С Ромкой, юным жителем одной из деревень Полоцкого района, я познакомилась в витебском приемнике-распределителе для несовершеннолетних. Щуплый, маленький (в свои тринадцать выглядел он лет на девять-десять), грустный – в общем, «обнять и плакать». Даже не верилось, что этот мальчик с огромными печальными глазищами несколько лет держал в страхе родную деревню, и, в конце концов, решением Полоцкого суда на два года был направлен в спецшколу.
«Послужной список» у Ромки – о-го-го какой. Краж, только зарегистрированных, полтора десятка. А если прибавить те, что в милицейские протоколы не записаны, на пару матерых рецидивистов хватит.
Ромка – вор-форточник. В деревне рассказывают, что как только проносится слух, что он вернулся домой после очередного обследования в клинике на предмет клептомании или просто «из дальних странствий» (после удачной кражи он всегда сбегает в город), жители бросают работу и бегут проверять, закрыты ли форточки в домах, все ли на месте. Щуплому мальчишке в форточку залезть – раз плюнуть. А у кого воровать, как он сам рассказал, все равно.
– Рома, ты зачем воруешь? Кушать хочется? Ты, говорят, и колбасу из холодильника у соседки украл? Вопрос о колбасе вызывает у Ромки благородное негодование.
– Не брал я никакой колбасы! Только деньги. Чтобы в компьютерные игры играть.
Самый большой «улов» у Ромки – 400 тысяч белорусских рублей. Крал и по двести, и по тысяче. Среди пострадавших – почти вся деревня. А начинал, как водится, с мелочей.
– То, что Рома подворовывает, мы заметили сразу, как только он перешел в нашу школу, – рассказала его классная руководительница Лариса Петровна. – Он тогда был в четвертом классе. То линейку у одноклассника возьмет, то карандашик. Ругали его, конечно. Потом у ребят деньги пропадать стали. На уроке физкультуры выйти попросится и ну по раздевалкам шарить. Мог украсть деньги, сбегать в киоск, накупить конфет и тут же всех одноклассников угостить. Ловили его, по рукам били. Иногда он деньги возвращал, иногда родители приносили. А потом и по учительским кошелькам стал лазить, и по домам. Однажды в лютый мороз на переменке выбежал раздетый и влез в соседний со школой дом.
Ромка – личность уникальная не только потому, что отчаянно ворует (кстати, диагноз «клептомания» медики, которые его обследовали, не подтвердили). Он – единственный в довольно-таки большой деревне подросток, который состоит на учете в инспекции по делам несовершеннолетних.
– Рома, а у тебя друзей много?
– Нет, в деревне совсем нет.
– А почему? Ребята с тобой не хотят водиться, или тебе с ними неинтересно?
– И они не хотят, и я не хочу.
Ребята перестали общаться с Ромкой после того, как у родителей его друзей начали пропадать деньги. Только пригласит кто-нибудь мальчишку домой – тут же и убытки семейному бюджету. Один приятель позвал его с машинками поиграть, а Ромка нашел в тайнике валютную «заначку» и незаметно «конфисковал» из нее 20 долларов. После пары-тройки таких случаев родители просто запретили детям водиться с этим мальчишкой. Тогда Ромка нашел друзей в городе. Друзья-приятели оказались со схожими интересами: вместе с полоцкими пацанами он украл… 50 газовых счетчиков. Мальчишки продали их по смешной цене – 30 долларов за всю кучку. Долго играли в компьютерные игры и объедались конфетами.
– Ромка, а у тебя мечта есть?
– Нет у меня мечты.
– А как же ты живешь без мечты?
– Так и живу…
В семье Ромка – средний. Старший брат-старшеклассник парнишка положительный, но повлиять на Ромку не может. Младшая сестренка Ромку обожает, и он с ней любит возиться. Семью к разряду неблагополучных не относят. Хотя и благополучной ее назвать можно только с очень большими оговорками: трое детей, мама не работает, папа выпивает, и хронически не хватает денег. «Криминальный талант» по имени Ромка – не правило, но и не исключение.
Недавно вот витебские сыщики завели уголовное дело по факту пропажи подростка. Пропавший мальчик Лёша – тоже в своем роде знаменитость. Его половина витебской милиции в лицо знает. Лёша специализируется на кражах из офисов, детских садов, поликлиник – отовсюду, где можно, улучив минутку, заскочить в незакрытый кабинет и схватить оставленный без присмотра мобильный телефон или кошелек. На счету Лёши более сорока краж. Он успел и в спецшколе «поисправляться», и в воспитательно-трудовой колонии полсрока, до амнистии, отсидеть. После очередного «подвига» его направили в школу-интернат, оттуда мальчишка сбежал и исчез бесследно.
Всего же несовершеннолетние на территории Витебской области совершили за прошедший год 1205 преступлений, и 726 из них, то есть более половины – кражи. Причем случаи, когда ребенок ворует котлету в школьной столовой или банку огурцов из соседского подвала потому, что ему хочется кушать – единичные. Сейчас в списке украденного со значительным отрывом лидируют мобильные телефоны. Их дети и подростки таскают друг у друга прямо в школах. Мотивация у юных воришек проста, как мычание: увидел – понравилось – захотелось – украл.
Как рассказали в УВД Витебского облисполкома, был случай, когда у пятиклассника из раздевалки во время урока физкультуры украли телефон стоимостью… 940 тысяч рублей. Не каждый взрослый имеет такую «игрушку», как уж тут подростку не потерять голову от зависти!
Крадут несовершеннолетние цветной металл, магнитолы из автомобилей, велосипеды и мотоциклы. В большинстве своем это такие же «мальчишки без мечты», как Рома… Именно тем, как вернуть оступившимся мальчишкам мечту, и озабочены в последнее время в правоохранительных органах Витебщины.
– Профилактика преступлений среди подростков у нас ведется, конечно, и традиционными методами, такими, как индивидуальные беседы, лекции в школах. – рассказал заместитель начальника управления профилактики УВД Витебского облисполкома Виктор Карасевич. – Но ищем и новые подходы. Главное, чтобы у подростка не оставалось времени на глупости. И чтобы он понял, что есть в жизни что-то более важное, чем банка пива и дорогой мобильник. Упор делается на патриотическое воспитание, здоровый образ жизни и… милосердие. Так ребята, состоящие на учете в инспекции по делам несовершеннолетних, попадают в «тимуровские» отряды и приходят помогать одиноким старикам, ветеранам войны и труда.
Не было ни одного случая, утверждает Карасевич, чтобы во время таких рейдов «трудные тимуровцы» набедокурили или оказались нечистыми на руку. Сотрудники милиции, в основном инспектора ИДН, организовали в области 37 спортивных секций, где подростки занимаются волейболом, легкой атлетикой, теннисом, футболом, армрестлингом и другими видами спорта. Берут в «милицейские» секции не только трудных подростков – всем желающим записываться можно. Но основное внимание, конечно, уделяется ребятам из «групп риска».
Например, в витебской СШ № 34 из 20 мальчишек, которые занимаются атлетической гимнастикой под руководством старшего лейтенанта Мержвицкого, 13 состоят на учете в ИДН. А еще за юных правонарушителей всерьез взялись военные. На базе воинских частей, находящихся на территории Витебска, вот уже которое лето подряд действуют лагеря для трудных подростков и детей из неблагополучных семей. Мальчишки, по сути, по-настоящему пробуют на вкус «солдатский хлеб». Режим, физподготовка, строевой шаг, дисциплина. Настоящее оружие, которое не только чистить и разбирать-собирать научат, но и пострелять дадут. А в средней школе №6 такой лагерь фактически эволюционировал в… спецкласс с военно-патриотическим уклоном. Изюминка ситуации в том, что, как правило, в военно-патриотические, юридические, МЧСовские и прочие специализированные классы принимают, что называется, цвет нации – морально устойчивых и физически подготовленных отличников. А в шестой школе поступили не по правилам.
– Был там очень трудный восьмой класс, – рассказывает Виктор Карасевич, – многие ребята стояли на учете в ИДН. И вот на базе этого восьмого класса и патриотического лагеря, который действовал при школе летом, при содействии УВД в сентябре создали патриотический клуб «Подросток». Ребята ходят в камуфляжной форме, пять раз в неделю занимаются тактической, огневой, военной подготовкой. Результат не заставил себя ждать: все воспитанники клуба «Подросток», которые состояли на учете в инспекции по делам несовершеннолетних, с учета уже сняты. А еще – у этих ребят наверняка уже есть мечта. И цель в жизни. И это правильно.
Алиса МИЕЛОФОН