Лет десять назад четверо витебчанок заблудились в велижском лесу, куда вместе коллегами по работе выезжали собирать клюкву. Уже при выходе из болота, вдруг набежала черная туча, и хлынул дождь. А вскоре и ночь наступила. Женщины пытались пробираться ближе к дороге, но на их пути постоянно возникала топь. Тогда они приняли решение: оставаться на одном месте. Отбившиеся от остальных сборщиков ягод, до утра пробыли в холодном осеннем лесу. Чтобы не замерзнуть (были уже заморозки) бедолаги пели песни, пританцовывали, согревали друг дружку дыханием и своими телами...
На следующий день я и мой сосед по дому Михаил Миронов прибыли к месту происшествия: в числе потерявшихся женщин были и наши жены. К счастью, все обошлось благополучно для заблудившихся. С рассветом они отыскали тропку и выбрались к населенному пункту. Уставшие, но живые и здоровые к вечеру того же дня все уже были в кругу своих семей.
И надо же, спустя 10 лет Михаилу Миронову вновь пришлось в том же велижском лесу искать, но на этот раз, свою тетю Зою, которая приехала из Тулы к нему в Витебск погостить. Наведав племянника и его семью, Зоя Игнатьевна поехала на свою родину в деревню Ратьковина Велижского района Смоленской Области. Там сохранился отчий дом. 17 сентября 69-летняя россиянка и еще две женщины ушли собирать клюкву. Первый день для старушки был удачным: собрала ведро ягод. Утром вновь подалась с подругами в лес. И заблудилась. В болоте пробыла... 12 суток! Трудно в это поверить, но факт – упрямая вещь. Некоторое время искали российские МЧСовцы, милиция, но поиски были безуспешными. Племянник Михаил, в свободное от работы время, вместе с сыном Виталием тоже прочесывали лес. Из Ставрополя по «сигналу тревоги» прибыл и родной брат Зои Николай Игнатьевич Гузяев. Буквально в трех-четырех километрах от деревни отыскали, наконец-то, заблудившуюся Зою Игнатьевну. Первым, кто ее обнял 29 сентября – это был родной брат Коля. В настоящее время она находится в Витебской областной больнице.
«Питалась листьями черники, малины, – вспоминает бабушка лесную жизнь, – Листья брусники жесткие и не по зубам. Иногда попадалась ягода малина. Ела грибы, но сыроежки червивые, их я не пробовала. Употребляла ягоду крушины. С наступлением ночи ложилась спать, укрывшись лапками ельника. Было страшно, но никаких зверей, змей и даже лягушек не видела. Зато на шестые сутки стала замечать, что меня преследуют какие-то люди в черном (не исключено, что у бабушки начались галлюцинации – авт.). Среди них была женщина, она сказала, что хочет моей крови. Я ночью от них убегала, как могла. Падала, разбила нос. Клюкву они у меня отобрали вместе с мешком и ведром. Но сережки я спрятала в резиновые сапоги. Воду пила во мху. Постоянно кричала. Очень много находила боровиков. Соберу кучку и думаю: кому бы их отдать. В лес больше никогда не пойду, я им наелась до конца жизни».
У Зои Игнатьевны на ногах и руках образовалось много язвочек, наверное, от укусов клещей и комаров. Она потеряла в весе, но не расстраивается, наоборот, довольна похудением. Наверное, придется ей еще долго адаптироваться от болота, не только физически, но и морально. Слава Богу, что лесные кошмары позади.
Владимир ЖИГУЛОВ
P.S. Как пояснила заместитель главного бухгалтера управления здравоохранения Витебского облисполкома Валентина Нижникова, иностранным гражданам СНГ, в том числе и россиянам экстренная помощь оказывается бесплатно, но плановое медицинское – платное.
Странно, недавно Александр Лукашенко заявил российским журналистам, что договор о союзном государстве ратифицирован двумя Парламентами. Тогда вопрос. Почему действуют старые инструкции Минздрава Республики Беларусь по оказанию медицинских услуг граждан России.