Правящий режим в преддверии парламентских выборов 2008 года сменил тактику расправы над инакомыслящими. Отправлять за решетку белорусов, демонстрирующих недовольство, станут по чисто уголовным (без политической подоплеки) статям: террор, наркотики, фальшивомонетчество и т.п.

Стратегический замысел властей: защищать белорусских «террористов», «наркоманов» и иже с ними международное сообщество не станет – по таким вопросам своих забот полный рот.

Судебный процесс, проходящий ныне в Минском районном суде очень похож на реализацию данной тактики. На скамье подсудимых Дмитрий Лисеенка, которого обвиняют в распространении наркотических средств и поддельной иностранной валюты. Срок лишения свободы по данным статьям 12 и 15 лет.

Не являясь участником процесса, не ознакомившись с материалами дела, не побеседовав с арестантом, содержащимся в звериной клетке, высказывать свое мнение (о виновности или невиновности обвиняемого) не берусь. Однако оглашенные судом письменные материалы дают основание для вывода: инкриминируемые преступные деяния не доказаны. Увы, в нашей стране принцип презумпции невиновности лишь на бумаге.

Задержание наркокурьеров, фальшивовалютчиков, взяткодателей с поличным мы видим исключительно в кино. В двух томах озвученных материалов уголовного дела -- процессуальных документов задержания Дмитрия Лисеенка с наркотиками или с фальшивыми купюрами нет. Отсутствуют протоколы обнаружения данных вещественных доказательств при обыске (как личном, так и по месту жительства).

Доказательство преступных деяний прокурор строит на милицейских протоколах:

-- выдачи провокаторше спецслужб денег и диктофона;

-- предоставления провокаторшей пакетиков с белым веществом и фальшивых евро, якобы приобретенных ею у Дмитрия Лисенка и диктофона с записью разговора. Записью, не прослушанной понятыми.

Допрошенные в зале суда понятые пояснили, что Кветковская -- фамилия провокаторши (записана автором на слух) -- деньги и пакетики вынимала из своего кармана. Не знаю, является ли это белорусским ноу-хау, но подобный метод доказательства позволяет назначить преступником любого, с кем власть имущим захочется или потребуется расправиться.

Чем не угодил спецслужбам Д.Лисеенка не понятно. Полагаю, вряд ли его фамилия числится в списке 1767-ми кандидатов на скамью подсудимых по статье терроризм (руководителем КГБ эти сотни оппозиционных деятелей уже названы деструктивными элементами).

Дмитрий не является членом какой-либо оппозиционной партии или общественной организации. Ранее не судим. В первых рядах столичных демонстрантов митинговщиков, пикетчиков не зафиксирован (во всяком случае, автору на глаза не попадался). В списках пациентов наркологического и невропсихологического диспансеров не значится. Имеющиеся в деле характеристики (с места жительства, работы, университета, армии, школы, следственного изолятора) – положительные. По неизвестной причине отсутствуют характеристики лишь из детского сада, яслей, роддома.

Правда, Д.Лисеенка задерживался в Витебске при написании на заборе лозунга "Свободу Козулину!" Вставал на пути витебских правоохранителей-мужчин, лапавших своими грязными руками девушек и женщин, которых с непонятными целями волокли в непонятную автомашину без опознавательных знаков милиции. Но на терроризм это не тянет (преступную нарковалютную деятельность также).

Аудиозаписи судом пока еще не исследованы. Но это, во-первых, не подлинные записи, а монтаж с диктофонов. При нынешней компьютеризации сверстать можно все что угодно. Во-вторых, фонографическая экспертиза, несмотря на неоднократные ходатайства обвиняемого, не проводилась. Полагаю умышленно.

Да, Лисеенка с Кветковской встречался неоднократно. Социальный статус провокаторши автору неизвестен. 23-летний Дима – холост. Мотив встреч с его стороны может быть весьма прозаичен. Цели же Кветковской определенно не романтические. Вопросы, ответы, монологи провокаторши Вики (так, вроде бы, ее имя) вертелись вокруг наркотиков и фальшивых купюр.

Далее, как говорится, дело техники. Фривольные фразы, к примеру, о встрече для секса с легкостью превращаются в криминальный разговор о доставке наркотиков и фальшивых купюр с последующим рапортом об очередном успехе на поприще борьбы с преступным нарковалютным бизнесом.

О шитье дела белыми нитками свидетельствует и мощнейший прессинг, которому подвергают Дмитрия Лисеенка в СИЗО. Арестованного содержат в информационной блокаде. Не отдают письма и денежный перевод от товарищей, заблокирована его корреспонденция. Ко всему назначенная судом адвокат (скорее всего под угрозой вынесения судом максимального 15-летнего тюремного срока) видимо настойчиво убеждает обвиняемого признать свою вину…

Политический заказ этого уголовного дела налицо. Только вот заказчик кто?

Валерий ЩУКИН