руку откусит. Следует напомнить, что республиканский Комитет госконтроля несколько лет назад изучал законность «раздачи» квартир Витебским горисполкомом и пришел к выводу: 23 высокопоставленных чиновника за дискредитацию президентской власти должен быть уволен с занимаемых должностей, Однако никто не покинул насиженных мест. Как видите, всякое бывает. У прокурорских работников на эмблемах щит и мечи. Правда, мечи спрятаны за щитом. Но зато их два, потому что врагов у закона очень много. Надо быть наготове. Затупиться один меч – второй тут как тут. Ну, а щит тем и хорош, что им не только модно оборонить граждан от произвола, но при необходимости, скрыть свои интересы, спрятать секреты, о которых широкому кругу знать незачем.
Время от времени слышна за щитом какая-то возня. И не поймешь, то ли мечи вострят, то ли с квартирами шустрят. Зато если понадобится «снять голову» с простого гражданина, щит и мечи мигом преобразятся, приняв воинственное положение. Именно так во всеоружии «казнили» месяц назад индивидуального предпринимателя Ильницкого всем Городокским исполкомом с благословения юриста Серболина. На седую голову Василия Васильевича обрушился шквал огня за его критику в адрес районного руководства. Было предпринято все, что бы «бунтаря» ликвидировать вместе с его семейным бизнесом. Бедного человека затюкали так, что он вынужден будет просить политического убежища в соседнем государстве. Даже областная прокуратура 14 ноября 2006 года не «сочла нужным» выслушать информацию Ильницкого о процветающей коррупции в Городоком районе. Наивный Василий надеется, что новый прокурор области поймет его...
Владимир ЖИГУЛОВ