В Витебское отделение РОО «Белорусский Хельсинский комитет» по защите прав человека обратилась группа из 17 человек, проживающих в Витебске по улице Суворова, 40. Они рассказали о том, как их соседку, 92-летнюю Марфу Климентьевну Корбан в 2002 году психиатрическая бригада «скорой помощи» увезла в психбольницу. Заявители в своем письме поясняли, что такому событию предшествовали отношения, сложившиеся между Корбан и ее внучатым племянником Михаилом Коврыго. Озабоченные судьбой соседки, утверждали, что произвол в отношении старушки устроен не без помощи Михаила и его родственников: мать, дескать, работает в психбольнице, а тетя – в облздравуправлении.
По словам тогдашнего главного врача Витебского областного психоневрологического диспансера Татьяны Большаковой, Марфа Климентьевна Корбан к врачу-психиатру попала под наблюдение 20.01.2002 года.
Первый сигнал о том, что «старушка с причудами», поступил в психдиспансер от племянника Корбан, а затем аналогичное письмо последовало от жены Михаила. 2 мая бабушку посетил психиатр и выписал ей направление в психиатрическую больницу в надежде на то, что родственники доставят Корбан в лечебное учреждение. Но близкие люди поступили коварно, не по родственному...
У Марфы Корбан муж погиб в партизанах. С тех пор она одинокая женщина. Как семье погибшего в Великой Отечественной войне ей была предоставлена однокомнатная квартира в доме № 40 по улице Суворова. Там она и живет. В 1966 году квартиру Корбан приватизировала. Затем прописала на свою жилплощадь внучатого племянника (сына племянницы Галины) Михаила. По ее мнению, Михаил обманным путем завладел жильем, то есть без ведома хозяйки организовал куплю-продажу квартиры и стал ее владельцем, а бабушка – квартиранткой.
К «психушке» бабушку готовили медленно, а когда настал час «пик», Коврыга с рабочего телефона набрал «03», назвавшись квартирантом, сообщил о «буйстве» старушки. 3 мая бригада психиатров хрупкую бабулю затолкала в автомобиль. Женщина кричала на весь дом, что она здорова и никуда не хочет уезжать. Очевидцы драмы попытались узнать у медиков причину происходящего, но те ответили: «Не ваше дело».
«Отправить принудительно в больницу человека можно в исключительных случаях, – поясняла Татьяна Большакова. - Когда больной опасен для себя и окружающих. Но такая акция должна быть организована соответствующим образом и обязательно в присутствии законного представителя. То есть необходимо оформить документы предварительной проверки. В данном же случае наша пациентка за день до госпитализации дала письменное согласие поехать на лечение. (Трудно представить письменное согласие... Корбан абсолютно безграмотна, умеет только расписываться в виде крестика - авт.). Другое дело, что родственники Корбан не попытались принять участие в ее госпитализации: уговорить бабушку съездить в больницу обследоваться, подлечиться».
Выходит, Корбан подвергли «экзекуции», ведь забрали пациентку лишь в присутствии жены Михаила, а она не может быть законным представителем, тем более что с Марфой Климентьевной у них сложилась напряженные отношения. Странно, что медики пошли у родственников Корбан по поводу. Хотя это легко объясняется – коллеги. А блат, как говорили когда-то – выше Совнаркома. Тогда же говорили: спирту канистра - выше министра. Эти афоризмы – со времен сталинской эпохи, и хотя жаргон приблатненный, но как вписывается в действительность наших дней!
«Я неграмотная, – с печалью в голосе вспоминала М. Корбан дни, проведенные в психбольнице. – Сколько слез в первую ночь пролила в палате с дурными. Господи, что они там делают: бьются, кричат. Правда, на следующий день начальник больницы меня перевел в другую палату. (общественность и БХК помешали «добить» старушку. - авт.). В больнице со мной обращались хорошо, уколы не делали».
Долгое время прокуратура и милиция разбирались с заявлением М. Корбан по поводу купли-продажи ее квартиры. Не дождавшись ответа от стражей порядка и блюстителей закона, Марфа Климентьевна подала заявление в суд. В ее защиту включились соседи, правозащитники БХК, городская ОО «Белоруской организации трудящихся женщин», местная пресса.
Судебный процесс закончился в пользу Корбан. Документ о купле-продаже в суде Октябрьского района аннулирован. Марфа Климентьевна – вновь законная хозяйка своей квартиры. Внучатый племянник по решению суда из квартиры выписан. Сейчас М. Корбан 96 лет. После того, как она выписалась с психбольницы (прошло четыре года) ее ни разу не посещал психиатр. Выходит, «вылечили» бабушку за 7 дней пребывания в психушке.
Бабушка до конца своих дней обижена на родню. Правда, к врачам зла не имеет. Хотя, и они виноватые в том, что запрятали ее в «психушку». Но это другая тема для обсуждения, жаль только, что есть, что сказать, да некому слушать. Марфа Климентьевна долгое время не могла успокоиться: как только услышит сирену «скорой», начинает колотиться от страха. Нечто подобное она пережила в годы своей молодости, когда и подъезду их дома подруливал «воронок».
P.S. Недавно племянницы Галины и Валентина навестили 96-летнюю тетю. Попросили у нее прощения, мол, хвори стали одолевать. На, что бабушка ответила: «Не надо делать людям плохое, ведь оно же сторицей обернется».
Владимир ЖИГУЛОВ